Ан-Насаи в одном из риваятов сказал: «надёжный (сика)». Ибн Са‘д сказал: «был надёжным». Муслим признал его надёжным, поскольку привёл этот хадис через его передачу. Также его признал надёжным Ибн Хиббан, а другие ослабили его.
Признание достоверным риваята подобного передатчика — дело не столь уж далёкое от истины.
В итоге: матн хадиса достоверен, согласован (муттафак ‘алейхи), более того — является мутаватир, как об этом подробно говорилось ранее. Аллах Всевышний знает лучше.
По непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), приведённому в начале книги, он сказал:
[5957] (2295) — «И передал мне Йунус ибн Абд аль-А‘ля ас-Садафи: сообщил нам Абдуллах ибн Вахб: сообщил мне Амр — это Ибн аль-Харис — что Букайр передал ему от аль-Касима ибн Аббаса аль-Хашими, от Абдуллаха ибн Рафи‘, вольноотпущенника Умм Салямы, от Умм Салямы, жены Пророка ﷺ, что она сказала: «Я слышала, как люди упоминали о Водоёме, но я не слышала этого от самого Посланника Аллаха ﷺ. И вот однажды, когда служанка расчёсывала мне волосы, я услышала, как Посланник Аллаха ﷺ говорит: «О люди!» Я сказала служанке: «Отойди от меня». Она сказала: «Он призвал мужчин, а не женщин». Я сказала: «Ведь я — из людей». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, я иду перед вами к Водоёму. Остерегайтесь же: не пусть никто из вас подойдёт [ко мне там неподобающим образом], и его отгонят от меня, как отгоняют заблудившегося верблюда, и я скажу: «За что это?» И будет сказано: «Ты не знаешь, что они ввели после тебя [в религию]». И я скажу: «Прочь [от милости]!»»»
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — (Йунус ибн Абд аль-А‘ля ас-Садафи) — это: Йунус ибн Абд аль-А‘ля ибн Майсара ас-Садафи, Абу Муса аль-Мисри, надёжный, из младших [10-го разряда], умер в 264 году, дожив до девяноста шести лет (Муслим, ан-Насаи, Ибн Маджа). Упоминался ранее в «Книге веры», 75/393.
2 — (Абдуллах ибн Вахб) — упомянут в предыдущем иснаде.
3 — (Амр ибн аль-Харис) ибн Йа‘куб аль-Ансари, вольноотпущенник их, аль-Мисри, Абу Айюб, надёжный, знаток фикха, хафиз [7-го разряда], умер задолго до полутора сотен лет по хиджре (передают все составители шести сборников). Упоминался ранее в «Книге веры», 16/169.
4 — (Букайр) ибн Абдуллах ибн аль-Ашадж, вольноотпущенник рода бану Махзум, Абу Абдуллах, или Абу Юсуф аль-Мадани, переселившийся в Египет, надёжный [5-го разряда], умер в 120 году, или, как говорят, позже (передают все составители шести сборников). Упоминался ранее в «Книге очищения», 4/554.
5 — (аль-Касим ибн Аббас аль-Хашими) — это: аль-Касим ибн аль-Аббас ибн Мухаммад ибн Мутаббиб ибн Абу Лахаб аль-Хашими, Абу аль-Аббас аль-Мадани, надёжный [6-го разряда], умер в 130 году, или позже (Муслим и четверо составителей). Упоминался ранее в «Книге поста», 22/2667.
6 — (Абдуллах ибн Рафи‘, вольноотпущенник Умм Салямы) аль-Махзуми, Абу Рафи‘ аль-Мадани, надёжный [3-го разряда] (Муслим и четверо составителей). Упоминался ранее в «Книге менструаций», 11/750.
7 — (Умм Саляма) Хинд бинт Абу Умайя ибн аль-Мугира ибн Абдуллах ибн Умар ибн Махзум аль-Махзумийя, мать верующих. Пророк ﷺ женился на ней после [смерти] Абу Салямы в четвёртом году [по хиджре], или, как говорят, в третьем, и она прожила после этого шестьдесят лет, умерла в шестьдесят втором году, или, как говорят, в шестьдесят первом, или, как говорят, раньше этого, — и первое мнение наиболее достоверно (передают все составители шести сборников). Упоминалась ранее в «Разъяснении введения», ч. 2, с. 473.
[Примечание]: из тонкостей этого иснада:
это один из «семизвенных» (суба‘иййат) иснадов автора (да помилует его Аллах), и он последовательно составлен из египтян до Букайра, а оставшиеся [передатчики] — мединцы.
Разбор хадиса:
(от Умм Салямы) Хинд бинт Абу Умайя аль-Махзумийи (да будет доволен ею Аллах), и его слово (жены Пророка ﷺ) — в родительном падеже как приложение (бадаль) или как поясняющее обстоятельство (‘атф баян). (что она сказала: «Я слышала, как люди»), то есть сподвижники и сподвижницы, среди которых она жила, (упоминали о Водоёме, но я не слышала этого от самого Посланника Аллаха ﷺ) — то есть он ﷺ рассказывал людям хадис о Водоёме не в её присутствии, и они пересказывали его так, как слышали от него ﷺ. (И вот однажды) — то есть в один из дней (в то время), когда он ﷺ упомянул о Водоёме, (когда служанка расчёсывала мне волосы) — предложение обстоятельства образа действия (хальиййа); «джарийа» — это невольница. Аль-Файйуми (да помилует его Аллах) сказал: «джарийа» — это [также название] корабля, названного так за его движение (джарй) по морю, и отсюда невольницу назвали «джарийа» по сходству, ибо она движется, будучи принуждаемой к службе в делах своих хозяев; изначально это слово относилось к юной девушке ввиду её лёгкости [движения], затем стали расширительно называть так любую невольницу, даже старуху, не способную к труду, — по названию, которое было у неё прежде. Множественное число — «джавари». Конец цитаты.
Её слово (расчёсывала мне волосы) — с фатхой на первой букве, даммой или касрой на третьей: говорят «машатту-ш-ша‘ра машта» (по образцам «катала» и «дараба») — «расчесала его»; форма с усилением (ташдид, «тумашшитуни») означает усиление действия. «Имташатат аль-имра’а» — «женщина расчесала свои волосы». «Аль-мушт» — гребень, которым расчёсывают, с даммой на «мим», а племя Тамим произносит с кясрой, что соответствует правилу аналогии, поскольку это орудие; множественное число — «амшат». «Аль-мушата» с даммой — то, что выпадает из волос при расчёсывании. Конец цитаты.
(И я услышала, как Посланник Аллаха ﷺ говорит) — а в следующем риваяте: «Я слышала, как Пророк ﷺ говорит с минбара», («О люди!») — он позвал их, чтобы сообщить им то, что было ему открыто в откровении. (Я сказала служанке: «Отойди») — то есть отступи (от меня) и оставь гребень, чтобы это не помешало мне услышать слова Пророка ﷺ. В этом — указание на то, каким совершенным разумом, обширным знанием и сильным стремлением слушать хадисы Пророка ﷺ обладала Умм Саляма (да будет доволен ею Аллах), ведь он ﷺ говорил «о люди» лишь ради блага, к которому он побуждал их, или зла, от которого предостерегал.
(Она сказала) — служанка — (Он призвал мужчин), то есть словами «о люди», (а не призвал женщин). В этом указание на то, что слово «люди» обычно применяется к мужчинам, однако это — понимание служанки, и, возможно, поскольку она была неарабкой, она не знала, что это слово применяется и к женщинам. Поэтому Умм Саляма возразила ей, сказав: (Я сказала: «Ведь я — из людей»), то есть на меня распространяется слово «люди». Аль-Маджд (да помилует его Аллах) сказал: «ан-нас» бывает как из людей (инс), так и из джиннов, это множественное число от «инс», изначально «унас», и это редкая форма множественного числа, к которой была присоединена определённая частица «аль». Конец цитаты.
Аль-Джавхари сказал: «ан-нас» может относиться как к людям, так и к джиннам, а изначально это «унас», сокращённое [до «нас»]. Поэт сказал (размер «камиль мураффаль»):
«Поистине, смертные случаи настигают безопасно живущих людей».
Аль-Файйуми (да помилует его Аллах) сказал: «ан-нас» — имя, установленное для обозначения множества, подобно «аль-кавм», «ар-рахт», единственное число которого — «инсан», не от того же корня, произведённое от «наса йанусу» — «свисать, колыхаться»; применяется как к джиннам, так и к людям. Всевышний сказал: «который внушает наваждение в грудях людей (ан-нас)» (Сура «Люди», аят 5), затем разъяснил, что «ан-нас» означает джиннов и людей, сказав: «из джиннов и людей» (Сура «Люди», аят 6). Джиннов также называли «нас», как их называли и «риджаль» (мужи). Всевышний сказал: «и что были мужи из числа людей, которые искали защиты у мужей из числа джиннов» (Сура «Джинны», аят 6). Арабы говорили: «Я видел людей (нас) из числа джиннов». Уменьшительная форма от «ан-нас» — «нувайс», но чаще это слово употребляется по отношению к людям. Конец цитаты.
Собиратель [этого труда], да простит его Аллах, сказал: приведённые выше тексты указывают на то, что слово «люди» применяется как к мужчинам, так и к женщинам, и это то, что утверждают знатоки основ фикха (усулиты), как я на это указал в «ат-Тухфа аль-марзийя» в разделе основ, при перечислении слов общего значения (алфаз аль-‘умум), сказав:
«И «ан-нас», и «аль-кавм» — для всех обобщают,
и «аль-муслимун», и «в’аф‘алу» — уже включают».
Обратитесь к комментарию «ат-Тухфа» для дальнейшего разъяснения.
В итоге: то, что сказала Умм Саляма (да будет доволен ею Аллах) о том, что слово «люди» включает и женщин, соответствует нормам языка и мнению усулитов. А то, что сказала служанка, объясняется недостаточностью её понимания языка, поскольку она была неарабкой. Аллах Всевышний знает лучше.
Он сказал (Посланник Аллаха ﷺ): «Поистине, я предшествую вам у водоёма» — то есть выхожу к нему заранее, чтобы подготовить для вас то, что подобает прибывающим, оберечь вас и открыть вам путь спасения. Его слово (فَإِيَّايَ) — это выдвинутое вперёд прямое дополнение к глаголу «пусть непременно придёт» («يأتينّ»); из этого следует, что дополнение глагола, усиленного нуном (энергичной формой), не может выдвигаться перед ним, поскольку это противоречит цели усиления. Однако явное мнение мазхаба Ибн Малика допускает это, поскольку он часто так и делает; например, в его словах: «И رافع, и насб сделай грамматическим падежом» («وَالرَّفْعَ وَالنَّصْبَ اجْعَلَنْ إِعْرَابَا»), и в его словах: «И с ним соедини каф» («وَبِهِ الْكَافَ صِلَا»), и в других подобных случаях.
Его слово (لَا) — запретительное «ля», (يَأْتِيَنَّ أَحَدُكُمْ فَيُذَبَّ عَنِّي) — в форме страдательного залога, то есть: будет изгнан и не допущен присутствовать в моём собрании; исходное значение слова «забб» — изгнание. Слово «يُذَبَّ» стоит в падеже насб из-за скрытого обязательного «ан» после причинного «фа», как сказано в «Хуляса»:
«И после фа, отвечающего на отрицание или чистое побуждение, обязательно скрытое «ан», влекущее насб».
(كَمَا يُذَبُّ) — тоже в форме страдательного залога, (الْبَعِيرُ) с фатхой на «ба», хотя допускается и кясра, как сказал автор «аль-Маджд». А аль-Файюми сказал: «баʿир» подобно слову «инсан» (человек) — применяется и к самцу, и к самке верблюда,
(2) См. «аль-Минха ар-радыйя шарх ат-Тухфа аль-марзийя», 3/243–245.
(3) «Машарик аль-анвар», 1/268.
(4) См. «аль-Камус», с. 116.
говорят: «Я подоил своего баʿира», а слово «джамаль» подобно слову «раджуль» (мужчина) — относится только к самцу, а слово «нака» подобно слову «имра'а» (женщина) — относится только к самке. Конец цитаты (1).
Его слово (الضَّالُّ) — то есть заблудившийся, потерянный; это определение к слову «баʿир» (верблюд), и в этом указание на то, что слово «даль» без «ха» может применяться и не к человеку. А в книгах по языку указано, что «даль» относится к человеку, а «даллятун» (с «ха») — к скоту. В «Тадж» сказано: «даллятун» из числа верблюдов — та, что остаётся без хозяина, которого можно было бы узнать. Ибн аль-Асир сказал: «даллятун» — это потерянное из всего, что приобретается из скота и прочего; изначально это действительное причастие, но затем употребление расширилось, и оно стало одним из преобладающих (устойчивых) прилагательных. Аль-Джаухари сказал: «даллятун» — это то, что заблудилось из скота, применяется и к самцу, и к самке; другие добавили: и к двойственному числу, и ко множественному, а форма множественного числа — «даваллю» («ضَوَالّ»). Конец цитаты (2).
Аль-Файюми (да помилует его Аллах) сказал: «даляля-р-раджулю-т-тарика» и «даля ‘анху йадиллю» из первого раздела «дараба», по типу масдаров «даляль» и «даляля» — означает: отклонился от него и не нашёл к нему пути, и он — «даллюн»; это язык (диалект) Неджда, и он является наиболее правильным (фасих); на нём построен Коран, как в словах Всевышнего: «Скажи: если я заблуждаюсь, то заблуждаюсь только против самого себя» [Саба: 50]. А в диалекте жителей аль-Алии — из раздела «таʿиба». Исходное значение слова «даляль» — это исчезновение, отсутствие; отсюда говорят о потерянном животном: «даллятун» с «ха» — и для самца, и для самки, а множественное число — «даваллю», подобно «даббатун» — «даваббу». А о не-животном говорят: «даиʿ» (потерянное) или «лукъата» (найденная вещь). «Даля-ль-баʿир» — то есть исчез, скрылось его местоположение. «Адляльтуху» с «алифом» — я потерял его. Аль-Азхари сказал: «адляльта-ш-шайʾ» с «алифом» — если что-то пропало у тебя, и ты не знаешь его местоположения, как животное — верблюдица, верблюд и подобное им; а если ты ошибся в местоположении неподвижной вещи, как дом, то говоришь: «даляльтуху» с фатхой на «лям» или «далильтуху» с кясрой на «лям», и нельзя говорить «адляльтуху» с «алифом». Ибн аль-Аʿраби сказал: «адаллани кяза» с «алифом» — если ты оказался не в силах, не способен на что-то. А в «аль-Бариʿ» сказано: «даллани фулан», и так же в отношении не-человека — «йадиллуни»: если это ушло от тебя, и ты не в силах это найти; а если ты ищешь животное и ошибся его местом, и не нашёл к нему пути, то оно приравнивается к неподвижным вещам, и ты говоришь: «даляльтуху». Аль-Фараби сказал: «адляльтуху» с «алифом» — я потерял его (в смысле утраты). Поэтому слово аль-Газали «аддалля рахляху» (потерял свою поклажу) — толкование через «утрату» здесь более уместно, чем через «потерю» в смысле «даиʿа». А его слова: «не разрешается продавать беглого (раба) и заблудившееся (животное)» — если имеется в виду человек, то слово верно как есть, а если имеется в виду не-человек, то следовало бы сказать:
(2) «Тадж аль-‘арус», 1/7253.
«ад-даллятин» с «ха», ибо «даль» (без «ха») относится к человеку, а «даллятун» (с «ха») — к потерянному животному. «Далля-н-насий» — то есть исчезла его память (забыл). «Ардун мудыллятун» с фатхой на «мим», а «дад» может быть с фатхой и с кясрой — то есть: земля, на которой теряется дорога. Конец слов аль-Файюми (да помилует его Аллах) (1).
Составитель (Аллах простит ему) говорит: из слов знатоков языка следует понимать, что слово «даль» не применяется к верблюду, а применяется только «даллятун» с «ха», однако хадис указывает на противоположное — так что вдумайся внимательно.
Он ﷺ сказал: (فَأَقُولُ: فِيمَ هَذَا؟) — то есть: за что это изгнание и запрет приходить к водоёму и пить из него? Слово «فِيم» — это предлог «фи» причинного значения, и «ما» вопросительное, у которого опущен «алиф» ради облегчения произношения; подобно словам Всевышнего: «О чём они расспрашивают друг друга?» [ан-Наба: 1], и Его словам: «С чем вернутся посланные?» [ан-Намль: 35]. В «Хуляса» сказано:
«И «ма» в вопросе, если стоит в родительном падеже (с предлогом), теряет свой «алиф», и присоединяй к нему «ха», если останавливаешься (на нём). И это не обязательно, кроме как в случае, когда оно снижено (управляется) именем, как в твоём выражении: «ради чего он требовал»».
(فَيُقَالُ) — говорящий здесь — Аллах (Возвышен Он) или ангел, (إِنَّكَ لَا تَدْرِي مَا أَحْدَثُوا) — то есть: то, что они изобрели (внесли новшества), будь то через отступничество от веры или через какой-либо иной вид нечестия, противоречащий его сунне ﷺ, (بَعْدَكَ) — то есть после твоей смерти, или после того как они покинули твоё собрание. Он ﷺ сказал: (فَأَقُولُ: سُحْقًا) — то есть: отдаление и гибель этим внёсшим новшества, изобретателям (нововведений); слово стоит в винительном падеже как масдар, а само предложение — молитвенное, он молится против них об изгнании и наказании. И Аллах Всевышний знает лучше.
Два вопроса, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Умм Салямы (да будет доволен ею Аллах) относится к числу тех, что передал автор в одиночку (среди составителей шести сборников).
(Второй вопрос): о его источниках:
Его привёл составитель здесь [9/5957 и 5958] (2295), ан-Насаи в «аль-Кубра» (11460), Ахмад в своём «Мусаде» (6/297), Ибн Рахавейх в своём «Мусаде» (4/200), и ат-Табарани в «аль-Кабир» (23/297). И Аллах Всевышний знает лучше.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[5958] (…) — (И передал мне Абу Маʿн ар-Раккаши, и Абу Бакр ибн Нафиʿ, и Абд ибн Хумейд; они сказали: передал нам Абу Амир — а это Абд аль-Малик ибн Амр — передал нам Афлякс ибн Саʿид, передал нам Абдуллах ибн Рафиʿ, он сказал: Умм Саляма рассказывала, что она слышала, как Пророк ﷺ говорил на минбаре, а она в это время расчёсывала волосы: «О люди!» — и она сказала своей причёсывающей: «Придержи мою голову», — по смыслу подобно хадису Букейра от аль-Касима ибн Аббаса).
Передатчики этого иснада — семеро:
1 — (Абу Маʿн ар-Раккаши) — Зейд ибн Язид ас-Сакафи аль-Басри, надёжный [11] (М), упомянут ранее в «аль-Иман» 57/328.
2 — (Абу Бакр ибн Нафиʿ) — это Мухаммад ибн Ахмад ибн Нафиʿ аль-Абди аль-Басри, известный по кунье, правдивый (садук), из младших [10], умер после двухсот сорока (М, Т, С), упомянут ранее в «аль-Иман» 12/158.
3 — (Абд ибн Хумейд) ибн Наср аль-Кисси — с точкой над «сад», Абу Мухаммад; сказано: его имя — Абд аль-Хамид, и это утверждал определённо Ибн Хиббан и многие другие, надёжный, хафиз [11] (умер 249) (Хт, М, Т), упомянут ранее в «аль-Иман» 7/131.
4 — (Абу Амир Абд аль-Малик ибн Амр) аль-Кайси аль-Акади — с фатхой на «айн» и «каф», надёжный [9] (умер 4 или 205) (‘Айн), упомянут ранее в «аль-Мукаддима» 4/21.
5 — (Афлякс ибн Саʿид) аль-Ансари, вольноотпущенник их, Абу Мухаммад аль-Кубаʿи — с даммой на «каф» — аль-Мадани, правдивый (садук) [7].
Передавал от Абдуллаха ибн Рафиʿа, вольноотпущенника Умм Салямы, и от Бурейды ибн Суфьяна аль-Аслями, и от Мухаммада ибн Каʿба, и от других.
От него передавали Ибн аль-Мубарак, Абу Амир аль-Акади, Иса ибн Юнус, Зейд ибн аль-Хубаб, Хаммад ибн Халид аль-Хайят и другие.
Ибн Маин и ан-Насаи сказали: «В нём нет вреда», а Ибн Маин однажды сказал: «Достойный доверия (сика), передаёт пять хадисов». Абу Хатим сказал: «Шейх, чей хадис хорош (салих аль-хадис)». Ибн Саад сказал: «Был достойным доверия, передавал немного хадисов, умер в Медине в (156) году». Аль-Укайли упомянул его в «Слабых»,
сказав: «От него не передавал Ибн Мехди». А Ибн Хиббан сказал: «Передаёт от достойных доверия вымышленные (мавдуа) хадисы, недопустимо ссылаться на него и передавать от него ни в каком случае».
Хафиз сказал: «И я прочитал почерком хафиза Абу Абдаллаха аз-Захаби после этого рассказа: Ибн Хиббан порою обрубает достойного доверия так, будто сам не понимает, что выходит из его собственной головы». Затем он разъяснил его основание, привёл его хадис от Абдаллаха ибн Рафи‘, от Абу Хурайры: «Если продлится тебе срок жизни, то увидишь людей, которые уходят поутру в гневе Аллаха, а возвращаются вечером в Его проклятии, несущих плети, подобные хвостам коров», — а затем сказал: «И это с этим текстом является недостоверным (батыль). Это же передал Сухайль, от своего отца, от Абу Хурайры, со словами: «Двое из моей общины, которых я не видел: мужчины, у которых в руках плети, подобные хвостам коров, и женщины, одетые, но обнажённые»». Аз-Захаби сказал: «Напротив, хадис Афляха — хадис достоверный (сахих), редкий (гариб), и это — подтверждение его смысла по значению». Конец цитаты.
Хафиз сказал: «Хадис приведён в «Сахихе» Муслима по обоим путям передачи, поэтому основание Ибн Хиббана для его ослабления отвергнуто. При этом он проявил невнимательность, упомянув его же в четвёртом разряде «Достойных доверия» («Сика»). А Ибн аль-Джаузи проявил забвение, приведя хадис по обоим путям в «Вымышленных» («Маудуат»), и это одно из самых постыдных мест, случившихся у него в этой книге, ибо он в этом слепо последовал за Ибн Хиббаном без размышления». Конец цитаты (1).
Этим хадисом единолично передал составитель и ан-Насаи, и в этой книге у него [Афляха] только два хадиса: этот, под номером (2295), и хадис (2857): «Скоро, если продлится тебе срок жизни, увидишь людей, у которых в руках подобное хвостам коров...» — и привёл его снова после этого.
А оставшиеся два были упомянуты прежде.
Её слово (كفّي رأسي — «оставь мою голову») — так это записано в списках Муслима, а в «Мусадах» Ахмада и Исхака ибн Рахавайха встречается в форме «لُفّي رأسي» («заплети мою голову») с буквой «лям» вместо «каф». По всей видимости, слово «рأسي» (голова моя) в риваяте Муслима стоит в форме винительного падежа по причине отпадения предлога (наз‘ аль-хафид), то есть: «оставь [заботу] о моей голове», то есть о её причёсывании, ибо глагол «كفّ» управляется предлогом «عن» — говорят: «كفّ عن الشيء كفًّا» (по модели «قتل»), то есть «оставил это»; и говорят «كففته كفًّا» — «я удержал его», то есть сам глагол «كفّ» бывает как переходным, так и непереходным. Так сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах) (2).
(2) «Аль-Мисбах аль-мунир», 2/536.