[Примечание]: риваят Абу Халида аль-Ахмара, который автор здесь отсылает к риваяту Марвана, привёл Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (171), сказав: сообщил нам аль-Хасан ибн Суфьян, [сказав]: рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, [сказав]: рассказал нам Абу Халид аль-Ахмар от Абу Малика аль-Ашджаʻи, который сказал: я слышал, как мой отец говорил: я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Кто признал единственность Аллаха и отверг то, чему поклоняются помимо Него, — тому запретны его имущество и кровь, а расчёт с ним — на Аллахе».
Что же касается риваята Язида ибн Харуна, то его привёл имам Ахмад в своём «Мусаде» (3/472), сказав: рассказал нам Язид ибн Харун, сказавший: сообщил нам Абу Малик аль-Ашджаʻи от своего отца, что тот слышал Пророка ﷺ, говорившего людям: «Кто признал единство Всевышнего Аллаха и отверг то, чему поклоняются помимо Него, — тому запретны его имущество и кровь, а расчёт с ним — на Аллахе, велик Он и славен».
Затем Ахмад сказал: рассказал нам это Язид в Васите и в Багдаде, сказав: «слышал Пророка ﷺ».
А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и конечное пристанище.
«Я хочу лишь исправить, насколько могу. Успех мой только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь» [Худ: 55].
(9) — Глава о доказательстве действительности ислама того, кого застигла смерть, пока он ещё не начал хрипеть в предсмертной агонии
[139] (24) — И рассказал мне Харамала ибн Яхья ат-Туджиби, [сказав]: сообщил нам Абдуллах ибн Вахб, сказавший: сообщил мне Юнус от Ибн Шихаба, сказавшего: сообщил мне Саʻид ибн аль-Мусайиб от своего отца, который сказал: когда к Абу Талибу пришла смерть, к нему явился Посланник Аллаха ﷺ и застал у него Абу Джахля и Абдуллаха ибн Абу Умайю ибн аль-Мугиру. Посланник Аллаха ﷺ сказал: «О дядя, скажи: «нет божества, кроме Аллаха» — слово, которым я засвидетельствую за тебя перед Аллахом». Абу Джахль и Абдуллах ибн Абу Умайя сказали: «О Абу Талиб, неужели ты отвращаешься от религии Абд аль-Мутталиба?» Посланник Аллаха ﷺ не переставал предлагать ему это и повторять эти слова, пока Абу Талиб не сказал в последний раз, обращаясь к ним: «Он на религии Абд аль-Мутталиба», — и отказался сказать «нет божества, кроме Аллаха». Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Клянусь Аллахом, я непременно буду просить прощения для тебя, пока мне не будет запрещено это делать в отношении тебя». И тогда Аллах ниспослал: «Не подобает Пророку и верующим просить прощения многобожникам, даже если они близкие родственники, после того как им стало ясно, что они — обитатели Ада» [ат-Тауба: 113]. И ниспослал Аллах Всевышний об Абу Талибе, сказав Посланнику Аллаха ﷺ: «Поистине, ты не наставляешь на прямой путь тех, кого любишь, но Аллах наставляет на прямой путь, кого желает, и Он лучше знает наставленных на прямой путь» [аль-Касас: 56].
Передатчики этого иснада: шестеро.
1 — (Харамала ибн Яхья ат-Туджиби) египтянин, упомянутый в предыдущей главе.
2 — (Абдуллах ибн Вахб) ибн Муслим аль-Кураши, их вольноотпущенник, Абу Мухаммад аль-Мисри, надёжный, хафиз, благочестивый знаток фикха [9] (умер в 197 г.) (входит во все шесть сводов) 2/10.
3 — (Юнус) ибн Язид аль-Умави, их вольноотпущенник, Абу Язид аль-Айли, надёжный, из числа старших [9] (умер в 159 г.) (входит во все шесть сводов) 2/4.
4 — (Ибн Шихаб) Мухаммад ибн Муслим аз-Зухри, имам, доказательство, знаток фикха, твёрдый в передаче, глава [4] (умер в 125 г.) (входит во все шесть сводов), был упомянут ранее в «Шарх аль-Мукаддима» 1/343.
5 — (Саʻид ибн аль-Мусайиб) ибн Хазн аль-Кураши аль-Махзуми, Абу Мухаммад аль-Мадани, знаток фикха, надёжный, твёрдый в передаче, из числа старших [3] (умер в 94 г.) (входит во все шесть сводов) 4/70.
6 — (Его отец) аль-Мусайиб ибн Хазн ибн Абу Вахб ибн Амр ибн Аиз ибн Имран ибн Махзум аль-Кураши аль-Махзуми, отец Саʻида; и у него, и у его отца Хазна была сподвижническая связь [с Пророком]. У него есть хадис в обоих «Сахихах», переданный через Тарика ибн Абд ар-Рахмана, который сказал: я отправился в хадж и прошёл мимо людей, совершающих молитву. Я спросил: «Что это за мечеть?» Они ответили: «Это то самое дерево, где Посланник Аллаха ﷺ принял клятву верности — Байʻат ар-Ридван». Тогда я встретил Саʻида ибн аль-Мусайиба и сообщил ему об этом, и Саʻид сказал: рассказал мне мой отец, что он был из числа тех, кто присягнул Посланнику Аллаха ﷺ под тем деревом. Когда мы вышли туда в следующем году, мы не смогли найти это место. Саʻид сказал: «Сподвижники Мухаммада ﷺ не знали его, а вы, значит, узнали его? Вам лучше знать». У аль-Мусайиба есть и другой хадис в обоих «Сахихах» и в других сводах — история о смерти Абу Талиба.
Хафиз сказал в «аль-Исаба»: и всё это отвергает слова Мусʻаба аз-Зубайри о том, что, по единогласному мнению наших учёных, аль-Мусайиб и его отец были из числа принявших ислам при завоевании [Мекки]. Это его утверждение отверг Абу Ахмад аль-Аскари. Аль-Мусайиб присутствовал при завоевании Шама, но мне не удалось установить, когда он умер. Конец слов хафиза (1).
И сказал в «Тахзиб ат-Тахзиб»: аль-Вакиди и Мусʻаб аз-Зубайри утверждали, что он из числа принявших ислам при завоевании, но они ничего не доказали этим, ибо в «Сахихе» твёрдо установлено, что он присутствовал при Худайбии. Ибн Юнус сказал: аль-Мусайиб прибыл в Египет для похода на Ифрикию в двадцать седьмом году. А в «ас-Сикат» Ибн Хиббана среди последователей упомянут аль-Мусайиб ибн Хазн; если он имел в виду именно его, то допустил серьёзную ошибку. Аль-Азди и другие включили его в число тех, от кого передавал только один человек (1).
Из него передавали аль-Бухари, автор [«Сахих Муслим»], Абу Дауд и ан-Насаи. В этой книге у него только два хадиса: этот хадис и хадис о его присяге под деревом (1859), который он повторил после этого дважды. А Аллах Всевышний знает лучше.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что этот иснад — из числа шестизвенных у автора, да будет милостив к нему Аллах Всевышний.
2 — (Из них): что его передатчики — передатчики, [признанные] всей общиной, кроме его шейха [Харамалы], которого передавал только он [Муслим], а также ан-Насаи и Ибн Маджа.
3 — (Из них): что первая его половина имеет сплошную цепь египтян — а Юнус, хотя и был из Айлы, но переселился в Египет, — а вторая половина имеет сплошную цепь мединцев.
4 — (Из них): что иснад сплошной по формуле «сообщил нам» (ахбарана), в начале — по формуле «рассказал нам» (хаддасани), а в конце — по формуле «передал от» (‘ан), и все эти формулы относятся к формулам непосредственной связи, о чём подробно говорилось при разборе слова «‘ан».
5 — (Из них): что в нём есть передача одного последователя от другого последователя, и передача сына от отца.
6 — (Из них): что Саʻид — один из семи известных знатоков фикха в Медине из числа последователей, о которых говорилось ранее.
7 — (Из них): что Саʻид единолично передавал от своего отца, и кроме него у отца не было других передатчиков. Это опровергает утверждение аль-Хакима Абу Абдуллаха ан-Нисабури о том, что условие двух шейхов [аль-Бухари и Муслима] — приводить лишь тот хадис, который передаёт известный сподвижник, широко известный передачей от Посланника Аллаха ﷺ, у которого есть два надёжных передатчика, а от него передаёт известный последователь, широко известный передачей от сподвижников, у которого тоже есть два надёжных передатчика, и так далее. Ведь это утверждение опровергается данным иснадом и подобными ему случаями, о которых говорилось ранее в двадцать первом вопросе введения к «Шарх аль-Мукаддима»; обратись к нему и извлечёшь пользу. И Аллах Всевышний — податель успеха.
8 — (Из них): что сподвижник, от которого идёт передача [аль-Мусайиб], — из числа тех, кто передавал мало. У него в сводах есть только три хадиса: этот хадис — у обоих шейхов и у ан-Насаи, хадис о истории его присяги под деревом — у обоих шейхов, и хадис о том, как его отец пришёл к Пророку ﷺ, и Пророк сказал ему: «Как твое имя?..» и так далее — у аль-Бухари.
9 — (Из них): что имя «аль-Мусаййаб» (المُسَيَّب) во всех случаях [огласуется] с фатхой на «я» по форме причастия страдательного залога, кроме этого случая: здесь правильнее огласовывать с кясрой на удвоенной «я», ибо так это утвердилось от жителей Медины, а они лучше знают об этом. А фатху дали ему жители Куфы, и сам Саʻид не любил, когда его [имя отца] огласовывали с фатхой. Говорят, что он проклял того, кто произносил с фатхой, сказав: «Пусть Аллах предаст скитаниям того, кто предал скитаниям [огласовку] имени моего отца» (в арабском тексте — игра слов на корне س-ي-ب). На это указанное огласование я указал в своих стихах:
«Мусаййаб» с фатхой на «я» во всех случаях, кроме
Абу Саʻида — там два варианта возможны,
Но кясра более верна, ибо так пришло
От жителей Медины — пусть это утвердится.
От Саʻида передано, что он не любил фатху,
Более того, говорят, он проклял того, кто на неё оперся.
Так держись же в стороне от огласовки «фатха» на нём, чтобы избавиться … от неприязни к нему и от упрёка, и обрести выгоду.
А Аллах Всевышний знает лучше.
Толкование хадиса:
(От Ибн Шихаба) — аз-Зухри, — что он (сказал: «Сообщил мне Саид ибн аль-Мусайиб от своего отца») — аль-Мусайиба ибн Хазна (حَزْن) — с фатхой на «х» (букву без точки), с сукуном на «з», после которой идёт «н», — ибн Абу Вахба, — что он (сказал: «Когда к Абу Талибу подступила смерть»), то есть настали признаки смерти, а не то, что он уже дошёл до состояния непосредственного созерцания [ангела смерти], — ибо если бы дело дошло до этого, то вера, если бы он уверовал, уже не принесла бы ему пользы. На это указывает то, что произошло в разговоре Пророка ﷺ с ним и с присутствовавшими при нём неверующими курайшитами.
Возможно также, что он действительно дошёл до этого состояния, но Пророк ﷺ надеялся, что если он признает единобожие хотя бы в этом состоянии, то это принесёт ему пользу именно в его случае, и его заступничество за него окажется допустимым — ввиду его особого положения перед ним. Поэтому он сказал: «Я буду приводить его в качестве доказательства в твою пользу перед Аллахом», — что было бы одной из особых [милостей]. Это подтверждается тем, что после того как Абу Талиб отказался признать единобожие и сказал, что остаётся на веровании Абд аль-Мутталиба, и умер на этом, — Пророк ﷺ не оставил заступничества за него, а заступился за него, так что ему было облегчено наказание по сравнению с другими, и это было одной из особенностей, [дарованных Пророку] в отношении него.
Составитель [книги] — да простит его Аллах Всевышний! — сказал: кади Ийад посчитал слабым это второе предположение в своём «Икмале» (1/212), и от него это передал ан-Навави в своём «Шархе» и согласился с ним. Мне же представляется, что это предположение верное и сильное, более того — оно сильнее первого, судя по доводам, которые ты только что услышал в исследовании аль-Хафиза [Ибн Хаджара]. Держись же их и не позволяй словам кади отвратить тебя от этого — вдумайся! А Аллах Всевышний — ведущий к прямому пути.
Полное рассмотрение этого вопроса будет представлено при разборе последующих хадисов о заступничестве, которые придут вскоре, если пожелает Аллах Всевышний.
[Замечание]: этот Абу Талиб — сын Абд аль-Мутталиба ибн Хашима ибн Абд Манафа ибн Кусайя. Он — дядя Пророка ﷺ по отцу и отец Али ибн Абу Талиба. Его [собственное] имя — Абд Манаф, а по другому мнению, его имя совпадает с его куньей, но первое мнение более верно. Имя Абд аль-Мутталиба — Шайба, его называли Шайба аль-Хамд. Имя Хашима — Амр, а Хашим — его прозвище, потому что он первым разломал хлеб (тарид) для своего народа. Имя Абд Манафа — аль-Мугира. Имя Кусайя — Зайд, и его называли Муджаммиъ, потому что он собрал вокруг себя свой народ.
Отец Пророка ﷺ, Абдуллах, уже умер, когда Посланник Аллаха ﷺ, согласно наиболее достоверному мнению, был зачат во чреве матери. Посланник Аллаха ﷺ родился и рос под опекой своего деда Абд аль-Мутталиба, пока тот не умер, и тогда его взял под опеку его дядя Абу Талиб. Абу Талиб не переставал любить его сильной любовью, оберегать его и защищать, пока Аллах не послал Мухаммада ﷺ с пророчеством. Тогда Абу Талиб оказал ему поддержку, помогал ему, защищал его от тех, кто желал ему зла, вставал на его защиту и враждовал за него с курайшитами и всеми арабами, пока они не выступили против него с войной, открыто проявляя враждебность и причиняя вред, и требовали, чтобы он выдал его им, но он не сделал этого. Затем курайшиты и все жители Мекки договорились между собой и заключили союз о том, чтобы избегать его и всех бану Хашим, бойкотировать их, не приближаться к ним, не вступать с ними в брак, не торговать с ними и не оказывать им никакой помощи и поддержки, пока они не выдадут им Посланника Аллаха ﷺ. Они записали этот договор на грамоте и повесили её в Каабе. Тогда Абу Талиб и бану Хашим удалились в своё ущелье и оставались там около трёх лет в тяжких трудах и жёстких условиях, пока Аллах не расторг этот договор и не явил дело Своего Пророка ﷺ, как об этом упоминается в книгах о жизни Пророка.
Абу Талиб знал об истинности всего, что говорил Пророк ﷺ, и говорил курайшитам: «Вы знаете, что Мухаммад никогда не лгал», а своему сыну Али он говорил: «Следуй за ним, ибо он на истине». Однако сам он не принял Ислам и не произнёс его словесно, и оставался в таком положении до самой своей смерти. Посланник Аллаха ﷺ пришёл к нему, надеясь на его принятие Ислама, стремясь к этому всеми силами, отдавая всё, что у него было, но этому воспрепятствовали препоны предопределения, против которых не помогает ни усердие, ни способность. Так сказал аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний.
Ан-Навави в своём «Шархе» сказал: смерть Абу Талиба наступила в Мекке незадолго до хиджры. Ибн Фарис сказал: Абу Талиб умер, когда Посланнику Аллаха ﷺ было сорок девять лет, восемь месяцев и одиннадцать дней, а Хадиджа, мать верующих (да будет доволен ею Аллах), умерла через три дня после смерти Абу Талиба. Конец цитаты.
(К нему пришёл Посланник Аллаха ﷺ и застал у него Абу Джахля и Абдуллаха ибн Абу Умайю ибн аль-Мугиру) — сказано в «Аль-Фатхе»: возможно, что аль-Мусайиб присутствовал при этом событии, ведь упомянутые лица принадлежали к бану Махзум, а он сам тоже из бану Махзум. Все трое в то время были неверующими; Абу Джахль умер в своём неверии, а двое других приняли Ислам.
Что же касается слов некоторых толкователей о том, что этот хадис относится к «мурсалятам» сподвижников, то это мнение отвергается. Он привёл в доказательство, что аль-Мусайиб, по мнению Мусаба, принял Ислам в год завоевания [Мекки], а по мнению аль-Аскари — из числа тех, кто присягнул под деревом. Он сказал: «В любом случае он не мог присутствовать при смерти Абу Талиба, ибо тот умер, как и Хадиджа, в близкие по времени дни одного и того же года, когда Пророку ﷺ было около пятидесяти лет». Конец цитаты.
Основание для отвержения [этого мнения] состоит в том, что из того, что аль-Мусайиб принял Ислам позже, не следует, что он не мог присутствовать при смерти Абу Талиба, — точно так же как при ней присутствовал Абдуллах ибн Абу Умайя, который в то время был неверующим, а затем принял Ислам.
Удивительно, как этот автор приписывает аль-Аскари то, что аль-Мусайиб был из числа присягнувших под деревом, и при этом упускает из виду, что это твёрдо установлено в «Сахихе» аль-Бухари, который он же сам толкует! — как ясно упоминается в «Книге военных походов».
(Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал: «О дядя!») — а в риваяте аль-Бухари: «Ай, дядя!» (أَيْ عَمِّ) — «ай» с облегчённой (без удвоения) «йа» — это частица обращения, а «дядя» (عَمّ) — обращаемое [слово], присоединённое к «йа» первого лица, которая была отброшена для облегчения.
[Полезное замечание]: в грамматическом разборе выражения «йа амм» («يا عمّ») допускаются [различные] формы, ибо правило таково: если обращаемое [слово] присоединяется к «йа» первого лица и имеет правильное (не слабое) конечное [согласное], как, например, «раб» (العبد), «отец» (الأب), «мать» (الأمّ), «дядя» (العمّ) и подобные им, — то допустимы шесть форм:
Первая: отбрасывание «йа» и ограничение кясрой, например «يا عمِّ» — это наиболее распространённая форма.
Вторая: сохранение «йа» с сукуном, например «يا عمّي» — она менее распространена, чем первая.
Третья: превращение «йа» в «алиф» с последующим её отбрасыванием и ограничение фатхой, например «يا عمَّ».
Четвёртая: превращение её в «алиф» с сохранением его и заменой кясры на фатху, например «يا عمَّا».
Пятая: сохранение «йа» с приведением её в движение фатхой, например «يا عمّيَ». На эти пять форм указал Ибн Малик, да помилует его Аллах Всевышний, в своей «Хулясе», сказав:
«И сделай обращаемое [слово] с правильным [окончанием], если оно присоединено к «йа», — подобно [формам]: «‘абди, ‘абди, ‘абда, ‘абда, ‘абдийа»».
Шестая: приведение имени к состоянию, [как у] отдельно стоящего обращаемого [слова], после отбрасывания «йа», с ограничением [лишь] подразумеваемым смыслом присоединённости, — это самая слабая из форм и встречается только там, где обращение с присоединением к «йа» часто употребляется, как, например, «Господь» (الربّ), «родители» (الأبوان), «дядя» (العمّ) и подобные им.
Из этого становится ясно, что в выражении здесь: «يا عمّ» — допустимы все эти шесть форм. Обрати на это внимание. А Аллах Всевышний знает лучше.
(«Скажи: «Нет божества, кроме Аллаха», — [это] слово») — [слово «калима» стоит] в винительном падеже как замена («бадаль») от «нет божества, кроме Аллаха», либо по причине выделения («ихтисас»). Допустим также именительный падеж, при котором оно является сказуемым для опущенного подлежащего, то есть [подразумевается]: «это — слово».
(«Свидетельствую») — допустимо чтение с сукуном (джазм) на основании того, что это ответ на условие «скажи», то есть: «если ты скажешь — свидетельствуй»; допустимо и чтение с раф‘ом на основании того, что это самостоятельное предложение — разъясняющее самостоятельное предложение, — как если бы он сказал: «А что мне будет, если я скажу это?» В риваяте аль-Бухари: «Я буду препираться (за тебя)» — с усилением «джим», от «мухаджжа», что является формой «муфа‘ала» от «худжжа» (доказательство, спор). В риваяте Муджахида у ат-Табари: «Я буду отстаивать тебя посредством неё». Ат-Табари добавляет через путь Суфьяна ибн Хусейна от аз-Зухри, что он сказал: «О дядя, поистине ты — самый великий из людей по праву передо мной и самый благодетельный ко мне, скажи же слово, ради которого мне станет дозволено заступиться за тебя в День воскресения». Так сказано в «Фатхе» (сноска 1).
Аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: и всё это — побуждение Абу Талиба и старание о его спасении, но Аллах не допускает ничего, кроме того, что Он желает. Конец цитаты (сноска 2).
(«тебе за это перед Аллахом») — оба предлога и обстоятельство обстоятельства связаны со словом «свидетельствую».
(«Тогда сказали Абу Джахль и Абдуллах ибн Абу Умайя: «О Абу Талиб, неужели ты отвращаешься от религии Абд аль-Мутталиба?») Хамза здесь — вопросительная, выражающая отрицательное удивление, то есть: «неужели ты отворачиваешься от неё и оставляешь её?» Говорят «рагиба ‘ан аш-шай’» — «когда он не желает этого», а «рагиба фихи» — «когда он желает этого». В «Камусе» сказано: «рагиба фихи», по образцу «сами‘а» — «рагбан», также с дамма — «рагбатан»: желал этого, подобно «иртагаба»; а «рагиба ‘анху»: не желал этого. Конец цитаты (сноска 3). А в «Мисбахе»: «рагибту фи-ш-шай’» и «рагибтуху» — переходный глагол также непосредственно: когда желаешь этого — «рагабан» с фатхой и сукуном на «гайн», «ругба» с фатхой и дамма на «ра», и «рагба'» с фатхой и удлинением; «рагибту ‘анху»: когда ты не желаешь этого. Конец цитаты (сноска 4).
(«И не переставал Посланник Аллаха ﷺ предлагать ему это») — с фатхой в начале и кясрой на «ра»; говорят «‘арада ‘алейхи аш-шай’а»: показал ему это, то есть — не переставал ﷺ побуждать Абу Талиба к этому слову и представлять его ему в привлекательном виде. В риваяте аш-Ша‘би у ат-Табари: «И сказал ему это неоднократно» («И повторял ему то же самое выражение»). Аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: так это в оригиналах и у большинства шейхов, и имеется в виду, что Пророк ﷺ обращался к Абу Талибу, предлагая ему свидетельство и повторяя его. В некоторых списках встречается: «и повторяют ему то же самое выражение» — в форме двойственного числа, и объяснение этому таково, что Абу Джахль и Абдуллах ибн Абу Умайя повторяли Абу Талибу свои слова: «неужели ты отвращаешься от религии Абд аль-Мутталиба?», пока он не ответил им согласием на это. Кади сказал: и это более вероятно. Конец цитаты (сноска 1).
В риваяте аль-Бухари: «И оба повторяют ему то же самое выражение» — сказано в «Фатхе»: то есть возвращают его к неверию тем же самым выражением, как если бы он сказал: он было близок к тому, чтобы произнести это слово, но они оба возвращали его назад. В риваяте Ма‘мара встречается: «и оба возвращаются к нему с тем же самым выражением», и это более ясно. Конец цитаты (сноска 2).
(«Пока Абу Талиб не сказал в последних своих словах, обращённых к ним») — то есть в конце своей беседы с ними («он — на религии Абд аль-Мутталиба») — имея в виду самого себя. Возможно также, что он сказал «я», но передатчик изменил это из отвращения передавать слова Абу Талиба в таком виде, считая упомянутое выражение неприятным, и это — из числа хороших передач с изменением.
В риваяте Муджахида сказано: «О сын моего брата, религия предков» (то есть: «Пусть остаётся религия предков»). А в предстоящем ниже хадисе Абу Хурайры у Муслима сказано: «Он сказал: «Если бы не то, что курайшиты станут порочить меня, говоря: его побудило к этому только отчаяние (страх смерти), я бы порадовал тебя этим»». А в риваяте ат-Табарани сказано: «Он сказал: «Если бы не то, что это стало бы для тебя позором, я не стал бы возражать против того, чтобы сделать это»».
(«И отказался») — то есть удержался Абу Талиб («сказать: нет божества, кроме Аллаха») — это подтверждение передатчика в отрицании того, что это произошло со стороны Абу Талиба, и, видимо, он опирался в этом на то, что не слышал этого от него в тот момент, и это тот предел, который он мог узнать; возможно также, что Пророк ﷺ сообщил ему об этом.
(«Тогда сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Ама») — с фатхой на «хамзе» и облегчением (без удвоения) «мим»: частица, служащая для начала речи и внимания, подобно «ала». В некоторых списках встречается: «Ама, клянусь Аллахом, я непременно буду просить прощения для тебя» — Ан-Навави, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: так мы это огласовали — «Ама» без «алиф» после «мим», а в многих оригиналах, или в большинстве их — «Ама, клянусь Аллахом» с «алиф» после «мим», и оба варианта правильны.
Имам Абу-с-Са‘адат, Хиба Аллах ибн Али ибн Мухаммад аль-‘Алави аль-Хасани, известный как Ибн аш-Шаджари, в своей книге «Амали» сказал: «ма» — прибавлено для усиления, они соединили её с вопросительной хамзой и использовали их совокупность в двух смыслах: один из них — что этим подразумевается смысл «поистине» («хаккан») в их выражении: «Ама валлахи ляаф‘аланна» («Поистине, клянусь Аллахом, я непременно сделаю»). Другой — что это служит для начала речи, наподобие «ала», как в твоём выражении: «Ама, поистине Зейд идёт» («Внимание, поистине Зейд идёт»). И чаще всего опускается её «алиф», если после неё следует клятва, чтобы показать сильную связь второго с первым, ведь если слово останется на одной букве, оно не сможет стоять самостоятельно, и поэтому по опущению «алиф» слова «ма» узнаётся её потребность в соединении с хамзой. Конец цитаты (сноска 1).
(«Клянусь Аллахом, я непременно буду просить для тебя прощения, пока мне не будет запрещено») — в форме страдательного залога («об этом») — то есть о прощении для тебя. В некоторых риваятах, помимо кашмихани, у аль-Бухари: «пока мне не будет запрещено об этом» — то есть о том прощении, на которое указывают его слова: «я непременно буду просить прощения для тебя».
Аз-Зейн ибн аль-Мунайир сказал: не подразумевается общее прощение и снисхождение за грех многобожия, а подразумевается только облегчение наказания для него, как об этом разъяснено в другом хадисе.
Хафиз возразил на это, что это — серьёзное недосмотрение с его стороны, ибо заступничество за Абу Талиба в облегчении наказания не было отвергнуто, и просьба об этом не была запрещена; запрет коснулся именно просьбы об общем прощении. И это было допустимо для Пророка ﷺ по примеру Ибрахима, мир ему, в этом деле, затем пришла отмена этого, как будет ясно разъяснено далее. Конец цитаты.
(«Тогда Аллах ﷻ ниспослал: «Не подобает Пророку и верующим просить прощения для многобожников»» [ат-Тауба: 113]) — то есть не допускается и не подходит им это, и это — известие в смысле запрета, как сказано в «Фатхе». Знатоки смыслов упоминают, что «ма» приходит в Коране в смысле отрицания, как в словах Всевышнего: «Не подобало вам вырастить деревья её» [ан-Намль: 60], и «И не подобало ни одной душе умереть иначе как с дозволения Аллаха» [Али Имран: 145], а также в смысле запрета, как в словах Всевышнего: «И не подобало вам причинять неудобство Посланнику Аллаха» [аль-Ахзаб: 53]. И в этом хадисе она — для запрета. Некоторые истолковали «просьбу о прощении» здесь в смысле «молитвы», но правильным является первое (сноска 2).
И «вав» в словах Всевышнего: («хотя бы они были близкими родственниками») [ат-Тауба: 113] — «вав» состояния («после того как стало ясно им, что они — обитатели Огня») [ат-Тауба: 113] — то есть посредством смерти на неверии, а «Джахим» — одно из имён Огня, приготовленного для неверных, и всякий огонь в глубокой яме называется «джахим», отсюда слова Всевышнего: «Они сказали: постройте для него строение и бросьте его в Джахим» [ас-Саффат: 97].
А «джахим» (в другом значении) — место с сильным жаром, а «обитатели Джахима» — заслужившие его и постоянно в нём остающиеся.
Затем Всевышний разъяснил оправдание Ибрахима за его просьбу о прощении в Своих словах: «И прости моему отцу, поистине он был из числа заблудших» [аш-Шу‘ара: 86], поясняя, что это произошло с его стороны из-за обещания, данного Ибрахимом своему отцу, когда он сказал ему: «Я непременно буду просить прощения для тебя у моего Господа, поистине Он ко мне милостив» [Мариям: 47]. Сказано также, что обещание было дано отцом Ибрахима ему — что он примет ислам, и когда тот не выполнил его и стало ясно, что он не примет ислам — либо по откровению, либо по его смерти на неверии — Ибрахим отрёкся от него, как сказал Всевышний: «И когда стало ясно ему, что он — враг Аллаха, он отрёкся от него» [ат-Тауба: 114]. И оба мнения принадлежат знатокам толкования Корана.
«Аль-Аввах» (الأوّاه) — это тот, кто много обращается с мольбой, смиренно взывая к Аллаху; так сказали Ибн Мас‘уд и Ибн Аббас. «Аль-Халим» (الحليم) — господин, предводитель; так сказал Ибн Хабиб. Есть и другое мнение: это тот, кто терпелив перед испытанием и снисходителен к обиде. Так сказал аль-Куртуби.
«И ниспослал Аллах Всевышний относительно Абу Талиба» — то есть относительно его дела и положения — «сказав Посланнику Аллаха ﷺ: «Поистине, ты не наставишь на прямой путь того, кого возлюбил, но Аллах наставляет на прямой путь, кого желает, и Он лучше знает наставленных на прямой путь» (28:56). Абу аль-Аббас аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний, сказал: то есть ты не властен даровать успех тому, кого Аллах Всевышний желает оставить без поддержки. И раскрывается это тем, что истинное наведение на прямой путь — это создание способности к повиновению и её принятие, а это не под силу никому, кроме Аллаха Всевышнего. А та «хидая» (наставление), которую верно относить к кому-то помимо Аллаха Всевышнего в каком-то отношении, — это указание и разъяснение, как сказал Всевышний: «И поистине, ты направляешь на прямой путь» (42:52), то есть указываешь и разъясняешь, как сказано: «Чтобы ты разъяснил людям то, что им ниспослано» (16:44). И то, что мы упомянули, — это учение людей сунны и общины, и на это указывают убедительные доводы. Конец цитаты.
Ан-Навави в своём «Шархе» сказал: толкователи Корана единогласны в том, что этот аят был ниспослан относительно Абу Талиба, и это же единогласие передал аз-Заджжадж и другие. Аят этот носит общий характер, ибо только Аллах Всевышний наставляет и только Он вводит в заблуждение.
(Абу Абдуллах аль-Куртуби в своём «Тафсире» возразил аз-Заджжаджу, сказав после приведения его слов: я говорю: правильнее сказать, что большинство толкователей единогласны в том, что аят был ниспослан относительно дела Абу Талиба, дяди Пророка ﷺ. Конец цитаты.)
Аль-Фарра и другие сказали: слова Всевышнего «кого возлюбил» (28:56) могут быть истолкованы двояко:
Первое: имеется в виду тот, кого ты возлюбил из-за родства с ним.
Второе: тот, кого ты возлюбил в том смысле, что желал его наставления на прямой путь. Ибн Аббас, Муджахид, Мукатиль и другие сказали: «и Он лучше знает наставленных на прямой путь» (28:56), то есть тех, кому предопределено наставление. Конец цитаты.
Имам Ибн Касир, да помилует его Аллах Всевышний, сказал в своём «Тафсире»: Аллах Всевышний говорит Своему Посланнику ﷺ: поистине ты, о Мухаммад, «не наставишь на прямой путь того, кого возлюбил» (28:56), то есть это не в твоей власти, на тебе лишь донесение, а Аллах наставляет, кого желает, и Ему принадлежит совершенная мудрость и неопровержимый довод, как сказал Всевышний: «Не на тебе лежит их наставление на прямой путь, но Аллах наставляет, кого желает» (2:272), и сказал: «И большинство людей, даже если ты страстно этого желаешь, не станут верующими» (12:103). А этот аят более конкретен, чем всё это, ибо в нём сказано: «Поистине, ты не наставишь на прямой путь того, кого возлюбил, но Аллах наставляет на прямой путь, кого желает, и Он лучше знает наставленных на прямой путь» (28:56), то есть Он лучше знает, кто заслуживает наставления, а кто заслуживает заблуждения. Конец цитаты.
Ан-Насафи, да помилует его Аллах Всевышний, сказал в своём «Тафсире»: «Поистине, ты не наставишь на прямой путь того, кого возлюбил» (28:56) — ты не в силах ввести в Ислам каждого, кого ты возлюбил бы видеть входящим в него, из твоего народа и других, «но Аллах наставляет на прямой путь, кого желает» (2:272) — создаёт действие наставления в том, в ком желает, «и Он лучше знает наставленных на прямой путь» (6:117) — знает, кто выберет наставление, примет его и наставится знамениями и доводами. Аз-Заджжадж сказал: толкователи единогласны в том, что аят был ниспослан относительно Абу Талиба, а дело было в том, что он сказал перед своей смертью: «О сыны Хашима, признайте истинность Мухаммада — и вы будете спасены». Пророк ﷺ сказал: «О дядя, ты велишь им искренность ради их самих, а самому себе в этом отказываешь?» Он сказал: «Что же ты хочешь, о сын моего брата?» Пророк ﷺ сказал: «Хочу, чтобы ты сказал: нет божества, кроме Аллаха, — и я засвидетельствую это за тебя перед Аллахом». Он сказал: «О сын моего брата, я знаю, что ты правдив, но не желаю, чтобы сказали: он проявил малодушие перед смертью». И хотя формулировка носит общий характер, этот аят является доводом против мутазилитов, ибо они говорят, что наставление — это лишь разъяснение, и Аллах уже наставил всех людей разъяснением, но они не наставились из-за своего дурного выбора. А это указывает на то, что помимо разъяснения существует то, что называется наставлением, а именно — создание наставленности и предоставление содействия и способности. Конец цитаты. А Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, у Него мы просим помощи, и на Него уповаем.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): хадис аль-Мусаййиба ибн Хазна, да будет доволен им Аллах, приведён и у аль-Бухари, и у Муслима согласно их согласному мнению.
(Второй вопрос): о его извлечении.
Привёл его составитель здесь, в «Книге веры», 1/40 (139 (24)), от Харамлы ибн Яхьи, от Ибн Вахба, от Юнуса, от аз-Зухри, от Са‘ида ибн аль-Мусаййиба, от его отца — с этим текстом. И от Исхака ибн Ибрахима, и Абд ибн Хумайда, оба — от Абд ар-Раззака, от Ма‘мара, от аз-Зухри — с этим текстом. И от аль-Хасана ибн Али аль-Хулуани и Абд ибн Хумайда, оба — от Я‘куба ибн Ибрахима, от аз-Зухри — с этим текстом.
Аль-Бухари в «Тафсире» 6/87 (4675) — от Исхака ибн Ибрахима, а в истории про Абу Талиба 5/65 (3884) — от Махмуда, оба — от Абд ар-Раззака, от Ма‘мара. А в «Обетах» 8/173 (6681) и также в «Тафсире» 6/141 (4772) — от Абу аль-Йамана, от Шу‘айба, а в «Похоронах» 2/119 (1360) — от Исхака, от Я‘куба ибн Ибрахима, от его отца, от Салиха — все трое от аз-Зухри — с этим текстом.
Ан-Насаи в «Похоронах» 4/90 (2162) и в «Тафсире» (11230) и (11383) — от Мухаммада ибн Абд аль-А‘ла, от Мухаммада ибн Саура, от Ма‘мара — с этим текстом.
Ахмад 5/433 — от Абд ар-Раззака, от Ма‘мара — с этим текстом. И Абу Ну‘айм в своём «Мустахрадже» (124, 125, 126, 127), и Абу Аваана в своём «Мусанаде» (22, 23, 24, 25). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о пользах, извлекаемых из хадиса.
1 — Из них: он является ясным доводом на действительность Ислама того, кого настигла смерть, если он ещё не приступил к предсмертной агонии, то есть к хрипу в горле (гаргара).
2 — Из них: кто умер на многобожии, тот из числа обитателей Ада, и никакие средства не могут спасти его от этого.
3 — Из них: кто вообще не совершал добра, если он завершил свою жизнь свидетельством «нет божества, кроме Аллаха», то он признаётся мусульманином, и к нему применяются установления, касающиеся мусульман. Если произнесение языком сопровождалось убеждением сердца, это принесёт ему пользу перед Аллахом Всевышним при условии, что он не достиг предела, когда прерывается надежда на жизнь, и человек лишается способности понимать обращённую к нему речь и отвечать на неё, — то есть момента непосредственного созерцания (смерти). На это указывают слова Всевышнего: «И нет покаяния для тех, которые творят злые деяния, а когда к кому-нибудь из них приходит смерть, он говорит: «Вот теперь я покаялся»» (4:18). А Аллах Всевышний знает лучше.
4 — Из них: человеку приносит пользу его дело, а не его происхождение; если он не следует Исламу, то ему не поможет заступничество заступников.
5 — Из них: полезная любовь — это любовь, основанная на вере, а не природная (естественная) любовь. Ведь Абу Талиб любил Пророка ﷺ сильной любовью и предпочитал его самому себе и своим детям, но это не принесло ему пользы, поскольку он не любил его той шариатской любовью, которая побуждает следовать за ним и подчиняться его шариату.
6 — Из них: многобожие уничтожает благие дела; ведь Абу Талиб оберегал Пророка ﷺ, защищал его, жертвовал ради него всем, чем владел, и совершал в его отношении всякое добро, но всё это было уничтожено его многобожием и отсутствием повиновения единобожию. Сказал Аллах ﷻ: «И Мы обратимся к тому, что они совершили, и превратим это в развеянный прах» (25:23).
7 — Из них: запрет просить прощения для многобожников.
8 — Из них: разъяснение причины ниспослания упомянутого аята.
9 - (из их числа): дозволенность клятвы без того, чтобы кто-то потребовал клятвы; ибо Пророк ﷺ сказал: «Клянусь Аллахом, я непременно буду просить прощения для тебя…» — хадис. Ан-Навави, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, сказал: как будто клятва здесь — для подтверждения решимости просить прощения и для утешения души Абу Талиба.
10 - (из их числа): то, что его слово («он на религии Абд аль-Мутталиба») является одним из лучших проявлений воспитанности и такта, а именно: тому, кто передаёт дурное слово другого, следует использовать местоимение третьего лица из-за неприглядности формы самого высказывания, как в данном случае, и как в хадисе: «Когда сын Адама читает суру с земным поклоном и совершает поклон, шайтан удаляется, плача, говоря: о горе ему!..» — хадис, передал Муслим. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и обращение.
(Четвёртый вопрос): о затруднении, возникающем в связи с этим хадисом.
Сказано в «Фатхе»: его слово («и ниспослал Аллах ﷻ: «Не подобает Пророку и тем, которые уверовали, просить прощения для многобожников» [ат-Тауба: 113]»): так это передано в этом риваяте. А ат-Табари передал через путь Шибля, от Амра ибн Динара, что он сказал: Пророк ﷺ сказал: «Ибрахим просил прощения для своего отца, а он был многобожником, и я не перестану просить прощения для Абу Талиба, пока мой Господь не запретит мне это». Тогда его сподвижники сказали: «Будем же просить прощения для наших отцов, как наш Пророк просил прощения для своего дяди», и тогда был ниспослан этот аят.
В этом есть затруднение, ибо кончина Абу Талиба произошла в Мекке до переселения — по единогласному мнению. А достоверно установлено, что Пророк ﷺ пришёл к могиле своей матери, когда совершал умру, и попросил разрешения своего Господа просить прощения для неё, и тогда был ниспослан этот аят, а исходное положение — что ниспослание не повторяется.
Аль-Хаким и Ибн Абу Хатим передали через путь Аюба ибн Хани, от Масрука, от Ибн Масуда (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Однажды Посланник Аллаха ﷺ вышел к могилам, и мы последовали за ним. Он подошёл и сел у одной из могил, долго беседовал с ней шёпотом, потом заплакал, и мы заплакали из-за его плача. Он сказал: этот могила, у которой я сидел, — могила моей матери, и я попросил разрешения моего Господа обратиться к Нему с мольбой за неё, но Он не дал мне разрешения, и тогда был ниспослан мне аят: «Не подобает Пророку и тем, которые уверовали, просить прощения для многобожников» [ат-Тауба: 113]».
Ахмад передал похожее через хадис Ибн Бурайды, от его отца, и в нём: «Он остановился с нами, а нас с ним было около тысячи всадников», но не упомянул ниспослание аята.
В риваяте ат-Табари этим же путём: «Когда он прибыл в Мекку, он подошёл к следу могилы…», а через путь Фудайля ибн Марзука, от Атыйи: «Когда он прибыл в Мекку, он остановился у могилы своей матери, пока солнце не стало жарким над ним, в надежде, что ему будет дано разрешение просить прощения для неё, и тогда был ниспослан аят». А у ат-Табарани через путь Абдуллаха ибн Кайсана, от Икримы, от Ибн Аббаса — подобие хадиса Ибн Масуда, и в нём: «Когда он спустился с перевала Асфан», и в нём ниспослание аята в этой связи.
Эти пути подкрепляют друг друга, и в них есть указание на то, что ниспослание аята было позже кончины Абу Талиба. Это подтверждается также тем, что он ﷺ сказал в день Ухуда, после того как было разбито его лицо: «Господи, прости мой народ, ибо они не знают».
Но в этом возможно, что просьба о прощении была особой в отношении живых, и речь не о ней. И возможно, что ниспослание аята было отложено, хотя его причина возникла раньше, и что у его ниспослания было две причины: первая, более ранняя — дело Абу Талиба, и вторая, более поздняя — дело Амины.
Отсрочку ниспослания подтверждает то, что достоверно установлено о его просьбе прощения ﷺ для лицемеров, пока не был ниспослан запрет на это, ибо это требует отсрочки ниспослания, хотя причина возникла раньше. На это указывает также его слово в этом хадисе: «и ниспослал Аллах об Абу Талибе: «Поистине, ты не ведёшь к прямому пути того, кого возлюбил» [аль-Касас: 56]», ибо это даёт понять, что первый аят был ниспослан об Абу Талибе и о других, а второй был ниспослан только о нём. Множественность причин подтверждает то, что передал Ахмад через путь Абу Исхака, от Абу аль-Халиля, от Али (да будет доволен им Аллах), который сказал: «Я услышал человека, просящего прощения для своих родителей, а они оба были многобожниками, и я упомянул об этом Пророку ﷺ, и тогда Аллах ниспослал: «Не подобает Пророку…» — аят [ат-Тауба: 113]».
Ат-Табари передал через путь Ибн Абу Наджиха, от Муджахида, что он сказал: верующие сказали: «Не будем ли мы просить прощения для наших отцов, как Ибрахим просил прощения для своего отца?» — и тогда был ниспослан аят. А через путь Катады сказал: «Мы упомянули ему, что некие люди…» — и передал подобное. Конец того, что в «Фатхе» (сноска 1), и это ценное исследование и приятное разъяснение.
Суть его в том, что следует относить это к множественности причины и отсрочке ниспослания аята. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и обращение, и Он — наша достаточность и прекраснейший из покровителей.
А по нашему непрерывному санаду до автора, да будет милостив к нему Аллах Всевышний, в начале книги сказано:
[140] (…) — (Передал нам Исхак ибн Ибрахим и Абд ибн Хумайд, они сказали: сообщил нам Абдур-Раззак, сообщил нам Ма‘мар. (х) И передал нам Хасан аль-Хульвани и Абд ибн Хумайд, они сказали: передал нам Якуб — он же ибн Ибрахим ибн Са‘д — сказал: передал мне мой отец, от Салиха, оба они от аз-Зухри, с этим же иснадом подобное, кроме того, что хадис Салиха закончился на его словах: «и ниспослал Аллах ﷻ о нём», и не упомянул оба аята, и сказал в своём хадисе: «и они оба продолжают возвращаться к этому высказыванию», а в хадисе Ма‘мара вместо этого выражения: «и они оба не переставали обращаться к нему»).
Передатчики этого иснада: девять:
1 - (Исхак ибн Ибрахим) ибн Махлад аль-Ханзали, Абу Мухаммад, ибн Рахавайх аль-Марвази, надёжный, хафиз, муджтахид [10], (умер в 238 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи) 4/28.
2 - (Абд ибн Хумайд) ибн Наср аль-Кисси, Абу Мухаммад, говорят, его имя — Абд аль-Хамид, надёжный, хафиз [11] (умер в 249 г.) (аль-Бухари в «Тааликат», Муслим, ат-Тирмизи) 7/130.
3 - (Абдур-Раззак) ибн Хаммам ибн Нафи аль-Хумайри, их вольноотпущенник, Абу Бакр ас-Сан‘ани, надёжный, хафиз, известный составитель сочинений, ослеп в конце жизни, из-за чего его память изменилась, и он придерживался шиизма [9] (умер в 211 г.) (все шестеро) 6/128.
4 - (Ма‘мар) ибн Рашид аль-Азди, их вольноотпущенник, Абу Уруа аль-Басри, переселившийся в Йемен, надёжный, твёрдый, добродетельный, однако в его передаче от Сабита, аль-А‘маша и Хишама ибн Уруа есть некая особенность, равно как и в том, что он рассказывал в Басре, из старших [7] (умер в 154 г.) (все шестеро) 4/18.
5 - (Хасан аль-Хульвани) — с даммой над «ха» и сукуном над «лям» — это: аль-Хасан ибн Али ибн Мухаммад аль-Хузали, Абу Али аль-Халляль, переселившийся в Мекку, надёжный, хафиз, автор сочинений [11] (умер в 242 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, Ибн Маджа) 4/24.
6 - (Якуб ибн Ибрахим ибн Са‘д) аз-Зухри, Абу Юсуф аль-Мадани, переселившийся в Багдад, надёжный, добродетельный, из младших [9] (умер в 208 г.) (все).
Он передавал от своего отца, Шу‘бы, племянника аз-Зухри, аль-Лейса, Абу Увайса, Абд аль-Азиза ибн аль-Мутталиба, Асима ибн Мухаммада ибн Зайда аль-Умари, Сайфа ибн Умара ад-Дабби, Шарика аль-Кади и других.
От него передавали: сын его брата Убайдуллах ибн Са‘д ибн Ибрахим, Ахмад, Али, Исхак, Ибн Маин, Абдуллах ибн Мухаммад аль-Муснади, Амр ан-Накид, аль-Кавсадж, Абу Хайсама, Хасан аль-Хульвани, Хаджжадж ибн аш-Ша‘ир и другие.
Сказал Усман ад-Дарими, от Ибн Маина: надёжный. Сказал ад-Даури, от Ибн Маина: я слышал «Магази» от Якуба ибн Ибрахима ибн Са‘да. Сказал аль-Иджли: надёжный. Сказал Абу Хатим: правдивый. Ибн Хиббан упомянул его среди «Надёжных». Сказал аз-Зухли: он передавал от Ибрахима ибн Са‘да аз-Зухри и от учеников аз-Зухри, и потому его передача хадиса аз-Зухри стала обильной, и основа его хадиса — на его отце Якубе, и он вместе со своим братом Са‘дом слышал книги, но брат его умер прежде, чем от него многие успели записать, а Якуб остался, и от него люди записывали, и обнаружили у него значительное знание. Сказал Ибн Са‘д: он был надёжным, доверенным, превосходил своего брата в достоинстве, благочестии и хадисе, и умер в шаввале двести восьмого года, и был младше своего брата Са‘да на четыре года. И в двести восьмом году датировал его Мутайн и другие.
Передали от него все составители сборников, и у него в этой книге 96 хадисов.
٧ - (его отец) — это: Ибрахим ибн Са‘д ибн Ибрахим ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф аз-Зухри, Абу Исхак аль-Мадани, переселившийся в Багдад; надёжен (сика), доказателен (худжжа), о нём говорили без веских оснований [٨].
Передавал от своего отца, Салиха ибн Кайсана, аз-Зухри, Хишама ибн Урвы, Сафвана ибн Сулайма, Мухаммада ибн Исхака, Шуубы, Язида ибн аль-Хада и многих других.
От него передавали аль-Лейс и Кайс ибн ар-Раби‘ (оба старше его), Язид ибн аль-Хад и Шууба (оба из числа его шейхов), аль-Ка‘наби, Абу Дауд и Абу аль-Валид ат-Тайялиси, Йахья ибн Йахья ан-Нисабури, его два сына — Йа‘куб и Са‘д, — и группа других.
Ахмад сказал: надёжен; и также сказал: его хадисы верны (мустакима). Абу Дауд сказал: слышал, как Ахмад говорил: Вакиа воздерживался от хадисов Ибрахима ибн Са‘да, а затем стал передавать от него; я спросил: почему? Он ответил: не знаю, Ибрахим надёжен. Ибн Абу Марьям передал от Ибн Ма‘ина: надёжен, доказателен. Он также сказал: Ибрахим для меня предпочтительнее в передаче от аз-Зухри, чем Ибн Абу Зиб. И также сказал: Ибрахим более твёрд (асбат), чем аль-Валид ибн Касир и чем Ибн Исхак. Ад-Дури сказал: я спросил Йахью: кто тебе предпочтительнее в передаче от аз-Зухри — Ибрахим или аль-Лейс? Он ответил: оба надёжны. Ибн Ма‘ин также, аль-Иджли и Абу Хатим сказали: надёжен, а один раз сказал: в нём нет вреда. Али ибн аль-Джа‘д сказал: я спросил Шуубу о хадисе Са‘да ибн Ибрахима; он мне сказал: а где же ты в отношении его сына? Я спросил: где же это? Он сказал: он остановился у Умары ибн Хамзы. Я пришёл к нему, и он передал мне хадис. Аль-Бухари сказал: мне сказал Ибрахим ибн Хамза: у Ибрахима ибн Са‘да было от Ибн Исхака около семнадцати тысяч хадисов по вопросам права, не считая милитарй походов (магази); Ибрахим ибн Са‘д был одним из наиболее многохадисных жителей Медины в своё время. Салих Джазара сказал: его передача от аз-Зухри не такова [не заслуживает доверия так же]; потому что он был мал, когда слушал от аз-Зухри. Ад-Дури передал от Ибн Ма‘ина о хадисе о собрании Корана: никто не передавал его лучше, чем Ибрахим ибн Са‘д, хотя Малик передал часть его. Абу Дауд сказал: он занимал должность казначея (байт аль-маль) в Багдаде. Ибн Хираш сказал: правдив (садук). Ибн Ади упомянул в «аль-Камиль» от Абдуллаха ибн Ахмада: я слышал, как мой отец говорил: при Йахье ибн Са‘иде были упомянуты Укайль и Ибрахим ибн Са‘д, и он, казалось, ослаблял их, говоря: Укайль и Ибрахим; затем мой отец сказал: что пользы в этом? они надёжны, Йахья не знал их досконально.
От Абу Дауда ас-Сиджистани: я слышал, как Ахмада спросили о хадисе Ибрахима ибн Са‘да от его отца от Анаса, возведённом [к Пророку]: «Имамы — из курайшитов», и он сказал: этого нет в книгах Ибрахима ибн Са‘да, не подобает, чтобы у этого была основа.
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: его передавала группа от Ибрахима.
Аль-Хатиб передал, что Ибрахим считал допустимым пение под уд, и он занимал должность судьи Медины.
Ибн Уяйна сказал: я был у Ибн Шихаба, когда пришёл Ибрахим ибн Са‘д; он возвысил его и почтил, сказав: Са‘д завещал мне о своём сыне, а Са‘д — это Са‘д [то есть выдающийся человек]. Ибн Ади сказал: он из числа надёжных мусульман, от него передавала группа имамов, никто не отказался писать от него, а слова тех, кто говорил о нём [критически], — предвзятость; у него есть достойные, верные хадисы от аз-Зухри и других.
Абдуллах ибн Ахмад сказал: он родился в (108) году — сообщил мне об этом один из его детей. Абу Муса сказал: умер в (182) или (183) году. Ибн Са‘д, Ибн аль-Мадини, Халифа, Ибн Абу Хайсама и другие сказали: умер в (183) году, — Али ибн аль-Мадини добавил: в возрасте (73) лет, а Ибн Са‘д сказал: в возрасте (75) лет. Са‘ид ибн Уфайр и Абу Хассан аз-Зияди сказали: умер в (184) году. Абу Марван аль-Усмани сказал: я слышал от Ибрахима ибн Са‘да в (185) году, и он умер после этого.
Аль-Хатиб сказал: от него передавали Язид ибн аль-Хад и аль-Хусайн ибн Саййар аль-Харрани, а между их смертями сто двенадцать лет.
В «Истории Багдада» [сообщается], что он прибыл в Багдад в (184) году, и ар-Рашид почтил его; в этом же году Ибн Абу Асим датировал его смерть.
Вывели его хадисы все составители сборников (аль-джама‘а), и в этой книге у него (109) хадисов.
٨ - (Салих) ибн Кайсан аль-Мадани, Абу Мухаммад, а по другой версии — Абу аль-Харис, наставник (воспитатель) сына Умара ибн Абд аль-Азиза; надёжен, твёрд, правовед [4].
Видел Ибн Умара и Ибн аз-Зубайра; Ибн Ма‘ин сказал: он слушал от них обоих. Передавал от Сулеймана ибн Абу Хасамы, Салима ибн Абдуллаха ибн Умара, Исмаила ибн Мухаммада ибн Са‘да, аль-А‘раджа, Убайдуллаха ибн Абдуллаха ибн Утбы, Урвы ибн аз-Зубайра, Нафи‘а, вольноотпущенника Ибн Умара, Нафи‘а, вольноотпущенника Абу Катады, Нафи‘а ибн Джубайра ибн Мут‘има, Абд ар-Рахмана ибн Хумайда ибн Абд ар-Рахмана ибн Ауфа, Абдуллаха ибн Убайды ар-Рабази, аль-Касима ибн Мухаммада ибн Абу Бакра, аз-Зухри, Абу аз-Зинада и Мухаммада ибн Аджлана, — эти трое моложе его, — и других.
От него передавали Малик, Ибн Исхак, Ибн Джурайдж, Ма‘мар, Ибрахим ибн Са‘д, Хаммад ибн Зайд, Сулейман ибн Биляль, Ибн Утайба и другие.
Мус‘аб аз-Зубайри сказал: он был всеобъемлющим в хадисе, фикхе и достоинстве (мур'а). Харб сказал: спросили о нём Ахмада, и он сказал: прекрасно, прекрасно! Абдуллах ибн Ахмад передал от своего отца: Салих старше аз-Зухри. Исмаил аль-Кади передал от Ибн аль-Мадини: Салих старше по возрасту, чем аз-Зухри, он видел Ибн Умара и Ибн аз-Зубайра. Ибн Ма‘ин сказал: Салих старше аз-Зухри, слушал от Ибн Умара и Ибн аз-Зубайра. Усман ад-Дарими передал от Ибн Ма‘ина: Ма‘мар мне предпочтительнее, а Салих надёжен. Йа‘куб ибн Шайба сказал: рассказал мне Ахмад ибн аль-Аббас от Ибн Ма‘ина, который сказал: среди учеников аз-Зухри нет более твёрдого, чем Малик, а затем — Салих ибн Кайсан. Йа‘куб сказал: Салих надёжен, твёрд. Абу Хатим сказал: Салих для меня предпочтительнее Укайля, потому что он хиджазец и старше по возрасту, видел Ибн Умара, и он надёжен, считается из числа последователей (табиин). Ан-Насаи и Ибн Хираш сказали: надёжен. Аль-Иджли сказал: надёжен. В «Книге закята» из «Сахиха» аль-Бухари встречается: Салих старше аз-Зухри, застал Ибн Умара. Ибн Хиббан в «ас-Сикат» сказал: он был из числа правоведов Медины и объединявших хадис с фикхом, обладал достоинством и представительностью; и говорилось, что он слушал от Ибн Умара, но я не считаю это достоверно сохранённым. Аль-Халили в «аль-Иршад» сказал: он был хафизом-имамом, от него передавали те, кто старше него, например Амр ибн Динар; и Муса ибн Укба рассказывал о нём, будучи его сверстником. Ибн Абд аль-Барр сказал: он передавал много хадисов, был надёжен, доказателен в том, что передавал.
Аль-Хайсам ибн Ади сказал: умер во времена Марвана ибн Мухаммада. Ибн Са‘д передал от аль-Вакиди: умер после ста сорока лет [хиджры], а по другой версии — во время выступления Мухаммада ибн Абдуллаха ибн Хасана, и был он надёжен, многохадисен. Аль-Хаким сказал: Салих ибн Кайсан умер в возрасте ста с лишним и шестидесяти лет; он встретил группу сподвижников Посланника Аллаха ﷺ, а затем стал учеником аз-Зухри, перенимая от него знание, будучи в возрасте девяноста лет, — начав учиться в возрасте семидесяти лет.
Хафиз (Ибн Хаджар) сказал: это грубое преувеличение, из которого следует, что Салих ибн Кайсан родился до начала пророческой миссии Пророка ﷺ, и я не знаю, откуда это взялось у аль-Хакима. Если бы он искал знание так, как это определил аль-Хаким, он бы перенял его от Са‘да ибн Абу Ваккаса и Аиши. Али ибн аль-Мадини сказал в «аль-Иляль»: Салих ибн Кайсан не встречал Укбу ибн Амира, а передавал от человека, [передававшего] от него. Я прочитал почерком аз-Захаби: мне представляется, что он не достиг полных девяноста лет. Конец слов хафиза (Ибн Хаджара) [١], и это добротное исследование.
Вывели его хадисы все составители сборников, и в этой книге у него (72) хадиса.
٩ - (Аз-Зухри) — Мухаммад ибн Муслим, упомянутый в предыдущем иснаде.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада то, что передача Салиха ибн Кайсана от аз-Зухри — это передача старших от младших, и что в нём три представителя последователей (табиин), передающих один от другого: Салих — от аз-Зухри — от Са‘ида ибн аль-Мусаййиба. И Аллах Всевышний знает лучше.
Его слово (этим же иснадом) — указание на предыдущий иснад, то есть его передали Ма‘мар и Салих, оба от аз-Зухри, от Са‘ида ибн аль-Мусаййиба, от его отца (да будет доволен им Аллах).
Его слово (подобно ему) стоит в винительном падеже в положении обстоятельства (хал), то есть в состоянии, когда их хадис подобен хадису Юнуса, приведённому ранее.
[Замечание]: риваят Ма‘мара, на который сослался автор здесь, привели имам аль-Бухари, Ахмад и ан-Насаи. У аль-Бухари он приведён в следующей форме: рассказал нам Махмуд, рассказал нам Абд ар-Раззак, сообщил нам Ма‘мар от аз-Зухри, от Ибн аль-Мусаййаба, от его отца, что когда к Абу Талибу пришла смерть, к нему вошёл Пророк ﷺ, а рядом был Абу Джахль. Пророк ﷺ сказал: «О дядя, скажи: «нет божества, кроме Аллаха» — слово, которым я буду свидетельствовать в твою пользу перед Аллахом». Тогда Абу Джахль и Абдуллах ибн Абу Умайя сказали: «О Абу Талиб, неужели ты отрекаешься от религии Абд аль-Мутталиба?» И они не переставали говорить с ним, пока последним, что он произнёс, обращаясь к ним, не стало: «Я на религии Абд аль-Мутталиба». Тогда Пророк ﷺ сказал: «Я непременно буду просить прощения для тебя, пока мне не будет запрещено это». И тогда был ниспослан аят: «Не подобает Пророку и верующим просить прощения для многобожников, даже если они являются их близкими родственниками, после того как стало ясно им, что они — обитатели Огня» (ат-Тауба, 113). И был ниспослан аят: «Поистине, ты не наставляешь на прямой путь того, кого возлюбил» (аль-Касас, 56).