Хадис приведён и у аль-Бухари, и у Муслима, и разбор его, и связанные с ним вопросы уже приводились ранее. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха. На Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(20) — Глава, объединяющая разбор того, как совершалась ночная молитва, а также положения о том, кто уснул и не совершил её, или заболел.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказано:
[1739] (746) — Рассказал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна аль-Анази: рассказал нам Мухаммад ибн Аби Ади от Саида, от Катады, от Зурары, что Саад ибн Хишам ибн Амир решил отправиться в поход на пути Аллаха. Он прибыл в Медину, желая продать там своё имущество, чтобы вложить его в оружие и коней и сражаться против римлян до самой смерти. Когда он прибыл в Медину, он встретил людей из числа жителей Медины, которые отговорили его от этого. Они сообщили ему, что группа из шести человек пожелала того же при жизни Пророка Аллаха ﷺ, и Пророк Аллаха ﷺ запретил им это, сказав: «Разве во мне нет для вас примера?» Когда они рассказали ему об этом, он вернул к себе свою жену, которую до этого развёл, и взял свидетелей на её возвращение. Затем он пришёл к Ибн Аббасу и спросил его о витре Посланника Аллаха ﷺ. Ибн Аббас сказал: «Не указать ли мне тебе на самого знающего из жителей земли о витре Посланника Аллаха ﷺ?» Он спросил: «Кто это?» Тот ответил: «Аиша. Пойди к ней и спроси её, а затем приди ко мне и расскажи мне о том, что она тебе ответит».
И я отправился к ней. Я пришёл к Хакиму ибн Афляху и попросил его сопровождать меня к ней. Он сказал: «Я не приближаюсь к ней, потому что я запретил ей говорить что-либо об этих двух группировках, но она отказалась, кроме как продолжать [говорить об этом]». Я поклялся ему [что он должен пойти], и он пришёл, и мы отправились к Аише. Мы попросили у неё разрешения войти, и она разрешила нам, и мы вошли к ней. Она сказала: «Хаким?» — узнав его. Он ответил: «Да». Она спросила: «Кто с тобой?» Он сказал: «Саад ибн Хишам». Она спросила: «Кто такой Хишам?» Он ответил: «Ибн Амир». Она помолилась за него о милости и сказала о нём доброе. (Катада сказал: он был ранен в день битвы при Ухуде.)
Я сказал: «О мать верующих! Расскажи мне о нраве Посланника Аллаха ﷺ». Она сказала: «Разве ты не читаешь Коран?» Я ответил: «Да, конечно». Она сказала: «Поистине, нрав Пророка Аллаха ﷺ был Кораном». Я решил встать и не спрашивать никого ни о чём до самой смерти, но потом мне пришло в голову, и я сказал: «Расскажи мне о молитвенном стоянии Посланника Аллаха ﷺ [ночью]». Она сказала: «Разве ты не читаешь: «О завёрнутый в одежды»?» Я ответил: «Да, конечно». Она сказала: «Поистине, Аллах Свят Он и Велик предписал стояние ночью в начале этой суры. И Пророк Аллаха ﷺ и его сподвижники стояли [в молитве] в течение года, а Аллах удерживал завершение этой суры двенадцать месяцев на небе, пока не ниспослал Аллах в конце этой суры облегчение, и стояние ночью стало добровольным после того, как было обязательным».
Я сказал: «О мать верующих! Расскажи мне о витре Посланника Аллаха ﷺ». Она сказала: «Мы готовили для него его зубочистку и воду для очищения, и Аллах пробуждал его в то время ночи, когда Он желал его пробудить. Он чистил зубы, совершал омовение и совершал молитву в девять ракаатов, не садясь в них, кроме как в восьмом. В нём он вспоминал Аллаха, восхвалял Его и обращался к Нему с мольбой, затем поднимался, не произнося таслим, затем встав, совершал девятый ракаат, затем садился, вспоминал Аллаха, восхвалял Его и обращался к Нему с мольбой, затем произносил таслим так, что мы слышали. Затем он совершал два ракаата после таслима, сидя. Это одиннадцать ракаатов, о сынок мой. Когда же Пророк Аллаха ﷺ постарел и его тело отяжелело, он совершал витр в семь ракаатов, и поступал с двумя ракаатами так же, как поступал прежде. Это девять, о сынок мой. Пророк Аллаха ﷺ, когда совершал какую-либо молитву, любил придерживаться её постоянно. Когда его одолевал сон или недуг, из-за чего он не мог совершить ночное стояние, он совершал днём двенадцать ракаатов. Я не знаю, чтобы Пророк Аллаха ﷺ прочитал весь Коран за одну ночь, или молился целую ночь до утра, или постился полный месяц, кроме Рамадана».
Он сказал: «Затем я отправился к Ибн Аббасу и рассказал ему её рассказ. Он сказал: «Она сказала правду. Если бы я был к ней ближе или мог входить к ней, я пошёл бы к ней, чтобы она сказала мне это прямо [лично]»». Он сказал: «Я сказал: «Если бы я знал, что ты не входишь к ней, я не рассказал бы тебе её рассказ»».
Передатчики этого иснада: семеро:
1 — Мухаммад ибн аль-Мусанна аль-Анази, Абу Муса аль-Басри, известный как аз-Замин, надёжный, твёрдый передатчик [10] (умер в 252 г.) (в числе передатчиков всех шести сборников), упоминался ранее во «Введении» 2/2.
2 — Мухаммад ибн Аби Ади, это Мухаммад ибн Ибрахим ибн Аби Ади, назван по деду, Абу Амр аль-Басри, надёжный [9] (умер в 194 г. — по достоверному мнению) (в числе передатчиков всех шести сборников), упоминался ранее в «Книге веры» 6/128.
3 — Саид ибн Аби Аруба Михран аль-Йашкури, вольноотпущенник их рода, Абу-н-Надр аль-Басри, надёжный, хранитель хадисов, имеет сочинения, но много занимался тадлисом и впал в помрачение памяти; был одним из самых достоверных передатчиков от Катады [6] (умер в 156 или 157 г.) (в числе передатчиков всех шести сборников), упоминался ранее в «Книге веры» 6/127.
4 — Катада ибн Диама ас-Садуси, Абу-ль-Хаттаб аль-Басри, надёжный, твёрдый передатчик, занимался тадлисом, глава своего поколения [4] (умер в 117 г.) (в числе передатчиков всех шести сборников), упоминался ранее во «Введении» 6/70.
5 — Зурара ибн Авфа аль-Амири аль-Хараши, Абу Хаджиб аль-Басри, судья этого города, надёжный, благочестивый [3] (умер в 93 г.), внезапно во время молитвы, (в числе передатчиков всех шести сборников), упоминался ранее в «Книге веры» 61/338.
6 — Саад ибн Хишам ибн Амир аль-Ансари аль-Мадани, двоюродный брат Анаса (да будет доволен им Аллах), надёжный [3] (в числе передатчиков всех шести сборников), упоминался ранее в «Молитве путника» 15/1688.
7 — Аиша, дочь ас-Сиддика, мать верующих (да будет доволен ею Аллах), умерла в 57 г., упоминалась ранее в разборе «Введения», том 1, с. 315.
Особенности этого иснада:
1 — Он относится к «семизвенным» иснадам автора (да помилует его Аллах).
2 — Все его передатчики — передатчики, [хадисы которых приводит] вся община [шесть основных сборников].
3 — Он представляет собой непрерывную цепь надёжных басрийцев до Зурары, а последние двое — мадинцы.
4 — Его шейх — один из шейхов шести имамов без промежуточного звена, и о нём уже говорилось неоднократно.
5 — В нём присутствуют трое из числа последователей (табиин), передававших друг от друга: Катада — от Зурары, от Саада, и передача Зурары от Саада относится к передаче между сверстниками (равайат аль-акран), поскольку оба они принадлежат к третьему поколению.
6 — В нём присутствует Аиша (да будет доволен ею Аллах) — одна из семи передатчиков, передавших наибольшее число хадисов; она передала 2210 хадисов. Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(От Зурары) — с даммой над «зай» и без удвоения «ра» — аль-Амири аль-Харашийй, да будет милостив к нему Аллах, (что Са‘д) — с сукуном над «айн» — (ибн Хишам ибн Амир) аль-Ансари аль-Мадани, двоюродный брат Анаса ибн Малика, да будет доволен им Аллах, (решил выступить в поход на пути Аллаха), то есть сражаться против неверующих ради возвышения слова Аллаха. Ибн аль-Асир, да будет милостив к нему Аллах, сказал: упоминание «пути Аллаха» неоднократно встречается в хадисах; «сабиль» изначально означает «путь», это слово может быть мужского и женского рода, причём женский род преобладает; «путь Аллаха» — общее выражение, применимое к любому чистому деянию, посредством которого человек приближается к Всевышнему Аллаху через исполнение обязательных предписаний, добровольных актов и прочих видов благочестия, но при абсолютном употреблении оно, как правило, относится к джихаду, так что вследствие частого использования стало как бы ограничено этим значением. Конец цитаты.
(И прибыл) — с касрой над «даль» — (в Медину) Пророка, да будут над её обитателем наилучшие молитвы и наичистейшие приветствия, — ибо она подразумевается при абсолютном употреблении, поскольку «Медина» стала её собственным именем через преобладание употребления, как сказано в «Хуляса»:
«Иногда собственное имя возникает через преобладание — присоединённое или сопровождаемое артиклем «аль», как «аль-Акаба»».
Смысл в том, что он приехал из Басры в Медину, поскольку проживал в Басре, куда переселился его отец.
(И решил продать недвижимость) — с фатхой над «айн» и без удвоения «каф»: аль-Файюми, да будет милостив к нему Аллах, сказал: «аль-Акар», по образцу «Салям» — любое устойчивое имущество, имеющее основу, как дом или пальмовая роща; некоторые сказали: иногда это слово применяется и к движимому имуществу, множественное число — «акарат». Конец цитаты.
(Которая была у него) то есть в Медине (и вложить средства в оружие) — с касрой над «син», без удвоения «лям», с «ха» в конце — то, чем сражаются на войне и защищаются; мужской род этого слова преобладает над женским, поэтому множественное число по мужскому роду — «аслиха», а по женскому — «силяхат»; «сильх», по образцу «химль» — диалектное слово, означающее то же, что «силях»; выражение «люди взяли своё оружие» означает, что каждый взял своё оружие. Так сообщается в «Мисбахе».
А в «Камусе» сказано: «ас-силях», с касрой, и «ас-силях» по образцу «инаб», и «ас-сульхан» с даммой — орудие войны, либо его металлическая часть; это слово может быть женского рода; также означает «ставку в состязании», «лук без тетивы» и «посох». Конец цитаты.
(И конях) — с даммой над «каф», по образцу «гураб»: название для группы лошадей особо, как сообщается в «Мисбахе» и «Камусе».
(И сражаться против римлян) — с даммой: народ из потомков Исава, как сказано в «Камусе»; а в «Лисане» сказано: «Рум» — известный народ, единственное число «руми», они возводят свою родословную к Исаву, сыну пророка Исхака, мир ему. Конец цитаты. (Пока не умрёт) — предел его джихада.
(Когда же он прибыл в Медину, встретил) — с касрой над «каф», по образцу «та‘иба» (людей) — с даммой над «хамза», диалектная форма слова «нас» без «хамзы» (из числа жителей Медины, и они отговорили его от этого), то есть от того, что он задумал — сражаться против римлян до самой смерти, оставив семью и имущество, (и сообщили ему, что группа) то есть отряд людей, менее десяти мужчин, без женщин; сукун над «ха» более правильный, чем фатха; это слово — собирательное имя без единственного числа от той же основы; некоторые говорят, что «рахт» — от семи до десяти человек, а меньше семи до трёх — «нафар»; Абу Зайд сказал: «рахт» и «нафар» — менее десяти мужчин; Са‘лаб также сказал: «рахт», «нафар», «каум», «ма‘шар» и «‘ашира» означают собирательность, без единственного числа от их же основы, и относятся к мужчинам, а не к женщинам; Ибн ас-Сиккит сказал: «рахт» и «‘ашира» синонимичны; также говорят, что «рахт» — от десяти до сорока, как передал аль-Асма‘и в книге «Ад-Дад ва-з-Заа», и это же передал Ибн Фарис; «рахту-р-раджуль» — его народ и ближайшее племя. Конец цитаты.
Его слово (шесть) стоит в винительном падеже как замена слову «рахт» (решили сделать то же самое), то есть то, что было упомянуто — развестись со своими женами, продать своё имущество из недвижимости и прочего и посвятить себя джихаду до самой смерти (при жизни Пророка Аллаха ﷺ, но Пророк Аллаха ﷺ запретил им это) и сказал ﷺ: («Разве не есть во мне для вас пример?») В одной версии добавлено: «хороший», а «усва» — с касрой или даммой над «хамза» — означает образец для подражания; «та’аса ту бихи» и «и’таса йту»: я взял его в качестве примера для подражания.
Смысл в том, что он ﷺ сказал тому, кто вознамерился на упомянутое — отречение от мира и посвящение себя исключительно джихаду: моя сунна включает брак и прочие мирские блага наряду с исполнением джихада на пути Всевышнего Аллаха, и вам следует подражать моей сунне; кто же отвращается от моей сунны, тот не из меня — а Аллах знает лучше.
(Когда же они рассказали ему) то есть люди, которых встретил Са‘д ибн Хишам в Медине, рассказали ему (об этом), то есть о том, что произошло с некоторыми сподвижниками, которые вознамерились на то же, что задумал Са‘д — отречение от мира и постоянное пребывание в джихаде всю жизнь, (он вернул свою жену, хотя развёлся с ней, и призвал свидетелей на её возвращение) — с фатхой или касрой над «ра»; фатха более правильна по мнению большинства, но аз-Заджаджи сказал, что касра более правильна, как упомянул ан-Навави, да будет милостив к нему Аллах.
А призвал свидетелей на своё возвращение он в соответствии со словами Всевышнего: «Когда же они достигнут предела своего срока, то либо удержите их достойным образом, либо расстаньтесь с ними достойным образом, и призовите свидетелями двоих справедливых из вас» [ат-Талак: 2]. Имам Ибн Касир, да будет милостив к нему Аллах, сказал: то есть призовите свидетелей на возвращение, если вы решились на это, как передал Абу Дауд (2186) и Ибн Маджа (2025) от Имрана ибн Хусайна, да будет доволен им Аллах, что его спросили о человеке, который развёлся с женщиной, а затем вступил с ней в близость, не призвав свидетелей ни на развод, ни на возвращение; он сказал: ты развёлся не по сунне и вернулся не по сунне; призови свидетелей на развод и на возвращение, и не повторяй этого. А Ибн Джурайдж передал, что Атаа говорил относительно слов «и призовите свидетелями двоих справедливых из вас»: не допускается ни в браке, ни в разводе, ни в возвращении иное, кроме как при двух справедливых свидетелях, как сказал Всевышний Аллах, кроме случая крайней необходимости. Конец цитаты.
(И пришёл к Ибн Аббасу), то есть Са‘д ибн Хишам пришёл к Ибн Аббасу, да будет доволен им Аллах, (и спросил его о ночной молитве Посланника Аллаха ﷺ, и Ибн Аббас, да будет доволен им Аллах, сказал): (аля) — частица предложения и побуждения — (не указать ли мне тебе на самого знающего из жителей земли) — в риваяте Абу Дауда: «самого знающего из людей»; и в примечании на полях некоторых списков отмечено, что это также встречается в некоторых списках Муслима, а Аллах знает лучше.
(о ночной молитве Посланника Аллаха ﷺ?) В этом содержится указание на то, что учёному, когда его спрашивают о чём-то, а он знает, что кто-то другой более знающ в этом вопросе, желательно направить спрашивающего к нему, ибо религия — это искренний совет; вместе с этим здесь содержится и справедливость, признание достоинства тех, кто его заслуживает, и смирение.
(Сказал) Са‘д: (кто?) — вопросительное слово, то есть кто более знающ из жителей земли о его ночной молитве ﷺ? (Сказал) Ибн Аббас, да будет доволен им Аллах: (Аиша) — сказуемое при опущенном подлежащем, на которое указывает вопрос, как сказано в «Хуляса»:
«Опущение того, что известно, допустимо, как ты говоришь: «Зейд» после вопроса «кто у вас двоих?»».
А Аиша, да будет доволен ею Аллах, была наиболее знающей в этом, поскольку ночная молитва совершается ночью, в доме, а матери верующих, да будет доволен ими Аллах, были наиболее знающи в этом, и наиболее осведомлённой из них была Аиша, да будет доволен ею Аллах, по причине её сильного стремления к сохранению следов Пророка ﷺ; он выделял её тем, чем не выделял других своих жён, и любил проводить у неё много времени, а Сауда бинт Зам‘а, да будет доволен ею Аллах, уступила ей свою очередь; поэтому она была наиболее знающей из людей о его ночной молитве ﷺ и о прочих деяниях, которые он совершал внутри дома, особенно ночью, а Всевышний Аллах знает лучше.
«Приди к ней и спроси её» — в одной из версий: «то спроси её», что является диалектной формой глагола «спрашивать» (اسأل). Сказано в «Аль-Мисбах аль-Мунир»: повелительное наклонение от «сааля» — «ис’аль» с соединительным «хамза». Если перед ним стоит «вав», то допустимо произносить «хамзу» (поскольку это исходная форма), и допустимо её опускать для облегчения произношения, как в «ва-с’алю» и «салю». Есть также диалектная форма «саала — йасалу», по модели «хафа — йахафу», повелительное наклонение от которой — «саль», а в двойственном и множественном числе — «саля» и «салю», что нарушает правило аналогии, так как по аналогии следовало бы говорить «саля» и «сальу», как «хафа» и «хафу». Конец цитаты, с добавлением.
«Затем приди ко мне и сообщи мне о том, что она тебе ответит» — то есть о её ответе на твой вопрос. В этом — указание на сильное стремление Ибн Аббаса (да будет доволен им Аллах) к изучению сунны Пророка ﷺ. А то, что он не стал учиться у неё сам, объясняется тем, что он не мог входить к ней, как об этом будет упомянуто в конце хадиса.
Саад ибн Хишам сказал: «И я отправился к ней» — то есть пошёл к Аише (да будет доволен ею Аллах), чтобы спросить её об этом, «и пришёл к Хакиму ибн Афляху» — он хиджазец, передавал от Абу Масъуда и Аиши (да будет доволен ею Аллах), а от него передавал Джафар ибн Абдуллах, отец Абд аль-Хамида, и никто другой от него не передавал, как сказал аз-Захаби. У него есть один хадис в «Сунан» Ибн Маджа о том, что полагается мусульманину от мусульманина, и его упомянул Ибн Хиббан в «Ас-Сикат».
«И я попросил его сопровождать меня к ней» — то есть попросил его присоединиться ко мне и сопровождать меня в моём походе к Аише (да будет доволен ею Аллах). А попросил он именно его потому, что она знала его, а не Саада ибн Хишама, на что указывает то, что будет упомянуто далее.
«Он сказал: я не приближающийся к ней» — форма действительного причастия от «караба — йакрубу», подобно «катала — йактулу». Есть и другая диалектная форма, подобная «таъиба», говорят: «карабту аль-амра, акрубуху» по модели «катала» и «таъиба», «кирбан» с кясрой, то есть «сделал это» или «приблизился к этому». К первому значению относится слово Всевышнего: «И не приближайтесь к имуществу сироты» (сура «Аль-Исра», 34), а ко второму — выражение «не приближайся к запретной территории», то есть не приближайся к ней. А что касается «каруба» с даммой на «ра», подобно «карума», то это непереходный глагол, требующий предлога «мин»: говорят «карубаш-шайу минна» — «курбан», «карабатан», «курбатан», «курба».
Затем он разъяснил причину того, почему он не приближался к ней, сказав: «Потому что я запретил ей говорить» — то есть говорить и вмешиваться — «относительно этих двух групп» — то есть двух партий, двух фракций, имеются в виду те войны, что происходили между сторонниками Али и Муавии (да будет доволен ими обоими Аллах), — «что-либо» — то есть какое-либо слово или дело, поддерживающее одну из сторон, «но она отказалась иначе, как только продолжать в этом деле» — то есть в отношении обеих групп — то есть отказалась иначе, кроме как отправиться на помощь одной из них, или продолжать это. Говорят: «маса аш-шайу йамши мудийян ва маданн» с фатхой и долгим гласным — «ушёл»; «мадайту аля аль-амри мудийян» — «продолжал в этом»; «мада аль-амру маданн» — «исполнился»; «амдайтуху» с «алифом» — «привёл его в исполнение».
Смысл: Аиша (да будет доволен ею Аллах) отказалась принять мой совет и продолжила своим путём, пока не произошла известная битва при Джамале.
Саад сказал: «И я заклинал его» — то есть клялся ему, чтобы он пошёл со мной, а в риваяте Абу Дауда: «И я умолял его», — «и он пришёл, и мы отправились к Аише» (да будет доволен ею Аллах), «и мы попросили разрешения войти к ней» — то есть попросили разрешения войти к ней в её дом, — «и она разрешила нам, и мы вошли к ней, и она сказала: Хаким?» — то есть: ты ли это, Хаким? — «узнав его, и он сказал: да» — то есть это я, Хаким, — «она сказала: кто с тобой?» — то есть кто этот человек, что вошёл ко мне с тобой? — «он сказал: Саад ибн Хишам» — то есть это Саад ибн Хишам, а в риваяте ан-Насаи: «И она сказала Хакиму: кто это с тобой?» — «она сказала: кто такой Хишам? он сказал: ибн Амир» — то есть это ибн Амир, — «и она произнесла за него молитву о милости» — то есть пожелала ему милости Аллаха, а в риваяте ан-Насаи через путь аль-Хасана от Саада ибн Хишама: «она сказала: да помилует Аллах твоего отца», — «и сказала о нём доброе слово» — а в риваяте Мухаммада ибн Бишра от Саида, о котором пойдёт речь: «она сказала: прекрасным человеком был Амир, он был убит в день Ухуда», в другой версии: «прекрасным человеком он был, он был убит вместе с Посланником Аллаха ﷺ в день Ухуда».
[Замечание]: слова «прекрасным человеком был Амир» — так они приведены в риваяте автора (да будет милостив к нему Аллах) с именительным падежом (رفع), и это очевидно правильно, а в риваяте ан-Насаи встречается «кана Амиран» с винительным падежом (نصب).
Абу аль-Бака аль-Укбари (да будет милостив к нему Аллах) сказал в «И‘раб аль-хадис»: «аль-марр» (человек) — подлежащее при «ни‘ма», а «Амирун» — то, что определённо хвалится (المخصوص بالمدح), а «кана» может быть избыточным (زائدة), а может быть так, что предложение из «ни‘ма» и двух слов, стоящих после неё в именительном падеже, является сказуемым «кана», и тогда в «кана» содержится местоимение обстоятельства (ضمير الشأن), как говорят: «кана ни‘ма ар-раджулу Зайдун», а «Зайдун ни‘ма ар-раджулу кана» — не является местоимением обстоятельства, ибо местоимение обстоятельства ставится в начале предложения, а здесь, по этой логике, следовало бы, чтобы подлежащее «кана» было скрытым в ней самой, и это «Амир», а предшествующее предложение было бы для неё предшествующим сказуемым. Аналогия избыточности «кана» здесь — её избыточность в выражении удивления, как в словах: «ма кана ахсана Зайдан» (как прекрасен Зайд!). Конец слов Абу аль-Бака (да будет милостив к нему Аллах).
«Катада сказал: и он был убит в день Ухуда» — судя по внешнему виду, это слова Катады, однако из последующего риваята явствует, что это слова Аиши (да будет доволен ею Аллах), и противоречия между ними нет, ибо можно предположить, что Катада иногда передавал это как риваят, а иногда говорил это сам от себя, и Аллах Всевышний знает лучше.
«Я сказал: о мать верующих» — это выражение заимствовано из слов Всевышнего Аллаха: «А жёны его — их матери» (сура «Аль-Ахзаб», 6). Их сравнили с матерями в некоторых положениях, а именно — в обязательности почитания их и уважения к ним, и в запрете жениться на них, а во всём остальном они подобны посторонним женщинам, — сказал ат-Тайби (да будет милостив к нему Аллах).
Хафиз аль-Ираки сказал в «Альфийят ас-Сира»:
Все его жёны — запретные,
Они для обладателя веры — матери.
Женитьба на них — вместе с непочтением к ним —
Наряду с обязательностью их уважения.
«Сообщи мне» — то есть извести меня, а у Абу Дауда: «расскажи мне», — «о нраве Посланника Аллаха ﷺ» — то есть о его свойствах и природных качествах. Сказано в «Аль-Камус»: «аль-хулук» с даммой, и с двумя даммами — природное качество, натура, благородство и религиозность. Конец цитаты.
А в «Аль-Манхаль» сказано: «аль-хулук» с даммой на «ха» и «лям», иногда с сукуном, изначально — прочно укоренившееся в душе свойство, из которого легко проистекают поступки; если из него проистекает то, что похвально с точки зрения разума и шариата, то это добрый нрав, а иначе — дурной нрав. А имеется в виду здесь то, каким был Пророк ﷺ в отношении манер и достойных качеств.
«Она сказала: не читаешь ли ты Коран?» — очевидно, что это вопрос с целью подтверждения, ибо она знала, что он из тех, кто читает Коран; но возможно, что это был действительный вопрос, исходя из того, что она не знала о его чтении.
«Я сказал: конечно» — то есть да, я читаю Коран. «Баля» — частица утверждения: если сказано «Зайд не встал», а в ответ говорят «баля», то это значит утверждение вставания; а если спрашивают «не было ли так-то?» и отвечают «баля», то это означает подтверждение и утверждение. И она употребляется только после отрицания — либо в начале речи, либо в её середине, как в словах Всевышнего: «Неужели человек думает, что Мы невер не соберём его кости? Конечно (баля)!» (сура «Аль-Кыяма», 3-4), то есть по смыслу: «нет, напротив, Мы соберём их». Иногда с отрицанием сочетается вопрос, а иногда нет, но она всегда отменяет действие отрицания и утверждает его противоположность, то есть утверждение, — сказал аль-Фаюми (да будет милостив к нему Аллах).
(Она сказала: «Ибо нрав пророка Аллаха ﷺ был Кораном») аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: то есть он усваивал те качества, которые в нём восхваляются, и избегал того, что в нём запрещено. Возможно также, что она под словом «Коран» подразумевала аяты, содержащие похвалу посланнику Аллаха ﷺ, как слова Всевышнего: «Поистине, ты обладаешь великим нравом» [аль-Калям, 4], и слова Всевышнего: «Те, которые следуют за посланником, пророком неграмотным...» и подобные им по смыслу. И Аллах знает лучше. Конец цитаты.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: смысл этого — действие согласно Корану, остановка перед его границами, следование его этике, извлечение поучения из его притч и повествований, размышление над ним и красивое его чтение. Конец цитаты.
Итог смысла таков: он ﷺ был твёрдо держащимся этики и повелений Корана, останавливался перед его границами, извлекал поучения из его притч и повествований, украшал его чтение, и потому был исполняющим слово Всевышнего: «Прощай, повелевай добро и отворачивайся от невежд» [аль-Аʻраф, 199], и Его слова, сообщающие о Лукмане: «Совершай молитву, повелевай одобряемое, удерживай от неодобряемого и терпи то, что тебя постигло» [Лукман, 17], и Его слова: «Прости же их и отвернись» [аль-Маида, 13], и прочего подобного.
Он был украшен тем, к чему побуждал Всевышний Аллах, подобно словам: «Поистине, Аллах повелевает справедливость, добродеяние и раздачу родственникам, а запрещает мерзость и предосудительное» [ан-Нахль, 90], и словам: «А кто простит и уладит, того награда — у Аллаха» [аш-Шура, 40], и словам: «А кто терпит и прощает — это, поистине, из твёрдости духа» [аш-Шура, 43].
И он избегал того, что запретил Аллах, подобно словам: «О те, которые уверовали! Пусть одни люди не насмехаются над другими: может быть, те лучше их» [аль-Худжурат, 11].
В целом, всё, что рассказал Аллах в Своей Книге о пророках и других из благородных нравов, или к чему побуждал, или к чему призывал, или что было упомянуто с наиболее полным описанием и совершенным качеством, — всем этим был украшен пророк ﷺ, взявшим это на себя и усвоившим это, достигнув в этом предельных степеней, так что в нём собралось то, что разделено между прочими творениями. А всё, что запретил Аллах, — он ﷺ даже не приближался к этому, но был самым далёким из людей от этого. Поэтому Всевышний Аллах восхвалил его величайшей похвалой, сказав: «Поистине, ты обладаешь великим нравом» [аль-Калям, 4].
(Он сказал) Саʻд ибн Хишам: (то я вознамерился) то есть решил — говорят: «хамамту би-ш-шайʼ хамман», по образцу «каталя», когда что-то намереваются сделать, но не делают. В хадисе сказано: «Я хотел было запретить гыля...» и далее — то есть сношение с кормящей женщиной, как сказано в «аль-Мисбах».
(Встать) то есть с места, где я задавал ей вопрос, (и никого не спрашивать ни о чём) то есть из нравов посланника Аллаха ﷺ (до самой смерти) — то есть Саʻд хотел встать от Аиши (да будет доволен ею Аллах), после того как она обобщённо изложила ему, каковы были благородные нравы и прекрасные качества, которыми обладал пророк ﷺ, наиболее совершенным и кратким образом, отослав его к благородному Корану, объединяющему все совершенные качества и отвращающему от всех презренных черт, — так что он мог бы прослеживать его нравы ﷺ по нему в общем и в частностях, и у него не осталось бы нужды спрашивать о чём-либо из его нравов ﷺ, как сказал Всевышний: «Мы ничего не упустили в Писании» [аль-Анʻам, 38], и Его слова: «...разъяснением для всякой вещи» [ан-Нахль, 89]. И это из красноречия Аиши (да будет доволен ею Аллах) и обширности её знания, поскольку она была краткой, доходчивой и точной.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: Саʻд вознамерился никого не спрашивать до самой смерти лишь из-за недостаточности своего понимания, поскольку он не уразумел этого из Корана, хотя этот смысл в нём очевиден, — и это было побуждением к устремлению своих усилий на поиск смыслов Корана и удовлетворением этим вместо вопроса к кому-либо из людей знания. Конец цитаты.
(Затем мне пришло в голову) то есть мне представилось спросить Аишу (да будет доволен ею Аллах) о том, к чему она меня не отсылала через Коран, а именно о нраве посланника Аллаха ﷺ (и я сказал: сообщи мне) то есть извести меня (о ночном стоянии посланника Аллаха ﷺ) то есть о его ночной молитве (тахаджжуд). (Она сказала: не читаешь ли ты: «О завёрнутый в одежды!»? Я сказал: конечно) то есть читал. (Она сказала: поистине Аллах Всемогущий и Великий предписал) в другой версии: «уже предписал» (ночное стояние в начале этой суры) то есть в словах Всевышнего: «Простаивай ночь, кроме немногой части» [аль-Муззаммиль, 2]. (И простаивал пророк Аллаха ﷺ и его сподвижники год) то есть год (хауль). В «аль-Мисбах» сказано: «хала хаулян», по образцу «каля» — означает прошёл, отсюда и название года — «хауль», даже если он ещё не прошёл, поскольку это название по масдару (отглагольному имени). Множественное число — «ахваль». Конец цитаты.
А в риваяте ан-Насаи: «И простаивал пророк Аллаха ﷺ и его сподвижники год, так что распухли их стопы» — то есть от долгого стояния.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: её слова, что отмена произошла после года, были оспорены — говорилось, что после десяти лет. Ияд сказал: и это очевидно, поскольку сура мекканская, из числа первых ниспосланных частей Корана, кроме двух последних аятов, которые были ниспосланы в Медине. И то, что он сказал, верно, соответствует достоверным хадисам и известной передаче, как мы приводили ранее в «Книге веры». Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах).
(И удержал Аллах её завершение) то есть конец этой суры, а именно слова Всевышнего: «Поистине, твой Господь знает, что ты простаиваешь менее двух третей ночи...» до конца суры [аль-Муззаммиль, 20] (на двенадцать месяцев) а это и есть смысл её слов «год» (на небе, до тех пор как Аллах не ниспослал в конце этой суры облегчение) то есть ниспослал облегчение обязательности ночного стояния, отменив его словами Всевышнего: «Читайте же то, что легко для вас из Корана» и далее (и стало ночное стояние добровольным после того, как было обязательным). В риваяте ан-Насаи: «после того как было обязательным».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: очевидно, что это стало добровольным как для посланника Аллаха ﷺ, так и для общины. Что касается общины, то оно добровольно для них по единогласному мнению. А что касается пророка ﷺ, то разошлись во мнениях об отмене этого в его отношении, и наиболее достоверное у нас мнение — это отмена. Что же касается того, что передал кадий Ияд (да помилует его Аллах) от некоторых из предшественников, что община обязана совершать из ночного стояния хотя бы то, на что распространяется само название, даже размером времени, за которое можно подоить овцу, — то это ошибка, отвергаемая единогласным мнением предшественников, вместе с достоверными текстами о том, что обязательны лишь пять молитв. Конец цитаты.
Аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: очевидный смысл её слов указывает на то, что это было обязательным для него и для людей. Мекки сказал: и это мнение всех людей знания.
Говорилось также, что это не было обязательным ни для него, ни для них — это передал аль-Абхари от некоторых, сказав: из-за слов Всевышнего: «половину его, или убавь от него немного, или прибавь к нему» [аль-Муззаммиль, 3-4], а это не относится к разряду предписаний, а является лишь побуждением (надб).
Говорилось также, что это было обязательным только для пророка ﷺ, а для прочих — рекомендуемым; и, кажется, это выведено из обращения к пророку ﷺ словами: «О завёрнутый в одежды!», где обращение было адресовано лично ему, а также из того, что передано от Ибн Аббаса (да будет доволен ими обоими Аллах) как хадис, восходящий к Пророку: «Три вещи обязательны для меня, а для вас — добровольны: витр, духа и два ракята перед рассветной молитвой», но это слабый хадис, а достоверно то, что передала Аиша (да будет доволен ею Аллах). Конец слов аль-Куртуби (да помилует его Аллах), и это ценное исследование, а Аллах Всевышний знает лучше.
(Он сказал) Са‘д ибн Хишам: (я сказал) — в одной из версий: «и я сказал»: «О мать верующих, сообщи мне о витре Посланника Аллаха ﷺ», то есть о его времени, его форме и количестве ракаатов. А в риваяте ан-Насаи: «Я собрался было встать, но тут мне пришёл на ум [вопрос о] витре Посланника Аллаха ﷺ», то есть у меня возник вопрос о его витре ﷺ. (Она сказала) — Аиша (да будет доволен ею Аллах): (мы приготовляли) — с даммой в начале и кясрой во втором [звуке], настояще-будущее время от четырёхбуквенного глагола «а‘адда», от «подготовки», то есть мы готовили для него (его сивак) — с кясрой на «син»: веточка дерева арак, множественное число «сук» с сукуном на «вав», а изначально с двумя даммами, подобно «китаб» и «кутуб», и «мисвак» подобен ему [по значению]. Это слово производно от «тасаваката-ль-ибиль» — когда шеи верблюдов колеблются от истощения. Ибн Дурайд сказал: «сукту-ш-шай’а асукуху саук(ан)», по образцу «каля», означает «когда ты его натираешь», и от этого происходит слово «сивак»; слово «сивак» также применяется в значении отглагольного имени.
(и его طهور) — с фатхой на «та»: то есть вода, которой он совершал очищение. В этом содержится указание на желательность подготовки этого, готовности к средствам совершения обряда до его наступления и заботы о нём.
(и Аллах пробуждал его, когда пожелает пробудить его), то есть Аллах (Свят Он и Велик) пробуждал его от сна в то время, когда желал его пробудить. Говорят: «инба‘аса фулян би-ша’нихи» — когда некто отправился и пошёл по своему делу заниматься своей нуждой. «Ма» здесь — соединительное [местоимение], а возвратное [местоимение] опущено, то есть: та мера [времени], в которую Он пожелал пробуждение.
Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал:
[Если ты скажешь]: у знатоков смысла установлено, что дополнение [глаголов] «шаа» и «арада» не упоминается в изысканной речи, если в нём не содержится некая необычность, подобно словам говорящего: «если бы я пожелал плакать кровью, я бы заплакал ею», и «если бы Аллах пожелал взять Себе сына» — то в чём же необычность в его словах: «когда пожелает его пробудить»?
[Я скажу]: достаточно самого слова «пробуждение» как свидетельства необычности, как если бы Всевышний пробуждал Своего любимца ﷺ для удовлетворения его страстного стремления к своему Возлюбленному (Свят Он и Велик), в виде взаимного обращения и тайной беседы между ними, из откровений и духовных состояний. Всевышний сказал: «И внушил Своему рабу то, что внушил. Не солгало сердце в том, что увидело» (сура «Звезда», 10–11). Какая же необычность может быть более необычной, чем эта? Конец слов ат-Тайби (да помилует его Аллах).
А в риваяте ан-Насаи: «и Аллах (Свят Он и Велик) пробуждал его для того, когда пожелает его пробудить», и «лям» здесь для обозначения времени, то есть: в то время, когда Он пожелал его пробудить. Возможно также, что оно с фатхой на «лям» и удвоением «мим», и тогда оно будет иметь значение «когда», то есть: пробуждал его, когда пожелал Аллах (Свят Он и Велик).
Его слово (из ночи) — пояснение к «когда пожелает», и «мин» здесь разделительное, то есть: некая часть ночных часов и её отрезков; а сказано также, что оно поясняющее.
(и он использовал сивак), то есть пользовался сиваком. В этом содержится указание на желательность использования сивака при пробуждении от сна.
(и совершал омовение, и молился девять ракаатов). В одном из риваятов ан-Насаи встречается: «и молился восемь ракаатов», но верным является «девять ракаатов», как это приводит автор [книги], а также ан-Насаи в другом риваяте.
(не садясь в них) — а у ан-Насаи: «не садясь в них», то есть в течение этих ракаатов, (кроме как в восьмом) — а у ан-Насаи: «кроме как при восьмом».
В этом содержится доказательство того, что не является обязательным сидение после каждых двух ракаатов, ведь он ﷺ молился восемь [ракаатов] подряд без промежуточных сидений между парами. Это опровержение ханафитов, утверждающих обязательность сидения после каждых двух ракаатов.
Они ответили, что под отрицаемым сидением подразумевается сидение без произнесения таслима; они сказали: витр из них — три ракаата, а шесть перед ним — добровольная молитва. Аль-Айни сказал: и это ограничение с её стороны разъяснением сидения витра и его таслима, потому что спрашивающий спрашивал именно о сути витра, и не спрашивал о другом, поэтому она ответила ему, разъяснив то, что относится к витру: сидение после второго [ракаата] без таслима, и сидение также после третьего с таслимом, а умолчала о сидении в предшествующих ракаатах и о таслиме в них, поскольку вопрос о них не был задан, и её ответ соответствовал вопросу спрашивающего. Конец.
Составитель [книги] (да простит его Всевышний Аллах) сказал: то, что сказал аль-Айни — это упорство и искажение ясного текста, — да поразит Аллах фанатизм! Как он может говорить: «и она умолчала о сидении в предшествующих ракаатах» и так далее, тогда как она прямо сказала: «не садясь в них, кроме как в восьмом»? Так где же это утверждаемое умолчание? Так посмотри же с беспристрастностью и не будь пленником слепого следования, и Аллах Всевышний — помощь [в этом].
Итог: он ﷺ совершал витр девятью ракаатами, садясь после восьмого без таслима, и после девятого с таслимом, и не садился ни в каком другом [ракаате]. Это один из видов совершения им ﷺ витра, а Аллах Всевышний знает лучше.
(и он поминал Аллаха), то есть читал ташаххуд, (и хвалил Его), то есть воздавал Ему похвалу. Ат-Тайби (да помилует его Аллах) сказал: то есть произносил ташаххуд, следовательно «хвала» здесь означает похвалу в общем смысле, поскольку в тексте ат-тахийят нет слова «хамд». Конец. В риваяте Абу Аваны добавлено: «и произносил благословение на своего пророка ﷺ». (и обращался к Нему с мольбой), то есть с обычной мольбой после ташаххуда.
(затем встаёт), то есть поднимается. Говорят: «нахада» о своём месте «янхаду» «нухуд(ан)» — поднялся с него; «нахада иля-ль-‘адувв» — поспешил к нему; «нахадту иля фулян ва-ляху нахд(ан) ва-нухуд(ан)» — я двинулся к нему, встав, и также «интахадту»; и было от него «нахда» к чему-то, то есть движение, множественное число — «нахадат»; «анхадтуху» для дела с «алиф» [в начале] — я поставил его для этого. Так сказал аль-Фаюми.
(и не приветствует [таслимом]). Его слово (затем встаёт и молится девятый [ракаат]) — разъяснение того, что подразумевается словами «затем встаёт и не приветствует».
(затем садится, и поминает Аллаха, и хвалит Его) — в риваяте Абу Аваны добавлено: «и произносит благословение на своего пророка ﷺ». (и обращается к Нему с мольбой, затем произносит таслим так, чтобы мы слышали) — от «исма‘» (дать услышать), то есть он повышал голос при таслиме так, чтобы мы его слышали.
(затем молился два ракаата после того, как произносил таслим, сидя). В этом содержится указание на законность двух ракаатов после витра, совершаемых сидя, и к этому [мнению] склонилась часть учёных, сделав повеление в его словах: «сделайте последней вашей молитвой ночью витр» относящимся к тому, кто совершает витр в конце ночи. А ан-Навави отнёс это к тому, что он ﷺ сделал это для разъяснения допустимости добровольной молитвы после витра и допустимости добровольной молитвы сидя, то есть повеление в этом [хадисе] является повелением желательности, а не обязательности, поэтому между ними нет противоречия.
Составитель (да простит его Всевышний Аллах) сказал: то, что сказал ан-Навави (да помилует его Аллах) в качестве способа примирения, является верным, по моему мнению, а что касается того, чем примирял аш-Шаукани, а именно что его действие не противоречит его слову, поскольку допустимость относится к нему [Пророку], а повеление относится к общине, то это не верно, и уже приводилось возражение на это неоднократно, так обрати внимание, а Аллах Всевышний знает лучше.
(и это) — то есть упомянутые ракааты с этими описанными свойствами, (одиннадцать ракаатов, о сынок мой) — это из разряда ласкового обращения и мягкости, иначе Са‘д не был её сыном (да будет доволен ими обоими Аллах).
(когда же пророк Аллаха ﷺ состарился), то есть постарел. Аль-Фаюми сказал: «асанна» человек, «санна» и иное «иснан(ан)» — когда постарел, он «мусинн», женский род — «мусинна», множественное число — «масанн». Аль-Азхари сказал: значение «исман» коровы и овцы — не старение подобно человеку, но значение его — прорезывание постоянного зуба («сання»). Конец.
[Замечание]: в одной из версий «Шарх ан-Навави» встречается формулировка: «когда же санна пророк Аллаха ﷺ... и так далее». Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: так это в большинстве оригиналов — «санна», а в некоторых — «асанна», и это последнее известно в языке. Конец.
(и охватила его плоть) — а в некоторых версиях: «и он охватил плоть». Сказано: то есть полноту; а сказано также, что значение его — ослаб; и это было примерно за год до его смерти, как говорят.
Ас-Синди (да помилует его Аллах) сказал: в этом [указание] на то, что он приобрёл полноту в конце своей жизни ﷺ, и, возможно, это было от его радости приближению к Аллаху ввиду тех благих вестей о будущей жизни, что пришли к нему ﷺ. Конец.
«Совершил витр из семи (ракатов) и поступил с двумя ракатами так же, как поступал прежде» — то есть совершал их сидя после того, как произносил приветствие (таслим). «Итого получалось девять, сынок» — то есть он уменьшил на два раката из-за своей слабости. «И когда пророк Аллаха ﷺ совершал молитву» — то есть из числа добровольных (нафль) — «он любил постоянно её совершать» — то есть из его руководства ﷺ было то, что если он совершал добровольную молитву, он придерживался её постоянно и не оставлял её иначе как по причине или для разъяснения допустимости, как в случае этих двух ракатов, которые он совершал после витра, — сказано в «Аль-Манхаль».
А любил пророк ﷺ постоянство в этой молитве потому, что самые любимые дела для Аллаха ﷻ — те, которые совершающий их выполняет постоянно. Аль-Бухари и Муслим передали от Аиши (да будет доволен ею Аллах), что она сказала: он ﷺ говорил: «Самое любимое дело для Аллаха — то, которое совершающий его выполняет постоянно, даже если оно незначительно». Они же передали от неё: «И самой любимой молитвой для посланника Аллаха ﷺ была та, которую он совершал постоянно, даже если она была небольшой».
А в риваяте Шубы, который приведён далее: «Посланник Аллаха ﷺ, если совершал какое-либо дело, утверждал его».
«И когда его одолевал сон или недомогание» — с двумя открытыми гласными: применяется к любой болезни, множественное число «аваджа`», подобно «сабаб» и «асбаб», а также «виджа`» с кясрой, подобно «джабаль» и «джибаль». «И (это отвлекало) от ночного стояния (в молитве), он совершал (это) днём» — то есть в течение дня, и «мин» здесь в значении «в» либо указывает на частичность, как было упомянуто ранее. В другой версии: «нахаран» (днём), и «ба» в значении «в», подразумевается: в начале дня, между восходом солнца и его зенитом.
А в риваяте Абу Аваны, который приведён далее: «Если у него пропускалась молитва ночью из-за недомогания или иной причины, он совершал её днём...», а в риваяте Шубы: «И если он спал ночью или болел, он совершал (пропущенное) днём...» — «двенадцать ракатов» — то есть если ему что-то мешало совершить ночное стояние, он совершал днём двенадцать ракатов взамен упущенного ночного стояния. Это явно указывает на то, что при восполнении (када) он ограничивался лишь двенадцатью ракатами. Витр же не упомянут потому, что он его не восполнял, и, видимо, он его не пропускал вовсе — возможно, ﷺ, когда происходило то, что мешало ему совершить ночную молитву, спешил совершить витр в начале ночи, а остальное откладывал и восполнял днём.
Составитель (да простит его Аллах) говорит: некоторые приводят этот хадис в качестве доказательства того, что восполнение витра не является установленным в шариате, но это ошибка, ибо в хадисе нет прямого указания на то, что он ﷺ пропускал витр — напротив, очевидно, что он его не пропускал, а совершал ночью, и пропускал он лишь тахаджуд, помимо витра. Правильным же является то, что если витр пропущен, он восполняется, согласно тому, что передал Абу Дауд в своём «Сунан» с достоверным иснадом от Абу Са‘ида аль-Худри (да будет доволен им Аллах), что посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто заснул, не совершив витр, или забыл о нём, пусть совершит его, когда вспомнит» — и это входит в общий смысл того, что передали аль-Бухари и Муслим и другие от Анаса ибн Малика (да будет доволен им Аллах), что посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто забыл молитву, пусть совершит её, когда вспомнит, — искуплением за неё является только это». Задумайся об этом — а Аллах Всевышний знает лучше.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в этом содержится указание на желательность постоянного соблюдения регулярных молитв (аврад), и что если они пропущены, они восполняются. Конец цитаты.
«И я не знаю, чтобы пророк Аллаха ﷺ» — ат-Тыби сказал: это отрицание вещи через отрицание её обязательного следствия, и такой стиль употребляется только в отношении того, чьё знание охватывает все области полностью и совершенно, а это применимо к знанию Аллаха Всевышнего постоянно. Всевышний сказал: «Скажи: неужели вы сообщаете Аллаху о том, чего Он не знает?» [Йунус: 18] — то есть о том, чего не существовало и не было установлено, ибо если бы оно существовало, то знание Аллаха (пресвят Он и возвышен) непременно охватило бы это. Так же и правдивейшая, дочь правдивейшего (да будет доволен ею Аллах), наблюдала за состояниями посланника Аллаха ﷺ днём и ночью, в его присутствии и в его отсутствие — как непосредственным наблюдением, так и через вопросы; то есть он не совершал упомянутого, ибо если бы он это совершал, она бы об этом знала. Аллах Всевышний знает лучше. Конец цитаты.
«Прочитал Коран целиком за одну ночь» — то есть он ﷺ не завершал чтение всего Корана за одну ночь. «И не молился (всю) ночь до утра» — это согласно её знанию (да будет доволен ею Аллах), как на это указывают её слова «и я не знаю»; иначе достоверно установлено в хадисе Хаббаба ибн аль-Аратта (да будет доволен им Аллах) у Ахмада, ат-Тирмизи и ан-Насаи с достоверным иснадом, что он наблюдал за посланником Аллаха ﷺ одну ночь, и тот молился всю эту ночь до самого рассвета... (далее хадис).
«И не постился месяц целиком, кроме Рамадана» — это не противоречит тому, что достоверно установлено от неё, что он ﷺ постился весь Шабан целиком, ибо подразумевается, что он постился большую его часть, как будет упомянуто в соответствующем месте, если пожелает Аллах Всевышний.
(Сказал) Са‘д ибн Хишам (да помилует его Аллах): «И я отправился к Ибн Аббасу» (да будет доволен Аллах ими обоими) — то есть затем, после того как я услышал этот хадис от Аиши (да будет доволен ею Аллах) в его надлежащем виде, я пришёл к Ибн Аббасу (да будет доволен Аллах ими обоими), чтобы сообщить ему то, что я от неё услышал, поскольку он просил меня об этом.
«И я рассказал ему её хадис, и он сказал» — Ибн Аббас (да будет доволен Аллах ими обоими) — «она сказала правду» — Аиша (да будет доволен ею Аллах) в том, что тебе рассказала — «если бы я был ближе к ней» — с даммой над «ра» и с фатхой (обе формы возможны), как уже упоминалось ранее, что этот глагол из тех, что спрягаются по образцу «катала» и «та‘иба» — «или» (сомнение передатчика) — «входил к ней, я пришёл бы к ней» — а в риваяте ан-Насаи: «знай, что если бы я входил к ней, я бы пришёл к ней».
Говорят, что причина, по которой он не входил к ней, — та же причина, что упоминалась ранее в связи с тем, почему Хаким ибн Афлях не входил к ней, а именно то дело, которое было между Али и Муавией (да будет доволен Аллах ими всеми).
«Чтобы она передала мне это устно» — то есть чтобы она рассказала мне этот хадис лично, из уст в уста. (Сказал) Са‘д: «Я сказал» — то есть Ибн Аббасу (да будет доволен Аллах ими обоими) — «если бы я знал, что ты не входишь к ней, я не рассказал бы тебе её хадис» — и это сказал Са‘д в качестве упрёка Ибн Аббасу (да будет доволен Аллах ими обоими) за то, что он прекратил общение с ней (да будет доволен ею Аллах) и не входил к ней.
Если скажешь: как позволительно было Ибн Аббасу (да будет доволен Аллах ими обоими) прекращать с ней общение, если достоверно установлено от него ﷺ: «Не разрешается человеку избегать своего брата более трёх ночей, встречаясь друг с другом, так что один отворачивается, а другой отворачивается, и лучший из них тот, кто первым начнёт приветствие», — согласились аль-Бухари и Муслим?
Ответ: запрещённым является не оставление разговора вообще, а именно отворачивание и оставление разговора при встрече, на что указывают его слова «встречаясь друг с другом...», а Ибн Аббас (да будет доволен Аллах ими обоими) не оставлял разговора при встрече, но лишь не входил к ней и не приближался к ней (да будет доволен ею Аллах).
Или можно сказать: его прекращение общения с ней было не из личных побуждений, а по религиозному соображению, по его мнению, а именно тому, что он полагал, что она совершила ослушание, вмешавшись в дело двух упомянутых партий, а нет сомнения, что избегание совершившего ослушание допустимо. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, у Него испрашивается помощь, и на Него упование.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) — из числа хадисов, которые составитель (да помилует его Аллах) приводит в одиночку.
(Второй вопрос): о его источниках.
Привёл его (автор) здесь [20/1739, 1740, 1741, 1742, 1743, 1744] (746), (Абу Дауд) в «Молитве» (1342, 1343, 1344, 1345), (ат-Тирмизи) в ней же (445) и в «Шамаиль» (267), (ан-Насаи) в «Ночной молитве» (3/60, 199, 218, 234, 240, 241, 259, 4/151, 199), (Ибн Маджа) в «Совершении молитвы» (1191), (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (4714 и 4751), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (6/53, 94, 109, 163, 168, 236, 258), (ад-Дарими) в своих «Сунан» (1483), (аль-Бухари) в «Нраве деяний рабов» (48), (Ибн Хузайма) в своём «Сахихе» (1078, 1127, 1169, 1178), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (2420), (Абу Аваны) в его «Мусанаде» (2294, 2295), (Абу Нуайм) в его «Мустахрадже» (1690, 1691, 1692, 1693), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (987), а Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах.
1 — (Из них): он указывает на предостережение от монашества, то есть от отречения ради поклонения, поскольку в нём есть отход от пути посланника Аллаха ﷺ, а также на то, что укрепляется следование тому, на чём был Пророк ﷺ в поклонении, и подражание ему.
2 — (Из них): разъяснение допустимости ночной молитвы.
3 — (Из них): то, чем занимались предшественники — вопросами и исследованием поклонения Пророка ﷺ, чтобы подражать ему в этом.
4 — (Из них): из этикета учёного, к которому обращаются с вопросом, если есть кто-то более знающий, чем он, — указать на него, ибо религия — это искренний совет.
5 — (Из них): разъяснение достоинства Аиши (да будет доволен ею Аллах), поскольку она была самой знающей из людей о поклонении Пророка ﷺ, как засвидетельствовал ей это Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах).
6 — (Из них): то, чем почтил Аллах Всевышний своего Пророка ﷺ, воспитав его нравами Корана, так что он стал высшим образцом в облачении в благородные нравы, как описал его Аллах Всевышний своим словом: «Поистине, ты обладаешь великим нравом» [аль-Калям, 4].
7 — (Из них): то, что человеку следует воспитываться нравами Корана, подражая Пророку ﷺ.
8 — (Из них): разъяснение того, что ночная молитва была обязательной, а затем была отменена по милости и снисхождению от Аллаха Всевышнего.
9 — (Из них): желательность приготовления к ночной молитве заготовлением зубочистки (сивак) и воды для омовения.
10 — (Из них): желательность сивака для того, кто встал от сна.
11 — (Из них): допустимость витр из девяти ракаатов, где садятся в восьмой без произнесения ташаххуда с приветствием, а в девятой — с приветствием, а также из семи, где садятся в шестой без приветствия, а в седьмой — с приветствием.
12 — (Из них): что самое любимое деяние для Пророка ﷺ, а оно же любимо у Аллаха Всевышнего, — то, на чём постоянствует совершающий его, даже если оно немногочисленно.
13 — (Из них): желательность возмещения упущенной ночной молитвы из-за болезни или подобного этому.
14 — (Из них): что не следует проводить всю ночь целиком в поклонении, ибо это не из пути посланника Аллаха ﷺ, а также не следует проводить весь месяц целиком в посте, кроме Рамадана. А причина нежелательности этого
в том, что это ослабляет тело и лишает сил, так что человек не будет готов к джихаду и подобным ему тяжёлым видам поклонения, а также это ослабляет его в выполнении того, что обязательно на нём из добывания средств для обеспечения себя и своей семьи. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Покровитель.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1740] (…) — И передал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна, [сказал]: передал нам Муаз ибн Хишам, передал мне мой отец от Катады от Зурары ибн Ауфа от Саада ибн Хишама, что он развёлся со своей женой, затем отправился в Медину, чтобы продать своё имение, и упомянул подобное этому.
Передатчики этого иснада: семь.
1 — (Муаз ибн Хишам) ад-Дастувани аль-Басри, правдив, возможно, ошибался [9] (умер 200 г.) (передавали все составители шести сборников), упоминался ранее в «Вере» 12/156.
2 — (Его отец) Хишам ибн Абу Абдуллах Санбар ад-Дастувани, Абу Бакр аль-Басри, надёжный, твёрдый, обвинялся в приверженности къадру, из старших представителей [7] (умер 154 г.) (передавали все составители шести сборников), упоминался ранее в «Вере» 12/156.
Остальные все были упомянуты прежде.
Его слово (فذكر نحوه — «и упомянул подобное этому»): деятель — местоимение, указывающее на Хишама, то есть Хишам ад-Дастувани передал от Катады подобное хадису Саида ибн Абу Аруба, упомянутому ранее от него.
[Замечание]: этот риваят Хишама от Катады привёл имам ад-Дарими в своих «Сунан», сказав:
(1439) Передал нам Исхак ибн Ибрахим, передал нам Муаз ибн Хишам, передал мне мой отец от Катады от Зурары ибн Ауфа от Саада ибн Хишама, что он развёлся со своей женой и прибыл в Медину, чтобы продать своё имение и вложить деньги в оружие и коней. Он встретил группу из числа ансаров, и они сказали: «Этого желали шестеро из нас во времена посланника Аллаха ﷺ, но он запретил им это и сказал: «Разве для вас во мне нет примера?»». Затем он прибыл в Басру и рассказал нам, что встретил Абдуллаха ибн Аббаса и спросил его о витре. Тот сказал: «Не рассказать ли тебе о самом знающем из людей о витре посланника Аллаха ﷺ?» Я сказал: «Да». Он сказал: «Мать верующих Аиша, отправляйся к ней и спроси её, затем возвращайся ко мне и расскажи мне то, что она тебе расскажет». Я отправился к Хакиму ибн Афляху и сказал ему: «Пойдём со мной к матери верующих Аише». Он сказал: «Я не вхожу к ней, мне запрещено входить к этим двум сторонникам (или: этим двум группам)». Но я настаивал, пока он не согласился пойти. Я сказал: «Клянусь, ты пойдёшь». И мы отправились, и приветствовали, и она узнала голос Хакима и сказала: «Кто это?» Я сказал: «Саад ибн Хишам». Она сказала: «Чей сын Хишам?» Я сказал: «Хишам ибн Амир». Она сказала: «Прекрасный человек, был убит в день Ухуда». Я сказал: «Расскажи нам о нраве посланника Аллаха ﷺ». Она сказала: «Разве ты не читаешь Коран?» Я сказал: «Да». Она сказала: «Поистине, он — нрав посланника Аллаха ﷺ». Тогда я хотел встать и не спрашивать никого ни о чём, пока не встречу Аллаха, но мне представился случай спросить о вставании [для молитвы], и я сказал: «Расскажи нам о вставании посланника Аллаха ﷺ [для ночной молитвы]». Она сказала: «Разве ты не читаешь суру «О завёрнутый в одежды»?» Я сказал: «Да». Она сказала: «Поистине, она была [о] вставании посланника Аллаха ﷺ. Было ниспослано начало суры, и вставал посланник Аллаха ﷺ и его товарищи, пока не опухли их ступни, а конец её был удержан на небе шестнадцать месяцев, затем был ниспослан, и стало вставание ночью добровольным после того, как было обязательным». Тогда я хотел встать и не спрашивать никого ни о чём, пока не встречу Аллаха, но мне представился случай спросить о витре, и я сказал: «Расскажи нам о витре посланника Аллаха ﷺ». Она сказала: «Когда посланник Аллаха ﷺ засыпал, он оставлял свой сивак у меня, и Аллах пробуждал его, когда желал пробудить, и он совершал девять ракаатов, не садясь, кроме как в восьмом, и он восхвалял Аллаха и обращался с молитвой к своему Господу, затем вставал и не произносил приветствие, затем садился в девятом, восхвалял Аллаха и обращался с молитвой к своему Господу, затем произносил приветствие один раз так, что мы слышали, затем совершал два ракаата сидя. Это одиннадцать ракаатов, о сынок. Когда же посланник Аллаха ﷺ постарел и набрал вес, он совершал семь ракаатов, не садясь, кроме как в шестом, восхвалял Аллаха и обращался с молитвой к своему Господу, затем вставал и не произносил приветствие, затем садился в седьмом, восхвалял Аллаха и обращался с молитвой к своему Господу, затем произносил приветствие один раз, затем совершал два ракаата сидя. Это девять, о сынок. И Пророк ﷺ, если его одолевал сон или болезнь, совершал днём двенадцать ракаатов. И посланник Аллаха ﷺ, если принимал какой-либо нрав [образ действия], любил постоянствовать в нём. И никогда Пророк Аллаха ﷺ не проводил ночь [в молитве] целиком до утра, и не читал Коран весь целиком за одну ночь, и не постился месяц полностью, кроме Рамадана». Я вернулся к Ибн Аббасу и рассказал ему [это], и он сказал: «Ты сказал правду. Поистине, если бы я входил к ней, я бы спросил её лично». Я сказал: «Если бы я знал, что ты не входишь к ней, я не рассказывал бы тебе». Конец. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша достаточность, и прекрасен Покровитель.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, он сказал:
[1741] (…) - И рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба: рассказал нам Мухаммад ибн Бишр: рассказал нам Саид ибн Абу Аруба: рассказал нам Катада, от Зурары ибн Авфы, от Саада ибн Хишама, что он сказал: «Я отправился к Абдуллаху ибн Аббасу и спросил его о витре», — и он привёл хадис с его историей, и сказал в нём: она сказала: «Кто такой Хишам?» Я сказал: «Ибн Амир». Она сказала: «Прекрасным человеком был Амир — он был убит в день Ухуда».
Сказал собиратель (да простит его Аллах): было бы более правильным для составителя (да помилует его Аллах) поставить эту версию перед предыдущей, чтобы обе версии Саида ибн Абу Арубы шли подряд. Обрати на это внимание, а Аллах Всевышний знает лучше.
Передатчики этого иснада: семеро:
1 — Абу Бакр ибн Абу Шейба, о нём говорилось в прошлой главе.
2 — Мухаммад ибн Бишр аль-Абдий, о нём также говорилось в прошлой главе.
Остальные упомянуты в главе.
Его слово («и он привёл хадис с его историей») — субъект действия — местоимение, указывающее на Саида ибн Абу Арубу.
Её слово («прекрасным человеком был Амир») — с именительным падежом, поскольку это то, что определяется похвалой; разбор его падежа приводился уже в предыдущем хадисе.
Её слово («он был убит в день Ухуда») означает, что Амир погиб мучеником в битве при Ухуде.
[Примечание]: эту версию риваята Саида от Катады привёл также Абу Аввана в своём «Мусанаде» (2/323), сказав:
Рассказал нам аль-Хасан ибн Али ибн Аффан, сказал: рассказал нам Мухаммад ибн Бишр, сказал: рассказал нам Саид ибн Абу Аруба, сказал: рассказал нам Катада, от Зурары ибн Авфы, от Саада ибн Хишама, который сказал: «Я отправился к Ибн Аббасу и спросил его о витре. Он сказал: «Не указать ли тебе на самого знающего из жителей земли о витре Посланника Аллаха ﷺ?» Я сказал: «Кто это?» Он сказал: «Аиша. Пойди к ней и спроси её, а затем сообщи мне, что она тебе ответит». Он сказал: «И я отправился к ней, и застал Хакима ибн Афляха, и попросил его присоединиться ко мне, и мы отправились к Аише, попросили разрешения войти, и вошли. Она сказала: «Кто это?» Он сказал: «Хаким ибн Афлях». Она сказала: «А кто это с тобой?» Он сказал: «Саад ибн Хишам». Она сказала: «Кто такой Хишам?» Я сказал: «Ибн Амир». Она сказала: «Прекрасным человеком был Амир — он был убит в день Ухуда». Я сказал: «О мать верующих, поведай мне о нраве Посланника Аллаха ﷺ». Она сказала: «Разве ты не читаешь Коран?» Я сказал: «Да, читаю». Она сказала: «Нрав Пророка Аллаха ﷺ был Кораном». Он сказал: «Я хотел встать, но мне пришла мысль, и я сказал: «А как насчёт ночного стояния Посланника Аллаха ﷺ, о мать верующих?» Она сказала: «Разве ты не читаешь суру «О завёрнутый в одежды»?» Я сказал: «Да, читаю». Она сказала: «Аллах предписал ночное стояние в начале этой суры, и Посланник Аллаха ﷺ и его сподвижники стояли (в молитве) целый год, так что их ступни опухли, и Аллах удержал конец этой суры на двенадцать месяцев на небе, затем Аллах ниспослал облегчение в конце этой суры, и ночное стояние стало добровольным после (предписанного) обязательного». Он сказал: «Я хотел встать, но мне пришла мысль о витре Посланника Аллаха ﷺ, и я сказал: «О мать верующих, поведай мне о витре Посланника Аллаха ﷺ». Она сказала: «Мы готовили для Посланника Аллаха ﷺ его зубочистку (мисвак) и воду для очищения, и Аллах пробуждал его в ту часть ночи, в которую хотел его пробудить, и он использовал мисвак, совершал омовение, затем молился девять ракаатов, не садясь в них, кроме как при восьмом, и он призывал своего Господа, и молился за своего Пророка ﷺ, затем встал, не произнося приветствия таслим, затем молился девятый (ракаат), затем сел, воздал хвалу своему Господу, молился за своего Пророка ﷺ, призывал (Аллаха), затем произносил таслим так, что мы слышали, затем молился два ракаата после произнесения таслима, сидя. Итого это одиннадцать ракаатов, о сынок. Когда же Пророк Аллаха ﷺ постарел и набрал вес, он совершал витр из семи (ракаатов) и молился два ракаата после произнесения таслима, о сынок. И Пророк Аллаха ﷺ, когда совершал молитву, любил придерживаться её постоянно. И Пророк ﷺ, когда его одолевал сон и он не мог совершить ночное стояние, молился днём двенадцать ракаатов. И я не знаю, чтобы Пророк Аллаха ﷺ прочитал весь Коран за одну ночь до утра, и он никогда не постился полный месяц, кроме Рамадана»». Он сказал: «И я пришёл к Ибн Аббасу и сообщил ему её хадис, и он сказал: «Она сказала правду». А первый раз он (Саад) развёлся со своей женой, затем отправился в Медину, чтобы продать там своё имущество и вложить его в оружие и коней, а затем сражаться с римлянами, пока не умрёт. Он встретил группу своих соплеменников и рассказал им об этом, и они сообщили ему, что группа из шести человек из их числа хотела сделать то же самое при жизни Посланника Аллаха ﷺ, но он запретил им это». Конец. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша достаточность и прекраснейший Покровитель.
И по цепочке передачи, доходящей до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, сказано:
[1742] (…) - И рассказали нам Исхак ибн Ибрахим и Мухаммад ибн Рафи, оба от Абд ар-Раззака: сообщил нам Ма'мар, от Катады, от Зурары ибн Авфы, что Саад ибн Хишам был его соседом, и сообщил ему, что развёлся со своей женой, — и он продолжил хадис по смыслу хадиса Саида, и в нём: она сказала: «Кто такой Хишам?» Он сказал: «Ибн Амир». Она сказала: «Прекрасным человеком он был — он был убит вместе с Посланником Аллаха ﷺ в день Ухуда». И в нём: Хаким ибн Афлях сказал: «Знай, если бы я знал, что ты не войдёшь к ней, я не сообщил бы тебе её хадис».
Передатчики этого иснада: восемь:
1 — Исхак ибн Ибрахим аль-Ханзалий, известный как Ибн Рахавайх аль-Марвазий, надёжный, твёрдый, имам, довод [10] (умер 238) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), о нём говорилось в «Введении» 5/28.
2 — Мухаммад ибн Рафи, Абу Абдуллах ан-Нисабурий, надёжный, благочестивый, хафиз [11] (умер 245) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), о нём говорилось в «Введении» 4/18.
3 — Абд ар-Раззак ибн Хаммам ас-Сан'аний, надёжный, хафиз, составитель, ослеп в конце жизни, из-за чего изменился, и склонялся к шиизму [9] (умер 211), было ему 85 лет (все шестеро), о нём говорилось в «Введении» 4/18.
4 — Ма'мар ибн Рашид, Абу Амр аль-Басрий, переселившийся в Йемен, надёжный, твёрдый, достойный [7] (умер 154) (все шестеро), о нём говорилось в «Введении» 4/18.
Остальные упомянуты ранее.
Его слово («был его соседом») означает, что Саад ибн Хишам был соседом Зурары ибн Авфы.
Его слово («и он продолжил хадис… и т.д.») — субъект действия — местоимение, указывающее на Ма'мара.
Его слово («Хаким ибн Афлях сказал: «Знай, если бы я знал…» и т.д.») — по видимости этой версии, тем, кто сказал Ибн Аббасу: «Если бы я знал, что ты не войдёшь к ней… и т.д.», был Хаким ибн Афлях, а не Саад ибн Хишам. Это представляется странным, и по видимости это ошибка, поскольку ранее было сказано, что и Хаким также не входил к ней, когда сказал Сааду, попросившему его пойти с ним к ней: «Я не приближаюсь к ней». Как же тогда возможно, что он упрекнёт в этом Ибн Аббаса? Пусть это будет рассмотрено внимательно, а Аллах Всевышний знает лучше.
[Примечание]: эту версию риваята Ма'мара от Катады привёл также Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (2/340), сказав:
(1691) Сообщил нам Сулейман ибн Ахмад, [сказал]: известил нас Исхак ибн Ибрахим, [сказал]: известил нас Абд ар-Раззак, от Ма‘мара, от Катады, от Зурары ибн Авфы (ح); и передал нам также Абдуллах ибн Мухаммад ибн Джафар, [сказал]: рассказал нам Абдуллах ибн Мухаммад ибн Имран, [сказал]: рассказал нам Ибн Абу Умар, [сказал]: рассказал нам Абд ар-Раззак, [сказал]: известил нас Ма‘мар, от Катады, от Зурары ибн Авфы, что Са‘д ибн Хишам ибн Амир был его соседом и сообщил ему, что он развёлся со своей женой, а затем отправился в Медину, чтобы продать своё недвижимое имущество и прочее имение и вложить [выручку] в оружие и коней, а затем сражаться с византийцами, пока не умрёт. Но его встретила группа людей из его народа и удержала его от этого, сообщив ему, что группа из шести человек из их числа хотела сделать то же самое во времена Посланника Аллаха ﷺ, но Посланник Аллаха ﷺ удержал их от этого и сказал: «Разве нет у вас во мне примера?» Когда они рассказали ему об этом, он вернул свою жену. Когда он прибыл к нам, он сообщил нам, что пришёл к Ибн Аббасу и спросил его о витре. Ибн Аббас сказал ему: «Не сообщить ли тебе, — или: не указать ли тебе, — на самого знающего из жителей земли о витре Посланника Аллаха ﷺ?» Я спросил: «Кто?» Он ответил: «Аиша. Ступай к ней, спроси её об этом, а затем вернись и сообщи мне о её ответе тебе».
Са‘д ибн Хишам сказал: «Тогда я пришёл к Хакиму ибн Афлаху и попросил его сопроводить меня к ней, но он сказал: «Я не сближаюсь с ней, ибо я запретил ей говорить о том, что было между двумя враждующими группировками, но она отказалась иначе, чем продолжать говорить об этом». Я заклинал его [Аллахом], и он пошёл со мной. Мы поприветствовали её и вошли. Она узнала его и сказала: «Хаким?» Он ответил: «Да». Она спросила: «Кто это с тобой?» Он ответил: «Са‘д ибн Хишам». Она спросила: «Чей Хишам?» Он ответил: «Ибн Амир». Она сказала: «Хорошим человеком был Амир, он был убит вместе с Посланником Аллаха ﷺ в день Ухуда».
Он сказал: «Я сказал: «О мать верующих, сообщи мне о нраве Посланника Аллаха ﷺ (так в рукописи — с предлогом «على»; это нуждается в уточнении)». Она сказала: «Разве ты не читаешь Коран?» Я ответил: «Да». Она сказала: «Поистине, нравом Посланника Аллаха ﷺ был Коран». Он сказал: «Я хотел встать, но мне пришло на ум [ещё кое-что], и я сказал ей: «Сообщи мне о ночном стоянии [на молитве] Посланника Аллаха ﷺ». Она сказала: «Разве ты не читаешь эту суру: «О завернувшийся!»?» Я ответил: «Да». Она сказала: «Поистине, Аллах предписал [ночное] стояние в начале этой суры, и Пророк Аллаха ﷺ и его сподвижники простояли [на молитве] год, так что их стопы опухли. И Аллах удержал завершение этого предписания на двенадцать месяцев, а затем Аллах Всевышний ниспослал облегчение в конце суры, и ночное стояние стало добровольным после того, как было обязательным».
Он сказал: «Я хотел встать, но мне пришло на ум [ещё кое-что], и я спросил её, сказав: «О мать верующих, сообщи мне о витре Посланника Аллаха ﷺ». Она сказала: «Мы готовили для него его зубочистку (сивак) и воду для очищения на ночь, и Аллах пробуждал его, когда желал пробудить его. Он чистил зубы, совершал омовение, а затем совершал молитву в девять ракаатов, не садясь в них, кроме как при восьмом, [когда] он восхвалял Аллаха, вспоминал Его и обращался к Нему с мольбой, затем поднимался и не произносил приветствие [таслим]. Затем он совершал девятый [ракаат], садился, восхвалял Аллаха, вспоминал Его и обращался к Нему с мольбой, затем произносил приветствие так, чтобы мы услышали. Затем он совершал два ракаата сидя, после того как произносил приветствие. Итого одиннадцать, сынок мой. Когда же Посланник Аллаха ﷺ состарился и набрал полноту тела, он совершал витр в семь ракаатов и совершал два ракаата сидя после того, как произносил приветствие. Итого девять, сынок мой. И когда Посланник Аллаха ﷺ совершал [какую-либо] молитву, он любил придерживаться её постоянно. И если Пророка Аллаха ﷺ одолевал сон или недомогание, не позволявшее совершить ночное стояние, он совершал днём двенадцать ракаатов. И я не знаю, читал ли Пророк Аллаха ﷺ весь Коран за одну ночь, или стоял [на молитве] целую ночь до утра, или постился целый месяц, кроме месяца рамадан».
Он сказал: «Я пришёл к Ибн Аббасу и сообщил ему её хадис, и он сказал: «Она сказала правду. Если бы я входил к ней, я бы обратился к ней устно [сам]». А Хаким ибн Афлах сказал: «Если бы я знал, что ты не будешь входить к ней, я бы не сообщил тебе её хадис».
Текст [лафз] — Исхака ибн Ибрахима, от Абд ар-Раззака, а Ибн Абу Умар близок к нему в тексте и согласен с ним по смыслу. Конец. И Аллах Всевышний более всех знает об истинном положении дел, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1743] (…) — Рассказали нам Са‘ид ибн Мансур и Кутайба ибн Са‘ид, оба от Абу Аваны. Са‘ид сказал: рассказал нам Абу Авана, от Катады, от Зурары ибн Авфы, от Са‘да ибн Хишама, от Аиши, что Посланник Аллаха ﷺ, когда пропускал ночную молитву из-за недомогания или иной причины, совершал днём двенадцать ракаатов.
Передатчики этого иснада — семь человек:
1 — Са‘ид ибн Мансур аль-Хорасани, живший в Мекке, надёжный (сика), составитель [сочинений] [10] (умер в 227 г. или после этого) (входит в число передатчиков всех шести сборников), был упомянут ранее в «Книге веры», 61/338.
2 — Кутайба ибн Са‘ид, был упомянут в предыдущей главе.
3 — Абу Авана — аль-Ваддах ибн Абдуллах аль-Йашкури аль-Васити, был упомянут недавно.
Остальные упомянуты до него.
Этот хадис — из числа хадисов, единолично переданных составителем (да помилует его Аллах). Его разбор и разъяснение его вопросов уже приведены при разборе первого хадиса главы. И Аллах Всевышний более всех знает об истинном положении дел, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[1744] (…) — И рассказал нам (а в другой версии: «и передал нам») Али ибн Хашрам, [сказал]: известил нас (а в другой версии: «рассказал нам») Иса — он же Ибн Йунус, — от Шу‘бы, от Катады, от Зурары, от Са‘да ибн Хишама аль-Ансари, от Аиши, [она] сказала: «Когда Посланник Аллаха ﷺ совершал какое-либо дело, он придерживался его постоянно. И если он засыпал ночью или заболевал, он совершал днём двенадцать ракаатов». Она сказала: «И я не видела, чтобы Посланник Аллаха ﷺ простоял [на молитве] целую ночь до утра, и он не постился целый месяц подряд, кроме рамадана».
Передатчики этого иснада — семь человек:
1 — Али ибн Хашрам аль-Марвази, был упомянут недавно.
2 — Иса ибн Йунус ибн Абу Исхак ас-Сабии, был упомянут недавно.
3 — Шу‘ба ибн аль-Хаджжадж, был упомянут перед этой главой.
Остальные упомянуты в этой главе.
Этот хадис — из числа хадисов, единолично переданных составителем (да помилует его Аллах). Его разбор и разъяснение его вопросов уже приведены при разборе первого хадиса главы. И Аллах Всевышний более всех знает об истинном положении дел, и к Нему возвращение и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.