Его слово: («Глава: имеющая месячные оставляет пост и молитву»). Зайн ибн аль-Мунир сказал, суть чего такова: заглавие не содержит указания на решение о восполнении, чтобы соответствовать хадису главы, ибо в нём нет упоминания об этом. Он сказал: а что касается выражения «оставляет» (تترك), то это указание на то, что совершение поста и молитвы возможно чувственно [физически], но она оставляет их по выбору, поскольку шариат запрещает ей приступать к ним.
Его слово: («И сказал Абу аз-Зинад...» и т. д.) Зайн ибн аль-Мунир сказал: Абу аз-Зинад рассмотрел месячные и обнаружил, что они препятствуют этим двум видам поклонения, а то, что лишает правоспособности [к обязанности], делает невозможным обращение к такому лицу требующего обращения [шариата], и то, что препятствует действительности действия, препятствует и обязательности его. Поэтому он посчитал странным различие между молитвой и постом [в вопросе восполнения] и отнёс это к следованию сунне и чистому исполнению предписания без рассуждения о причине. Ранее в «Книге о менструациях» приводился вопрос Муазы, заданный Аише, об упомянутом различии, и Аиша осудила её за этот вопрос и опасалась, что она переняла его у хариджитов, которые имели обычай оспаривать сунны своими мнениями, и не добавила ей ничего сверх отсылки к тексту. Как будто она сказала ей: оставь вопрос о причине ради того, что важнее знания причины, а именно — покорности предписывающему [шариату].
Некоторые из знатоков фикха обсуждали упомянутое различие, и многие из них опирались на то, что мудрость в этом заключается в том, что молитва повторяется многократно, и её восполнение было бы тяжким, в отличие от поста, который совершается лишь раз в году. Имам аль-Харамайн избрал мнение, что в этом следует руководствоваться только текстом [предания], а всё, что они упомянули из различий, — слабо. Аллах знает лучше. Аль-Мухаллаб же утверждал, что причина запрета поста для имеющей месячные состоит в том, что выход крови обычно вызывает слабость души, и это преобладающее обстоятельство было применено во всех случаях; а поскольку слабость допускает разговение и обязывает к восполнению, так же и месячные. Слабость этого основания очевидна, ибо больной, если он через силу постился, то его пост действителен, в отличие от имеющей месячные; кроме того, женщина с кровотечением [истихада] страдает от потери крови сильнее, чем имеющая месячные, однако ей разрешён пост.
Слова Абу аз-Зинада: «Сунны нередко идут вразрез с [личным] мнением» — как будто он указывает на слова Али: «Если бы религия строилась на мнении, то нижняя часть сапога была бы более достойна обтирания, чем верхняя», — это привели Ахмад, Абу Дауд и ад-Даракутни, и передатчики его иснада надёжны, и подобных случаев в шариатских вопросах много.
Среди того, чем различаются пост и молитва в отношении имеющей месячные, — то, что если она очистилась перед рассветом и произвела намерение, то её пост действителен по мнению большинства, и это не зависит от совершения полного омовения, в отличие от молитвы.
Затем составитель привёл часть хадиса Абу Саида, приведённого ранее в «Книге о менструациях», ограничившись его словами: «Не так ли, что когда у неё начинаются месячные, она не молится и не постится?» Этот хадис привёл Муслим от Ибн Умара в формулировке: «Она проводит ночи, не совершая молитвы, и разговляется в Рамадан — вот в чём недостаток веры», — и далее хадис.
42 — Глава: о том, кто умер, будучи должным пост
И сказал аль-Хасан: если тридцать человек постятся за него один день, это допустимо.
1952 — Рассказал нам Мухаммад ибн Халид, рассказал нам Мухаммад ибн Муса ибн Аайан, рассказал нам мой отец от Амра ибн аль-Хариса, от Убайдуллаха ибн Абу Джаафара, что Мухаммад ибн Джаафар передал ему от Урвы, от Аиши (да будет доволен ею Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто умер, будучи должным пост, за него постится его опекун (вали)». Вслед за ним передал это Ибн Вахб от Амра, и передал это Яхья ибн Айюб от Ибн Абу Джаафара.
1953 — Рассказал нам Мухаммад ибн Абд ар-Рахим, рассказал нам Муавия ибн Амр, рассказал нам Заида от аль-Амаша, от Муслима аль-Батина, от Саида ибн Джубайра, от Ибн Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими), сказавшего: пришёл человек к Пророку ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха, моя мать умерла, будучи должной пост месяца, восполнить ли мне его за неё?» Он сказал: «Да». Он сказал: «Долг Аллаху более достоин быть исполненным». Сказал Сулейман:
тогда сказали аль-Хакам и Салама, а мы все сидели, когда Муслим рассказывал этот хадис: мы слышали, как Муджахид упоминал это от Ибн Аббаса. И упоминается от Абу Халида: рассказал нам аль-Амаш от аль-Хакама и Муслима аль-Батина и Саламы ибн Кухайля, от Саида ибн Джубайра, и Аты, и Муджахида, от Ибн Аббаса: сказала женщина Пророку ﷺ: «Моя сестра умерла...». А Яхья и Абу Муавия сказали: рассказал нам аль-Амаш от Муслима, от Саида ибн Джубайра, от Ибн Аббаса: сказала женщина Пророку ﷺ: «Моя мать умерла...». А Убайдуллах сказал от Зайда ибн Абу Унайсы, от аль-Хакама, от Саида ибн Джубайра, от Ибн Аббаса: сказала женщина Пророку ﷺ: «Моя мать умерла, будучи должной пост по обету». А Абу Хариз сказал: рассказал нам Икрима от Ибн Аббаса: сказала женщина Пророку ﷺ: «Моя мать умерла, будучи должной пятнадцать дней поста».
Его слово: («Глава: о том, кто умер, будучи должным пост») то есть: предписано ли восполнение этого за него или нет? И если предписано, то ограничивается ли это определённым видом поста или охватывает всякий пост? И является ли пост обязательным непременно, или достаточно накормить [бедных]? И ограничивается ли это опекуном (вали), или это действительно и от него, и от других? Разногласие в этом среди учёных известно, как мы разъясним.
Его слово («и сказал аль-Хасан: если постились за него тридцать человек по одному дню, то это допустимо») — в риваяте аль-Кушмихани: «в один день». Имеется в виду тот, кто умер, будучи обязанным восполнить месячный пост. Этот асар передал ад-Даракутни в «Книге заклания» по пути от Абдуллаха ибн аль-Мубарака, от Саида ибн Амира — он же ад-Дуба‘и, от Аш‘аса, от аль-Хасана относительно того, кто умер, будучи обязанным восполнить тридцать дней поста: если для него собрали тридцать человек и они постились за него один день, это будет для него достаточным. Ан-Навави в «Шарх аль-Мухаззаб» сказал: «В отношении этого вопроса я не встречал передачи в мазхабе, но аналогия с мазхабом указывает на достаточность». Я же скажу: однако допустимость этого обусловлена тем, что пост, о котором идёт речь, не требует непрерывности, поскольку в описанном случае непрерывность отсутствует.
Его слово («передал нам Мухаммад ибн Халид») — то есть ибн Хали (через букву «х» с точкой, по образцу имени «Али»), как это категорически утверждает Абу Нуайм в «Мустахрадже». Аль-Джаузаки же категорически утверждает, что это аз-Зухли, поскольку он передал этот хадис от Абу Хамида ибн аш-Шарки от него и сказал: «Его передал аль-Бухари от Мухаммада ибн Йахйи». Так же категорически утверждает аль-Калабази, и способ изложения аль-Мизи согласуется с этим — и это предпочтительное мнение. Согласно этому, аль-Бухари здесь возвёл его к деду его отца, поскольку он — Мухаммад ибн Йахйа ибн Абдуллах ибн Халид. А его шейха, Мухаммада ибн Мусу ибн А‘йана, аль-Бухари застал, но передавал от него только через посредника, как будто он не встречался с ним лично. Амр ибн аль-Харис — это аль-Мисри.
Его слово («кто умер») — общее выражение, охватывающее всех обязанных [шариатом] по контексту, «будучи обязанным восполнить пост». А его слово «пусть постится за него его опекун» — это сообщение в смысле повеления, подразумевающее: «пусть постится за него его опекун». Это повеление не указывает на обязательность по мнению большинства учёных. Имам аль-Харамайн и те, кто последовал за ним, преувеличили, заявив о единогласии в этом вопросе, но это вызывает возражение, поскольку некоторые из захиритов считали это обязательным — возможно, он [имам аль-Харамайн] не принимал в расчёт их разногласие согласно своему правилу.
Предшественники разошлись в этом вопросе: приверженцы хадиса разрешили пост за умершего. Аш-Шафии в своём раннем мнении обусловил принятие этого достоверностью хадиса, как передал это аль-Байхаки в «Аль-Ма‘рифа», и это же мнение Абу Саура и группы хадисоведов из числа шафиитов. Аль-Байхаки в «Аль-Хилафийят» сказал: «Этот вопрос установлен, я не знаю разногласия среди приверженцев хадиса относительно его достоверности, поэтому необходимо действовать в соответствии с ним». Затем он привёл иснад, доходящий до аш-Шафии, который сказал: «Всё, что я сказал, а от Пророка ﷺ достоверно передано противоречащее этому — берите хадис и не следуйте моему мнению».
Аш-Шафии в позднем мнении, Малик и Абу Ханифа сказали: за умершего не постятся. Аль-Лайс, Ахмад, Исхак и Абу Убайд сказали: за него не постятся, кроме случая обета, толкуя общее выражение в хадисе Аиши в свете ограниченного [случая] в хадисе Ибн Аббаса. Между ними нет противоречия, требующего примирения: хадис Ибн Аббаса — это отдельный случай, о котором спросил тот, с кем это произошло, а хадис Аиши — это установление общего правила. И в хадисе Ибн Аббаса содержится указание на нечто подобное этой общности, где в конце сказано: «Долг перед Аллахом более достоин быть исполненным», а что касается Рамадана, то за него кормят [бедняков].
Что касается маликитов, то они ответили на хадис данной главы, заявив о практике жителей Медины, как это у них принято. Аль-Куртуби, следуя Ийаду, заявил, что хадис содержит несогласованность (идтираб), но это применимо лишь к хадису Ибн Аббаса — второму из двух хадисов главы, и несогласованность в нём не является общепризнанной, как будет показано далее; а что касается хадиса Аиши, то в нём нет никакой несогласованности. Аль-Куртуби привёл в качестве доказательства упомянутую добавку Ибн Лахи‘а, поскольку она указывает на отсутствие обязательности, но на это возразили тем, что большинство допускающих [пост за умершего] не считали его обязательным, как было сказано выше, а говорили лишь, что опекун выбирает между постом и кормлением. Аль-Маварди ответил относительно позднего мнения [аш-Шафии], что смысл его слова «пусть постится за него его опекун» — то есть пусть опекун совершит за него то, что заменяет пост, а именно кормление. Он сказал: это подобно его слову «земля — средство очищения для мусульманина, если он не найдёт воды», то есть заменитель назван именем заменяемого — так же и здесь. Но на это возразили, что это отклонение слова от его явного смысла без доказательства.
Что касается ханафитов, то они обосновали неприятие этих двух хадисов тем, что передано от Аиши, что её спросили о женщине, которая умерла, будучи обязанной восполнить пост, и она сказала: «За неё кормят». И от Аиши передано: «Не постúтесь за ваших умерших, а кормите за них» — это передал аль-Байхаки. А также тем, что передано от Ибн Аббаса, который сказал о человеке, умершем, будучи обязанным восполнить [пост] Рамадана: «За него кормят тридцать бедняков» — это передал Абд ар-Раззак. Ан-Насаи передал от Ибн Аббаса, что он сказал: «Никто не постится за другого». Они сказали: когда Ибн Аббас и Аиша дали фетву, противоречащую тому, что они сами передали, это указывает на то, что практика противоречит тому, что они передали — это у них известное правило. Однако в упомянутых сообщениях от Аиши и от Ибн Аббаса есть слабость, и ничто в них не препятствует посту, кроме сообщения от Аиши, которое очень слабое. Предпочтительное мнение состоит в том, что учитывается то, что он передал, а не то, что он усмотрел [сам], поскольку возможно, что это [собственное мнение] противоречит [достоверному] иджтихаду, а его основание в этом не подтверждено, и из этого не следует слабость хадиса при нём. А когда достоверность хадиса подтверждена, достоверное не оставляется ради предположительного. Этот вопрос известен в основах [фикха].
Допускающие [замену поста за умершего] разошлись относительно того, что имеется в виду под его словом «вали (опекун, ближайший родственник) умершего»: было сказано — любой родственник; было сказано — только наследник; было сказано — его агнаты (асаба). Первое мнение более предпочтительно, второе — близко к нему, а третье опровергается историей женщины, спросившей об обете своей матери. Разошлись они также и в том, ограничивается ли это [дозволение] только вали, поскольку изначальным правилом является отсутствие замещения в телесном поклонении, и поскольку это — поклонение, в которое не допускается замещение при жизни, а значит, так же и после смерти, кроме тех случаев, на которые пришло указание [в текстах], — тогда ограничиваются лишь тем, на что пришло указание, а в остальном остаётся изначальное правило. Это мнение является более предпочтительным. Было также сказано: это ограничивается вали, так что если он прикажет постороннему человеку поститься за него, этого будет достаточно, как в случае с хаджем. И было сказано: допустимо, чтобы посторонний самостоятельно совершил это [без поручения], а упоминание вали объясняется тем, что это — преобладающий случай. Внешний вид построения аль-Бухари указывает на то, что он избрал именно это последнее мнение, и на нём категорично настаивал Абу ат-Тайиб ат-Табари, подкрепляя его тем, что Пророк ﷺ уподобил это долгу, а долг не ограничивается [обязанностью] родственника.
Его слово: («Последовал за ним Ибн Вахб от Амра») — то есть от Амра ибн аль-Хариса, упомянутого по его иснаду. Этот следующий риваят передали в связанном виде Муслим, Абу Дауд и другие с тем же текстом (лафз).
Его слово: («И передал это Яхья ибн Айюб») — то есть аль-Мисри, от Убайдуллаха ибн Абу Джафара, по упомянутому иснаду. Этот его риваят приведён у Абу Аваны и ад-Даракутни через путь Амра ибн ар-Раби', и у Ибн Хузаймы через путь Саида ибн Абу Марьям — оба от Яхьи ибн Айюба, и их формулировки согласуются между собой. Аль-Баззар передал это через путь Ибн Лахи'и от Убайдуллаха ибн Абу Джафара, добавив в конце матна слова «если пожелает».
Его слово: («Рассказал нам Мухаммад ибн Абд ар-Рахим») — это известный хафиз, прозванный Са'икой. А Муавия ибн Амр — это аль-Азди, известный как Ибн аль-Керманы, один из ранних шейхов аль-Бухари, от которого он передавал непосредственно в конце книги о пятничной молитве, а здесь, а также в книге о джихаде и в книге о молитве передавал от него через посредника. Упомянутый Муавия занялся собиранием хадисов уже будучи в преклонном возрасте — иначе, если бы он занялся этим соответственно своему [молодому] возрасту, он был бы одним из самых «высоких» (по цепочке) шейхов аль-Бухари. А Заида, его шейх, — это Ибн Кудама ас-Сакафи, известный [передатчик], с которым встречалась группа сподвижников аль-Бухари.
Его слово: («от Муслима аль-Батына») — с фатхой на «ба» с точкой, кясрой на «та» без точки, затем «я» с сукуном, затем «нун». Далее будет сказано, что хадис пришёл через риваят Шу'бы от аль-А'маша от упомянутого Муслима, а Шу'ба передаёт от своих шейхов, которые, возможно, практиковали тадлис, только то, относительно чего установлено достоверно, что они это слышали.
Его слово: («пришёл мужчина») — в риваяте не от Заиды: «пришла женщина». Ранее уже говорилось о том, как её называют по имени, в книге о хадже.
Его слово: («пришёл мужчина») — я не нашёл сведений о его имени. Все передатчики, кроме Заиды и Абсара ибн аль-Касима, сошлись на том, что вопрошавшей была женщина, а Абу Хариз добавил в своём риваяте, что она была хас'амиткой.
Его слово: («поистине, моя мать») — Абу Хамид разошёлся со всеми, кто передавал этот хадис, сказав: «поистине, моя сестра». А относительно Абу Бишра, [передающего] от Са'ида ибн Джубайра, есть расхождение: Хушайм передал от него «некая её родственница», а Шу'ба передал от него «поистине, её сестра» — оба варианта привёл Ахмад, а Хаммад передал от него «некая её родственница — то ли сестра, то ли дочь». Это даёт понять, что сомнение в этом исходит от самого Са'ида ибн Джубайра.
Его слово: («и на ней пост месяца») — так в большинстве риваятов, а в риваяте Абу Хариза: «пятнадцать дней», а в риваяте Абу Халида: «два месяца подряд». Его риваят предполагает, что то, что было на ней, не было постом месяца рамадан, в отличие от риваята других, который допускает такое толкование, кроме риваята Зайда ибн Абу Унайсы, который сказал: «поистине, на ней пост обета» — это ясно указывает на то, что речь не о рамадане. Абу Бишр разъяснил в своём риваяте причину обета: Ахмад передал через путь Шу'бы от Абу Бишра, что некая женщина отправилась в морское путешествие и дала обет поститься месяц, но умерла прежде, чем успела поститься, и её сестра пришла к Пророку ﷺ [и рассказала] хадис. Он также передал это от Хушайма от Абу Бишра подобным образом, и аль-Байхаки привёл это из хадиса Хаммада ибн Салямы. Некоторые утверждали, что в этом хадисе передатчики от Са'ида ибн Джубайра допустили путаницу (идтираб): одни говорили, что вопрошавшей была женщина, другие — что мужчина; одни говорили, что вопрос был об обете поста, другие толковали это как вопрос об обете хаджа, как приводилось ранее в конце книги о хадже. Однако, судя по всему, это две разные истории, и это подтверждается тем, что вопрошавшая об обете поста была хас'амиткой, как в риваяте Абу Хариза, приведённом в форме та'лика, а вопрошавшая об обете хаджа была джухайниткой, как уже упоминалось в соответствующем месте. Мы уже указывали в конце книги о хадже, что Муслим передал через хадис Бурайды, что некая женщина спросила одновременно и о хадже, и о посте.
Что касается расхождения в том, был ли вопрошающий мужчиной или женщиной, и была ли та, о ком спрашивали, сестрой или матерью, то это не наносит ущерба тому месту хадиса, которое служит доказательством, поскольку цель хадиса — установление дозволенности поста или хаджа за умершего, и в этом отношении нет никакой путаницы. Уже указывалось ранее, каким образом можно совместить различающиеся риваяты этого хадиса от аль-А'маша и других, а Аллах знает лучше.
Его слово: («долг перед Аллахом более достоин быть исполненным») — рассуждения об этом уже приводились полностью в конце книги о хадже, незадолго до главы о достоинстве Медины.
Его слово: («сказал Сулейман») — это аль-А'маш, то есть через тот же иснад, что был упомянут вначале, восходящий к нему.
Его слово: («сказал аль-Хакам»), то есть Ибн Утайба, «и Салама», то есть Ибн Кухайль. Суть в том, что аль-Амаш слышал этот хадис от трёх человек в одном собрании от Муслима аль-Батина: сначала от Саида ибн Джубайра, затем от аль-Хакама и Саламы, от Муджахида. Абу Халид аль-Ахмар разошёлся с Заидой в этом, как об этом будет сказано далее.
Его слово: («и передаётся от Абу Халида, рассказал нам аль-Амаш...» и так далее) — итог этого в том, что Абу Халид объединил трёх шейхов аль-Амаша, передав хадис от него от них от трёх шейхов. Внешне это означает, что каждый из них передавал от каждого из трёх шейхов. Но возможно, что он имел в виду перечисление и разъяснение без соблюдения порядка, так что шейхом аль-Хакама был Ата, шейхом аль-Батина — Саид ибн Джубайр, а шейхом Саламы — Муджахид. Это подтверждается тем, что ан-Насаи привёл этот хадис через путь Абд ар-Рахмана ибн Магра от аль-Амаша именно с таким подробным разъяснением, что усиливает риваят Абу Халида. Муслим передал его с непрерывным иснадом, но не привёл матн полностью, а сослался на риваят Заиды, что вызывает возражение, поскольку между ними имеется расхождение, разъяснение которого последует далее. Этот же риваят передали также ат-Тирмизи, ан-Насаи, Ибн Маджа, Ибн Хузайма и ад-Даракутни через путь Абу Халида.
Его слово: («и сказал Яхья»), то есть Ибн Саид, («и Абу Муавия, от аль-Амаша...» и так далее) — они оба согласны с Заидой в том, что шейхом Муслима аль-Батина в этом хадисе был Саид ибн Джубайр. Так же передали его Шуба, Абдуллах ибн Нумайр, Абсар ибн аль-Касим, Убайда ибн Хумайд и другие от аль-Амаша, и их пути приведены у ан-Насаи, Ахмада и других.
Его слово: («и сказал Убайдуллах ибн Амр»), то есть ар-Ракки, («от Зайда ибн Аби Унайсы...» и так далее) — это расходится с риваятом Абд ар-Рахмана ибн Магра в том отношении, что там шейхом аль-Хакама выступает Ата, а здесь его шейхом является Саид. Возможно, что он слышал хадис от каждого из них обоих. Этот путь Убайдуллаха также передал Муслим с непрерывным иснадом.