Он сказал: и риваят в этом виде [чтения] с «та» (المثنّاة) более предпочтителен, поскольку повторение одного и того же слова в рифмах раджаза через короткий промежуток считается известным недостатком в его понимании. Поэтому более достоверно, что его слово: «когда они хотят смуты — мы отказываем» — с «ба» (بالموحدة), а его слово: «поистине, когда нас призывают криком — мы приходим» — с «та» (بالمثناة). Аллах знает лучше. В некоторых списках встречается: «и если они пожелают от нас смуты — мы откажем», но это искажение.
Его слово («мне помогли восточным ветром»): с фатхой на «сад» и без удвоения «ба» — это восточный ветер, а дабур — это западный ветер. Ахмад передал через хадис Абу Са‘ида, который сказал: мы сказали в день Рва: «о посланник Аллаха, есть ли что-нибудь, что ты скажешь? Сердца дошли до гортаней». Он сказал: «да. О Аллах, скрой наши слабые места и избавь нас от страхов». Он сказал: и Аллах ударил лица наших врагов ветром, и Аллах ﷻ разгромил их посредством ветра. Ибн Мардавайх передал в «Тафсире» другим путём также от Ибн Аббаса, что он сказал: восточный ветер сказал северному: «пойдём, поможем посланнику Аллаха ﷺ», на что тот ответил: «поистине, свободные [ветры] не дуют ночью». Тогда Аллах разгневался на него и сделал его бесплодным. В другой версии от него же [сказано]: ветер, которым была оказана помощь посланнику Аллаха ﷺ, был восточным. Ранее в разделе о молении о дожде уже приводилось разъяснение тонкости в том, почему западный ветер связывается с [народом] Ад, а восточный — с мусульманами. Этим становится понятна причина, по которой автор привёл этот хадис здесь, а также то, что Аллах помог Своему Пророку в битве у Рва посредством ветра. Всевышний сказал: «И послали Мы на них ветер и войска, которых вы не видели». Муджахид сказал: Аллах наслал на них ветер, который перевернул их котлы, вырвал их шатры так, что заставил их уйти.
Ибн Исхак упомянул о причине их отступления: Нуайм ибн Мас‘уд аль-Ашджа‘и пришёл к Пророку ﷺ, приняв ислам, о чём не знал его народ, и Пророк сказал ему: «отврати их от нас». Он направился к бану Курайза — а он был их близким другом по застольям — и сказал: «вы знаете мою любовь к вам». Они сказали: «да». Он сказал: «поистине, курайшиты и гатафаниты — это не их земли, и если они увидят возможность, воспользуются ею, а иначе вернутся в свои земли и оставят вас в беде вместе с Мухаммадом, а у вас нет силы против него». Они сказали: «что ты думаешь?» Он сказал: «не воюйте с ними, пока не возьмёте от них заложников». Они приняли его совет. Затем он направился к курайшитам и сказал им: «иудеи пожалели о предательстве Мухаммада и послали к нему [гонцов] о возвращении к нему, и он ответил им, что не согласится, пока они не пошлют к курайшитам и не возьмут от них заложников, чтобы их убить». Затем он пришёл к гатафанитам с подобным же [сообщением]. Он сказал: когда наступило утро, Абу Суфьян послал Икриму ибн Абу Джахля к бану Курайза [сказать]: «нам стало тесно на этом месте, и мы не нашли пастбища, выходите с нами, чтобы сразиться с Мухаммадом». Они ответили: «сегодня субботний день, и мы ничего не делаем в этот день, и нам необходимы от вас заложники, чтобы вы не предали нас». Курайшиты сказали: «это то, о чём предупреждал вас Нуайм», и послали им во второй раз [сообщение]: «мы не дадим вам заложников, и если хотите выходить — выходите».
Бану Курайза сказали: «это то, о чём сообщил нам Нуайм». Ибн Исхак сказал: мне передал Йазид ибн Руман от Урвы от Аиши, что Нуайм был человеком, [умеющим] распространять слухи, и что Пророк ﷺ сказал ему: «иудеи послали мне [сообщение]: если тебя удовлетворит взять от курайшитов и гатафанитов заложников, мы передадим их тебе, и ты их убьёшь — мы сделаем это». Нуайм поспешно вернулся к своему народу и сообщил им [об этом], и они сказали: «клянусь Аллахом, Мухаммад не солгал о них, они — люди предательства». То же самое он сказал курайшитам. И это стало причиной их отступления и ухода. Ранее в шестом хадисе уже было разъяснено, что на них был послан ветер.
Девятый хадис.
Его слово («первое сражение, в котором я участвовал, было в день Рва»), то есть в нём он непосредственно принимал участие в бою. Это согласуется с прошедшим риваятом Нафи‘а от него в начале главы. Ат-Табарани передал с достоверным иснадом от Ибн Умара, который сказал: мой дядя по матери Усман ибн Маз‘ун послал меня по делу, и я попросил разрешения у Пророка ﷺ, и он разрешил мне и сказал: «кого бы ты ни встретил, скажи им: посланник Аллаха ﷺ велит вам вернуться». Он сказал: клянусь Аллахом, никто из них не обратил на меня внимания.
Десятый хадис.
4108 — Рассказал мне Ибрахим ибн Муса, [он сказал]: сообщил нам Хишам от Ма‘мара от аз-Зухри от Салима от Ибн Умара, который сказал: и сообщил мне Ибн Тавус от Икримы ибн Халида от Ибн Умара, который сказал: я вошёл к Хафсе, и её косы капали [водой]. Я сказал: «произошло с людьми то, что ты видишь, а мне не дали никакой доли в этом деле». Она сказала: «отправляйся, ведь они ждут тебя, и я боюсь, что в твоём отсутствии от них будет раскол». И она не оставляла его, пока он не ушёл. Когда люди разошлись, Му‘авия выступил с речью и сказал: «кто желает говорить в этом деле, пусть покажет свой рог, ибо мы более достойны этого, чем он и его отец». Хабиб ибн Маслама сказал: «почему же ты не ответил ему?» Абдуллах сказал: я развязал свою одежду и хотел сказать: «более достоин этого дела, чем ты, тот, кто сражался против тебя и твоего отца за ислам». Но я побоялся сказать слово, которое разделит собрание и приведёт к кровопролитию, и мне будет приписано иное, [чем я хотел сказать], и я вспомнил то, что Аллах приготовил в райских садах. Хабиб сказал: «ты был сохранён и защищён». Махмуд передал от Абд ар-Раззака: «и её пряди [волос]».
Его слово («Хишам») — это Хишам ибн Йусуф ас-Санани.
Его слово («он сказал: и сообщил мне Ибн Тавус») — говорящий это — Ма‘мар, а имя Ибн Тавуса — Абдуллах.
Его слово («я вошёл к Хафсе») — то есть дочери Умара, его сестре.
Его слово: («и её пряди» — نسواتها) — с фатхой над «нун» и над буквой «син» (несогласной). Аль-Хаттаби сказал: так это встретилось [в тексте], но это не то [что верно]. На самом деле правильно «навсатуха» (نوسات), то есть «её косы». А смысл выражения «стекает [вода]» — то есть капает, как будто она искупалась. «Навсат» — множественное число от «навса», и имеется в виду, что её косы колыхались (تنوس), то есть двигались. Всё, что движется, «наса» (ناس), а «навс» — это колебание, движение. Отсюда слово женщины в хадисе об Умм Зарʹ: «колышутся у меня в ушах украшения» (أناس من حلي أذني). Ибн ат-Тин сказал: слово «навсат» произносится с сукуном над «вав», хотя встречается и с фатхой над ней. А что касается формы «насават», то она, по-видимому, образована через перестановку букв (على القلب).
Его слово: («было дело у людей, которое ты видишь, но мне не было дано никакой доли в этом деле») — имеется в виду то, что произошло между Али и Муавией в виде сражения при Сиффине, в день, когда люди собрались для третейского суда между собой относительно того, в чём они разошлись. Они разослали послания оставшимся сподвижникам из Двух Святынь и других мест и договорились собраться, чтобы рассмотреть это дело. Ибн Умар советовался со своей сестрой, ехать ли к ним или нет, и она посоветовала ему присоединиться к ним, опасаясь, что из-за его отсутствия возникнут разногласия, которые приведут к продолжению смуты.
Его слово: («когда же люди разошлись») — то есть после того, как разошлись во мнениях два третейских судьи: Абу Муса аль-Ашари, который был со стороны Али, и Амр ибн аль-Ас, который был со стороны Муавии. В риваяте Абд ар-Раззака от Маʹмара в этом хадисе встречается: «когда же разошлись двое судей», что разъясняет подразумеваемое и указывает, что событие происходило при Сиффине. Некоторые допустили, что имеется в виду последняя встреча, которая произошла между Муавией и аль-Хасаном ибн Али, но риваят Абд ар-Раззака отвергает это. Согласно этому, смысл речи таков: она не оставляла его в покое, пока он не поехал к ним туда, где были судьи, присутствовал с ними, а когда они разошлись, Муавия произнёс проповедь и так далее. Ещё более далёким от истины является слово Ибн аль-Джаузи в «Кашф аль-мушкиль»: он указал на то, что Умар сделал халифат предметом совета шести человек и не дал ему [Ибн Умару] никакой доли в этом деле, и она велела ему присоединиться. Он сказал: это рассказ о случае, произошедшем ранее. А что касается его слова «когда же люди разошлись, Муавия произнёс проповедь», то это было во времена Муавии, когда он захотел сделать своего сына Язида наследником престола. Так он сказал, но не привёл для этого никакого основания, а достоверным является то, что явно указано в риваяте Абд ар-Раззака. Затем я обнаружил в риваяте Хабиба ибн Абу Сабита от Ибн Умара, что он сказал: когда был день, в который Муавия собрался в Дума аль-Джандаль, Хафса сказала: «Тебе не подобает уклоняться от примирения, посредством которого Аллах примирит общину Мухаммада, а ты ведь зять Посланника Аллаха и сын Умара ибн аль-Хаттаба». Он сказал: и в тот день Муавия подъехал на огромном бухтийском верблюде и сказал: «Кто желает этого дела, или надеется на него, или тянет к нему шею...» — хадис. Его вывел ат-Табарани.
Его слово: («заговорить об этом деле») — то есть о халифате.
Его слово: («пусть покажет нам свой рог» — فليطلع لنا قرنه) — с фатхой над «каф». Ибн ат-Тин сказал: возможно, он имел в виду свою новую притязательность (بدعته), как пришло в другом сообщении: «всякий раз, как показывался рог» (كلما نجم قرن), то есть появлялся рог. А возможно, смысл в том: «пусть покажет нам сторону своего лица», ведь рогу свойственно быть на лице, и смысл — «пусть покажет нам себя и не скрывает». Сказано: он имел в виду Али и намекал на аль-Хасана и аль-Хусайна. И сказано: он имел в виду Умара и намекал на его сына Абдуллу, но это далеко от истины, потому что Муавия чрезмерно возвеличивал Умара. В риваяте Хабиба ибн Абу Сабита также встречается, что Ибн Умар сказал: «Я никогда до того дня не помышлял о мирском. Я хотел сказать ему: на это претендует тот, кого бил тебя и твоего отца ради ислама, пока не ввёл вас обоих в него, — но вспомнил о Раю и отвернулся от него [от этой мысли]». Отсюда становится ясной уместность включения этого рассказа в главу о битве у Рва, поскольку Абу Суфьян был в тот день предводителем союзных племён.
Его слово: («сказал Хабиб ибн Маслама») — то есть ибн Малик аль-Фихри, малый сподвижник, а его отец был сподвижником. Он жил в Шаме, и Муавия отправил его с войском на помощь Усману, но Усман был убит прежде, чем тот успел прибыть, и он вернулся, оставшись с Муавией. Тот назначил его на поход против римлян, и его прозвали «Хабиб Румский» из-за частых его вторжений к ним. Он умер во времена халифата Муавии.
Его слово: («почему же ты не ответил ему?») — то есть почему ты не ответил Муавии на те слова. Тогда Ибн Умар сообщил ему о том, что удержало его от этого, сказав: «Я развязал свою хубву...» и так далее. В риваяте Абд ар-Раззака встречается при этих словах добавление: «Мы более достойны этого, чем он и чем его отец», намекая на Ибн Умара. Из этой добавки становится ясной уместность слов Хабиба ибн Масламы, обращённых к Ибн Умару: «почему же ты не ответил ему?». А «хубва» — с даммой над несогласной буквой и сукуном над «ба» — это одежда, которую набрасывают на спину и оба конца которой обвязывают вокруг голеней после их сведения вместе.
Его слово: («тот, кто сражался против тебя и твоего отца за ислам») — то есть в день Ухуда и в день Хандака. В число тех, кто участвовал в этом сражении, входит Али и все мухаджиры, присутствовавшие при этом, в том числе Абдуллах ибн Умар. Отсюда становится ясной уместность включения этого рассказа в главу о битве у Хандака, ибо Абу Суфьян, отец Муавии, был в тот день главой союзных племён (ахзаб). В риваяте Хабиба ибн Абу Сабита также сказано: Ибн Умар сказал: «Я никогда до этого дня не помышлял о мирском. Я хотел сказать ему: неужели претендует на власть тот, против кого сражались ты и твой отец за ислам, — так что я включил вас обоих в это число, — но затем вспомнил о Раю и отказался от этих слов». Мнение Муавии относительно халифата состояло в том, что превосходящий по силе, разуму и знанию должен быть предпочтён превосходящему в раннем принятии ислама, религиозности и служении Аллаху, поэтому он прямо заявлял, что более достоин власти. Мнение же Ибн Умара было противоположным: что менее достойному не следует давать присягу, если только не опасаются смуты. Поэтому впоследствии он присягнул Муавии, затем его сыну Йазиду и запретил своим сыновьям нарушать эту присягу, как будет сказано далее в книге о смутах (фитан); а после этого он присягнул также Абд аль-Малику ибн Марвану.
Его слово: («и пусть на меня возложат нечто иное») — то есть иное, чем то, что я хотел сказать. В прерванном (мункати‘) риваяте у Саида ибн Мансура, переданном от Исмаила ибн Ибрахима от Аййуба, сказано: «Мне сообщили, что когда Ибн Умар — когда Муавия сказал: «Кто более достоин этой власти, чем мы, и кто станет с нами спорить?» — вознамерился сказать: «Те, кто сражались против тебя и твоего отца за ислам», — но испугался, что в его словах может быть пролитие крови и что его слова будут понимать иначе, чем он хотел».
Его слово: («тогда я вспомнил о том, что Аллах приготовил в Раю») — то есть для того, кто терпел и предпочёл будущую жизнь мирской.
Его слово: («сказал Хабиб») — то есть упомянутый ибн Маслама: «ты был сохранён и защищён» (с огласовкой первой буквы у обоих слов — «ху») — то есть он подтвердил правильность его мнения в этом. Мы уже упоминали ранее, что упомянутый Хабиб ибн Маслама был из сторонников Муавии.
Его слово: («сказал Махмуд от Абд ар-Раззака: «и её косички»») — то есть Абд ар-Раззак передал этот хадис от Ма‘мара, шейха Хишама ибн Юсуфа, так же, как передал его Хишам, но разошёлся с ним в этом слове, сказав: «её косички» (навсатуха), и это верно, как было указано ранее. Путь передачи Махмуда — а это Ибн Гайлан аль-Марвази — довёл до непрерывной цепи Мухаммад ибн Кудама аль-Джаухари в своей книге «Ахбар аль-хаварадж», сказав: «Рассказал нам Махмуд ибн Гайлан аль-Марвази, сообщил нам Абд ар-Раззак от Ма‘мара», — и привёл хадис с обоими иснадами вместе, и привёл матн полностью, начало которого: «Я вошёл к Хафсе, и её косички капали». Я уже упоминал ту дополнительную пользу, которая содержится в его риваяте. Также этот хадис привёл Исхак ибн Рахавайх в своём «Мусанаде» от Абд ар-Раззака.
4109 — Рассказал нам Абу Нуайм, рассказал нам Суфьян от Абу Исхака от Сулеймана ибн Сурада, который сказал: «Пророк ﷺ сказал в день Ахзаб: «Мы будем нападать на них, а они на нас не нападут»».
[Хадис 4109 — его продолжение в: 4110]
4110 — Рассказал мне Абдуллах ибн Мухаммад, рассказал нам Яхья ибн Адам, рассказал нам Исраиль: «Я слышал, как Абу Исхак говорил: я слышал, как Сулейман ибн Сурад говорил: я слышал, как Пророк ﷺ сказал, когда союзные племена (ахзаб) были обращены в бегство от него: «Теперь мы будем нападать на них, а они на нас не нападут, мы сами пойдём к ним»».