«(из верблюдов на их привязи)». Ранее приводилось от аль-Куртуби (да помилует его Аллах), что «фи» здесь употреблено в значении «мин» (из), а слово «аль-‘укуль» — с двумя даммами, либо с даммой и последующим сукуном: множественное число от «‘икаль» — веревка, которой привязывают животное.
Его слово («и текст хадиса по версии Ибн Баррада») означает, что данный вариант изложения матна хадиса принадлежит его шейху Абдуллаху ибн Барраду, а его шейх Абу Курайб передал его по смыслу. Имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) привёл этот хадис в своём «Сахихе», сказав:
(5033) Рассказал нам Мухаммад ибн аль-Аля, рассказал нам Абу Усама, от Бурайда, от Абу Бурды, от Абу Мусы, от Пророка ﷺ, который сказал: «Оберегайте Коран, ибо клянусь Тем, в Чьей Руке моя душа, он вырывается быстрее, чем верблюды со своей привязи». Конец цитаты. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возвращение и прибежище, Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него — упование.
Два вопроса, связанных с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абу Мусы аль-Ашари (да будет доволен им Аллах) относится к согласованным (муттафак алейхи).
(Второй вопрос): о его источниках.
Его привёл автор здесь [34/1844] (791), аль-Бухари в «Достоинствах Корана» (5033), Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» (10/477), Ахмад в своём «Мусанаде» (4/397 и 411), Абу Аваана в своём «Мусанаде» (3810 и 3811), Абу Нуайм в своём «Мустахридже» (1795). Аллах Всевышний знает лучше.
Что касается пользы, извлекаемой из хадиса, то она уже была приведена в толковании предшествующего хадиса Ибн Мас‘уда (да будет доволен им Аллах). Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возвращение и прибежище.
«Я хочу только исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь».
(35) — (Глава о желательности украшения голоса при чтении Корана)
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказано:
[1845] (792) — («Рассказал мне Амр ан-Накид и Зухайр ибн Харб, они оба сказали: рассказал нам Суфьян ибн Уяйна, от аз-Зухри, от Абу Салямы, от Абу Хурайры, доводя его до Пророка ﷺ, который сказал: «Аллах не внимает ничему так, как внимает пророку, распевающему Коран»).
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (Амр ан-Накид) ибн Мухаммад аль-Багдади, упоминался три главы назад.
2 — (Зухайр ибн Харб) упоминался в предыдущей главе.
3 — (Суфьян ибн Уяйна) упоминался три главы назад.
4 — (аз-Зухри) Мухаммад ибн Муслим, упоминался главой ранее.
5 — (Абу Саляма) ибн Абд ар-Рахман ибн Ауф, также упоминался главой ранее.
6 — (Абу Хурайра) (да будет доволен им Аллах), также упоминался главой ранее.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): он относится к пятизвенным иснадам автора (да помилует его Аллах), и в нём у него два шейха, объединённые вместе ввиду совпадения способа получения и передачи хадиса.
2 — (Из них): все передатчики иснада — передатчики, признаваемые всей общиной, кроме двух его шейхов: у первого выводил хадисы ат-Тирмизи и Ибн Маджа, а у второго — ат-Тирмизи.
3 — (Из них): иснад цепочкой связан через мединцев начиная от аз-Зухри, при этом оба его шейха — багдадцы, а Суфьян — мекканец.
4 — (Из них): в нём есть передача одного последователя (табиина) от другого последователя: аз-Зухри от Абу Салямы.
5 — (Из них): в нём присутствует один из семи знаменитых правоведов согласно некоторым мнениям — это Абу Саляма.
6 — (Из них): в нём присутствует Абу Хурайра, глава семи наиболее многочисленных передатчиков хадисов, передавший 5374 хадиса. Аллах Всевышний знает лучше.
Толкование хадиса:
(От Абу Хурайры) (да будет доволен им Аллах) (доводя его до Пророка ﷺ) — так это передано у автора в риваяте Суфьяна от аз-Зухри, словом «йаблугу» (доводя), а у аль-Бухари от его шейха Али ибн аль-Мадини от Суфьяна передано словами: «от Абу Хурайры, от Пророка ﷺ». Судя по всему, Суфьян забыл точную формулировку, которую произнёс аз-Зухри, когда передавал этот хадис Амру ан-Накиду и Зухайру, хотя он и передавал его как хадис от Пророка (марфу‘), поэтому он употребил формулировку, охватывающую все виды возведения хадиса к Пророку, а вспомнил её точно, когда передавал его Ибн аль-Мадини. Аллах Всевышний знает лучше.
В грядущей далее версии передачи от Мухаммада ибн Ибрахима, от Абу Салямы, от Абу Хурайры сказано: «что он слышал Посланника Аллаха ﷺ говорящим...». (Сказал) то есть: Пророк ﷺ («Аллах не внимает [ма азина ллаху] ничему») — с кясрой над «заль» с точкой; то есть: Аллах (Свят Он и Велик) не слушает ничего из того, что можно услышать, (так, как внимает пророку) то есть: подобно тому, как Он внимает пророку. Итак, первое «ма» — отрицательная частица, а второе — масдарийя (превращающая глагол в отглагольное существительное). Слово «наби» (пророк) употреблено в неопределённом состоянии, поскольку под ним подразумевается родовое понятие. В риваяте Абу Зарра к «Сахиху» аль-Бухари встречается форма «ли-н-наби» с определённым артиклем. В «Фатхе» сказано: если эта форма достоверна, то она также указывает на родовое понятие, и ошибся тот, кто посчитал её указывающей на конкретное лицо, предположив, что имеется в виду наш Пророк Мухаммад ﷺ, сказав: «Аллах не внимает Пророку ﷺ» и составив на этом основании своё толкование. Конец цитаты.
В грядущей далее версии передачи от Мухаммада ибн Ибрахима добавлено: «обладающему прекрасным голосом», и это слово стоит в родительном падеже как определение к слову «наби».
Его слово (распевающему Коран) — глагольное предложение в положении винительного падежа как обстоятельство образа действия («хал»), относящееся к слову «наби»; то есть: украшающему свой голос при его чтении. Либо это в значении возвышения голоса (джахр), и тогда его слово в грядущей далее версии передачи: «возвышает голос при этом» служит разъяснением данного выражения. Либо это в значении смягчения и утончения голоса, чтобы этим вызвать в себе и в слушателях печаль и слёзы и отвлечься этим от творений к Творцу (Свят Он и Велик). Это привёл ас-Синди (да помилует его Аллах).
Имам Абу Хатим ибн Хиббан (да помилует его Аллах) сказал в своём «Сахихе»: смысл выражения «распевает Коран» — он желает опечалиться этим, и это не имеет отношения к «гунйа» (богатству, самодостаточности); если бы это было связано с «гунйа», то было бы сказано «йатаганна» (проявляет самодостаточность), а не «йатаганна» в значении распевания. Печаль от Корана — это не чистота гортани и приятность голоса, и не подчинение горловых органов различным видам мелодий в соответствии с ритмом, но печаль от Корана — это то, что её сопровождают две вещи: скорбь и тоска; скорбь о допущенной небрежности, и тоска по ожидаемому почёту. И когда сердце страдает и печалится, а голос скорбит и дрожит, тогда веки источают слёзы, а сердце — блеск, и тогда совершающий ночную молитву находит наслаждение в уединённой беседе со своим Господом и убегает от творений в убежище одиночества, надеясь на прощение прошлых грехов и снисхождение к проступкам и недостаткам. Просим у Аллаха содействия в этом. Конец цитаты.
Сказал собиратель (да простит его Аллах): полное обсуждение с изложением разногласий учёных о смысле «тагання» приведётся далее в четвёртом вопросе, если будет угодно Аллаху Всевышнему.
В одной из версий у аль-Бухари, переданной через Ибн Шихаба от Абу Салямы, встречается: «чтобы он распевал» с добавлением «ан» (что).
В «Фатхе» сказано: Ибн аль-Джаузи утверждал, что правильным является исключение «ан», и что её наличие — ошибка некоторых передатчиков, поскольку они передавали по смыслу, и, возможно, кто-то из них посчитал эти выражения равнозначными, отчего и произошла ошибка; ведь если бы хадис был со словом «ан», то это было бы от «изн» с кясрой над «хамзой» и сукуном над «заль» в значении дозволения и допущения, а это здесь не подразумевается, но это от «азан» с двумя фатхами, что означает слушание.
Его слово «азина» — то есть: слушал.
В итоге, слово «азина» с фатхой, затем кясрой в прошедшем времени, по модели «та‘иба», является общим между значениями дозволения и слушания. Говорят: «азинту, азану» с удлинением; если имеется в виду дозволение, то масдар — с кясрой, затем сукуном, а если имеется в виду слушание, то масдар — с двумя фатхами. Ади ибн Зайд сказал [размером рамаль]:
«О сердце, утешься развлечением... воистину, моя забота — в услышании и внимании».
То есть: в слушании и внимании.
Аль-Куртуби сказал: изначальный смысл слова «азан» с двумя фатхами в том, что слушающий склоняет своё ухо в сторону того, кого он слушает, и этот смысл в отношении Аллаха Всевышнего не подразумевается в его буквальном значении, а лишь в переносном, в соответствии с принятым обычаем обращения, и подразумевается в отношении Аллаха Всевышнего почитание чтеца и обильное вознаграждение его, поскольку это является плодом внимательного вслушивания. Конец цитаты.
Сказал составитель (да простит его Аллах): то, что сказал аль-Куртуби относительно смысла, подразумеваемого здесь под «слухом» — что он означает почёт и обильную награду — он имел в виду, что это речь из разряда метафорического (маджаз), а не буквального (хакыка) употребления. Это неверно, ибо это влечёт за собой неутверждение атрибута «слух» (أَذَن) за Аллахом (свят Он и велик), тогда как Пророк ﷺ утвердил его за Ним в этом достоверном тексте. Правильным же является утверждение этого атрибута в его истинном смысле, подобающем Его величию (свят Он и велик), и из этого не следует уподобление Его творениям, ибо Его атрибуты (свят Он и велик) не подобны атрибутам творений. Если бы из утверждения этого атрибута следовало уподобление, то оно следовало бы также и в отношении почёта и обильной награды, которыми аль-Куртуби истолковал этот атрибут, поскольку этими же качествами описывается и творение: говорят же — «такой-то, когда ему понравилось чтение такого-то, оказал ему почёт и одарил его обильно» и тому подобное.
Итог таков: утверждение атрибутов, упомянутых в Коране и достоверных хадисах, в их истинном, а не метафорическом смысле, подобающем Его величию (свят Он и велик), — это истина, на которой были праведные предшественники этой общины, которых восхвалил Пророк ﷺ, сказав: «Лучшее из поколений — моё поколение...» — хадис, приведённый и аль-Бухари, и Муслимом. Так уразумей же, а Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему возврат и прибежище, и Он — Тот, у Кого просят помощи, и на Него упование.
Вопросы, относящиеся к этому хадису:
(Первый вопрос): этот хадис Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах) приведён и аль-Бухари, и Муслимом.
(Второй вопрос): о его выведении (тахридж):
Его привёл составитель здесь [35/1845, 1846, 1847, 1848, 1849, 1850] (792), и аль-Бухари в «Достоинствах Корана» (5023 и 5024) и в «Единобожии» (7544), а также в «Сотворённости деяний рабов» (стр. 32), и Абу Дауд в своём «Сунане» (1473), и ан-Насаи в «Открытии» (1017 и 1018) и в «Большом сборнике» (1090 и 1091), а также в «Достоинствах Корана» (8052, 8048, 8053), и Абд ар-Раззак в своём «Мусаннафе» (4166), и аль-Хумайди в своём «Мусанаде» (949), и Ибн Абу Шейба в своём «Мусаннафе» (10/464), и Ахмад в своём «Мусанаде» (2/271, 285, 450), и ад-Дарими в своём «Сунане» (1/350), и Ибн Хиббан в своём «Сахихе» (751), и Абу Аваана в своём «Мусанаде» (3865, 3867, 3868, 3869, 3870), и Абу Нуайм в своём «Мустахрадже» (1797, 1798, 1799, 1800, 1801). А Аллах Всевышний лучше знает.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — (Из них): желательность украшения Корана красивым голосом. Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): польза этого известия — побуждение чтеца к тому, чтобы отдать чтению его право через размеренность (тартиль), украшение и облагораживание его красивым голосом, насколько это возможно.
2 — (Из них): желательность слушания чтения чтеца с красивым голосом. Далее будет приведена передача единогласия (иджма) об этом, если пожелает Аллах Всевышний.
Ибн Абу Дауд привёл через путь Ибн Абу Масджаа, который сказал: «Умар (да будет доволен им Аллах) выдвигал вперёд молодого человека с красивым голосом из-за красоты его голоса, перед людьми».
3 — (Из них): утверждение атрибута «слух» (أَذَن — с двумя фатхами) в значении внимательного слушания, присущего Аллаху (свят Он и велик) так, как подобает Его величию. А что касается того, что сказал ас-Синди и другие — что, поскольку слушание в отношении Аллаха Всевышнего невозможно [в обычном понимании], ибо это свойство того, чьё слышание меняется в зависимости от степени обращённости внимания, а слышание Его Всевышнего не меняется, — и они сказали: это иносказание о приближении чтеца и обильной награде ему, — то это неверно. Ибо их слова основаны на смысле слушания, приписываемого творению, поскольку они не поняли смысла слушания иначе как в том значении, которое они упомянули, а это ошибка. Ведь слушание, которое присуще Аллаху (свят Он и велик), отличается от слушания, присущего творению. И когда мы утверждаем за Аллахом Всевышним Его высочайшие атрибуты, мы не утверждаем их в том смысле, в каком они присущи творению, но утверждаем их в смысле, подобающем Его величию (свят Он и велик). Так уразумей же и не спеши, а Аллах Всевышний — Ведущий к прямому пути.
4 — (Из них): желательность распевного чтения Корана (таганнин), но с условием, чтобы это не нарушало правил чтения, как это установили знатоки чтений.
Сказал аль-Куртуби (да помилует его Аллах): этим хадисом опирался тот, кто дозволяет чтение Корана с мелодиями — это Абу Ханифа и группа предшественников. И Аш-Шафии сказал об этом в отношении печального чтения (тахзин), а Малик и большинство учёных сочли это нежелательным. И я не сомневаюсь, что предмет разногласия в этом вопросе относится лишь к случаю, когда не изменяется текст Корана добавлением или убавлением, и не затемняется его смысл повторением звуков так, что смысл Корана не понимается — ибо в запретности этого нет никакого сомнения. Что же касается случая, когда чтение свободно от этого и лишь следует манере пения, придания трогательности и печальности звучанию, — то Малик сказал: следует оберегать упоминания Аллаха и чтение Корана от уподобления состояниям легкомыслия и пустого веселья, ибо они — истина, серьёзность и правда, а пение — шутка, забава и игра. И то, что сказал Малик и большинство учёных, — верно, на основании упомянутого и других доводов. Конец цитаты. Далее будет полное рассмотрение этого в пятом вопросе, если пожелает Аллах Всевышний, а Аллах (свят Он и велик) лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
(Четвёртый вопрос): о разногласии учёных в толковании его слова ﷺ: «распевает Коран» (يتغنى بالقرآن):
Сказал Суфьян ибн Уяйна (да помилует его Аллах): толкование его — «обходится им» (يستغني به, от корня «غنى» — довольствоваться, не нуждаться). К этому склонялся и аль-Бухари (да помилует его Аллах). Сказал Хафиз (да помилует его Аллах): и можно найти подтверждение этому в том, что привели Абу Дауд и Ибн ад-Дурайс, и что признал достоверным Абу Аваана, от Ибн Абу Муляйки, от Убайдуллаха ибн Абу Нахика, который сказал: «Встретил меня Саад ибн Абу Ваккас (да будет доволен им Аллах), когда я был на рынке, и сказал: торговцы, зарабатывающие на жизнь! Я слышал Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: «Не из нас тот, кто не обходится Кораном (لم يتغنّ بالقرآن)»». И Абу Убайд признал предпочтительным толкование «يتغنى» как «обходится, довольствуется», и сказал: это допустимо в речи арабов, и привёл стих аль-Аша (размер мутакариб):
«И был я мужем долгое время в Ираке, легким на переезды, долго довольствующимся (طويل التغني)»,
то есть много не нуждающимся [в другом]. И сказал аль-Мугира ибн Хабна (размер тавиль):
«Оба мы не нуждаемся друг в друге при жизни своей, а когда умрём — станем ещё более не нуждающимися друг в друге (أشد تغانيا)».
Сказал: согласно этому смысл таков: кто не довольствуется Кораном вместо обильного стремления к мирскому, тот не из нас, то есть не на нашем пути.
Абу Убайд также привёл в доказательство слова Ибн Масуда (да будет доволен им Аллах): «Кто прочитал суру «Аль Имран», тот стал богат (غني)», и тому подобное.
Сказал Ибн аль-Джаузи (да помилует его Аллах): разошлись во мнениях относительно смысла его слова «يتغنى» на четыре мнения: (первое) — украшение голоса; (второе) — довольствование [Кораном, не нуждаясь в ином]; (третье) — придание печальности [голосу], так сказал аш-Шафии; (четвёртое) — занятость им [постоянное обращение к нему], арабы говорят: «تغنى بالمكان» — обосновался в этом месте.
Сказал Хафиз: есть и другое мнение, которое привёл Ибн аль-Анбари в «аз-Захр»: он сказал, что подразумевается наслаждение и находение в нём сладости, подобно тому как любители пения наслаждаются пением, и потому это назвали «таганнин» (распеванием), поскольку при этом происходит то же, что происходит при пении. Это подобно словам ан-Набиги (размер вафир):
«Плач голубки, зовущей своего птенца-хадиля, охваченной горем на ветви, распевающей (تُغَنِّي)».
Он назвал её звук пением, потому что он вызывает восторг, подобно тому как вызывает восторг пение, хотя в действительности это не пение. Это подобно их выражению: «Чалмы — короны арабов», поскольку они занимают место корон.
И есть ещё одно хорошее мнение — что это означает сделать его своим постоянным занятием (هِجِّيرَاه), подобно тому как путник и свободный от дел делает своим постоянным занятием пение. Сказал Ибн аль-Араби: арабы, когда садились на верблюдов, распевали, и когда сидели во дворах своих жилищ и в большинстве своих состояний [тоже распевали]. Когда же был ниспослан Коран, Пророк ﷺ пожелал, чтобы их постоянным занятием было чтение вместо распевания.
И подтверждает четвёртое мнение вышеупомянутый стих аль-Аша, ибо он подразумевал под словами «طويل التغني» долгое пребывание [на одном месте], а не довольствование, поскольку это больше подходит к описанию долготы, чем довольствование; то есть он был неотлучно привязан к своей родине среди своей семьи — арабы хвалились этим, как сказал Хассан:
«Сыновья Джафны вокруг могилы отца своего — могилы сына Марии, благородного, превосходного».
Он имел в виду, что они не нуждаются в переселении и не покидают своих родных земель. Тогда смысл хадиса — побуждение к неотлучной привязанности к Корану, чтобы не обращаться к иному вместо него, и это по смыслу сводится к тому, что избрал аль-Бухари — к выделению значения «довольствование», то есть что Кораном довольствуются вместо иных книг.
Сказано также: подразумевается тот, кому Коран не приносит достаточности и не приносит пользы в его вере, и кто не признаёт истинность содержащихся в нём обещаний и угроз. Сказано также: смысл его — тот, кто не находит успокоения в его чтении и слушании. И не подразумевается то, что избрал Абу Убайд, а именно что этим достигается достаточность (гына) в отличие от бедности; однако то, что избрал Абу Убайд, не отвергается, если под этим подразумевается достаточность духовная — достаточность души, то есть довольство (кана‘а), а не достаточность чувственная, которая противоположна бедности; ибо это не достигается одним лишь постоянством чтения, если только это не будет особым свойством, а контекст хадиса не допускает такого толкования, ведь в нём есть указание на побуждение к усердию в этом, а в его толковании есть натянутость — как если бы он сказал: «не из нас тот, кто не добивается достаточности постоянным чтением его».
Хафиз сказал: что касается того, что передано от аш-Шафи‘и, то я не нашёл этого от него ясно выраженным в толковании хадиса; он лишь сказал в «Мухтасар аль-Музанни»: «Люблю, чтобы читали быстро (хадран) и с печальным напевом (тахзинан)». Конец цитаты.
Знатоки языка сказали: «хадарту-ль-кыраа» — я произвёл чтение слитно, не растягивая его; а «кара'а фулянун тахзинан» — если он смягчил свой голос и сделал его подобным голосу печального.
Ибн Абу Дауд передал с хорошим иснадом от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах): «Он читал суру и произносил её с печалью, подобно причитанию по покойному». Абу Аввана передал это от аль-Лейса ибн Са‘да, который сказал: «Напевает его, печалится через него, размягчает через него своё сердце».
Ат-Табари упомянул от аш-Шафи‘и, что его спросили о толковании Ибн Уяйны слова «таганнин» как «истигна» (достаточность), и он не признал его правильным, сказав: если бы он подразумевал достаточность, то сказал бы «лям йастагни» (не был достаточен), а он подразумевал украшение голоса.
Ибн Батталь сказал: так же истолковали это Ибн Абу Муляйка, Абдуллах ибн аль-Мубарак и ан-Надр ибн Шумайль, и это подтверждается риваятом Абд аль-А‘ля от Ма‘мара от Ибн Шихаба в хадисе данной главы со словами: «Ни одному пророку не было позволено в напевании Корана» — этот риваят передал ат-Табари; и у него же в риваяте Абд ар-Раззака от Ма‘мара: «Ни одному пророку не было позволено с прекрасным голосом». Это же выражение у Муслима в риваяте Мухаммада ибн Ибрахима ат-Тайми от Абу Салямы, и у Абу Дауда и ат-Тахави в риваяте Амра ибн Динара от Абу Салямы от Абу Хурайры: «Прекрасное напевание Кораном». Ат-Табари сказал: «Напевание» (тарраннум) не бывает без голоса, когда чтец делает его прекрасным и придаёт ему мелодичность. Он сказал: если бы смысл был «достаточность», то не имело бы значения упоминание голоса, и не имело бы значения упоминание громкости.
Ибн Маджа и аль-Каджжи передали, и Ибн Хиббан и аль-Хаким признали достоверным, хадис Фадалы ибн Убайда (да будет доволен им Аллах) возведённый к Пророку ﷺ: «Аллах внимательнее слухом» — то есть внимательнее слушает — «к человеку с прекрасным голосом, читающему Коран, чем хозяин певицы к своей певице (кайна)». «Кайна» — это певица.
Ибн Абу Шейба передал хадис Укбы ибн Амира (да будет доволен им Аллах), возведённый к Пророку ﷺ: «Изучайте Коран, и напевайте его (гунну бихи), и распространяйте его» — так это встречается у него, а известное у других в этом хадисе: «и напевайте его (таганнау бихи)». Известное же в речи арабов — что «таганни» означает переливчатое пение голосом, как сказал Хассан [размер басит]:
«Напевай стихи, если ты их сочинитель, ведь напевание с этими стихами — состязание».
Он сказал: мы не знаем в речи арабов и в их стихах слова «тагання» в значении «истагня» (стал достаточным), а бейт аль-А‘ша не является доводом в этом; ведь он подразумевал долгое пребывание, и от этого — слова Всевышнего: «Как будто они не жили (лям йагнау) там» [Худ: 68]. Он сказал: бейт аль-Мугиры также не является доводом, ибо «тагани» — это взаимный глагол (тафа‘уль) между двумя [сторонами], а не в значении «тагання». Он сказал: «тагання» приходит от «гына», противоположного бедности, только в значении «тафа‘‘уль», то есть проявлять противоположное тому, что у него есть, а это неверный смысл.
Хафиз сказал: возможно, это в значении «взял это на себя с усилием», то есть добивался этого и заставлял себя, даже если это тяжело для него, как было упомянуто недавно, и это подтверждается хадисом: «А если вы не плачете, то принуждайте себя к плачу» — он есть в хадисе Са‘да ибн Абу Ваккаса (да будет доволен им Аллах) у Абу Аввана.
Что же касается его отрицания того, что «тагання» может означать «истагня» в речи арабов, то это отвергается, а кто помнит — тот довод против того, кто не помнит. И достоверно установлено в хадисе о конях: «И человек, который держал их из воздержания (та‘аффуфан) и для достаточности (тагання)», а это без сомнения означает достаточность, и подразумевается тем самым: он ищет через них достаточности от людей, судя по сочетанию со словом «та‘аффуфан».
Из тех, кто также отверг толкование «йатагання» как «йастагни», был аль-Исмаили, сказавший: достаточность сама по себе не требует слушания, ведь слушание — дело особое, добавочное сверх довольствования им; кроме того, довольствование им вместо иного — дело обязательное для всех, и тот, кто не делает этого, выходит из повиновения. Затем он привёл с другого пути от Ибн Уяйны, который сказал: говорят: если он повысил голос, то он «тагання».
Хафиз сказал: я говорю: тот, от кого передано, что это в значении «истагня», более сведущ в его хадисе, и Абу Дауд передал от него подобное же.
Возможно объединить оба [толкования] так, что толкование «йастагни» — с его стороны, а «йарфа‘» (повышает голос) — от других.
Умар ибн Шабба сказал: я упомянул Абу Асиму ан-Наби ль толкование Ибн Уяйны, и он сказал: он ничего не сделал [не преуспел]; мне передал Ибн Джурайдж от Атаа от Убайда ибн Умайра, который сказал: «Давуд (мир ему) напевал» — то есть когда читал — «и плакал, и заставлял плакать». От Ибн Аббаса (да будет доволен ими Аллах): Давуд (мир ему) читал Псалтирь семидесятью мелодиями, и читал так, что от его чтения приходил в восторг лихорадочный, и когда он хотел заставить себя плакать, не оставалось ни одного животного ни на суше, ни на море, кроме как оно замолкало, слушало его и плакало.
В целом то, чем истолковал это Ибн Уяйна, не отвергается, хотя внешние смыслы сообщений отдают предпочтение тому, что подразумевается украшение голоса, и это подтверждается словами «громко произносит его (йаджхару бихи)»; ведь если они [сообщения] возведены к Пророку, то довод устанавливается, а если не возведены, то передатчик более сведущ в смысле сообщения, чем другой, особенно если он был правоведом. Аль-Халими категорично утверждал, что это — слова самого Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), а арабы говорят: «Я слышал такого-то, он напевает (йатагання) то-то», то есть громко произносит это.
Абу Асим сказал: Ибн Джурайдж взял меня за руку и подвёл к Ашъябу, и сказал: «Напой (гання), сын брата моего, до чего дошла твоя жадность» — и рассказал историю. Его слово «гання» означает: сообщи мне открыто, ясно. От этого же — слова Зу-р-Руммы [размер тавиль]:
«Люблю пустынное место потому, что там я напеваю (атагання) её имя, не скрывая (гайра му‘джим)» — то есть открыто произношу, не намекаю иносказательно.
Итог таков, что можно объединить большинство упомянутых толкований, а именно: он украшает этим свой голос, произнося его открыто, напевая на манер печального напева, довольствуясь им вместо других сообщений, добиваясь через него достаточности души, надеясь через него на достаточность в имуществе. Он сказал: я сложил об этом два бейта:
«Напевай Коран, украшай им голос, печально, открыто, придавай напев,
И довольствуйся им вместо книг предшественников, добиваясь достаточности в имуществе и в душе, затем держись этого».
Конец того, что в «Фатхе», с небольшой переработкой.
Составитель [книги], да простит его Аллах, сказал: по-моему, наиболее предпочтительное из мнений о смысле «йатагання бихи» в этом хадисе — это мнение тех, кто истолковал это как украшение голоса, ввиду того, что внешние смыслы сообщений это подтверждают.
Итог таков, что то, на что указывают внешние смыслы сообщений, и что было ясным в употреблении арабов без разногласий, а именно что «йатагання» означает «украшает свой голос», — наиболее достойно того, чтобы этим истолковывать данный хадис. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
(Пятый вопрос): о разъяснении разногласия учёных относительно чтения с распевными мелодиями (альхан):
Сказано в «Фатхе»: между предшественниками было разногласие о допустимости чтения Корана с распевными мелодиями. Что же касается украшения голоса и предпочтения прекрасного голоса перед иным, то в этом нет спора.
Абд аль-Ваххаб аль-Малики передал от Малика запрет чтения с распевными мелодиями, и это же передали Абу-т-Тайиб ат-Табари, аль-Маварди и Ибн Хамдан аль-Ханбали от группы учёных. Ибн Баттталь, Ийад и аль-Куртуби из маликитов, аль-Маварди, аль-Банданиджи и аль-Газали из шафиитов, и автор «Аз-Захиры» из ханафитов передали [мнение о] нежелательности (караха), и это избрали Абу Йа‘ля и Ибн Акыль из ханбалитов.
Ибн Баттталь передал от группы сподвижников и последователей [мнение о] допустимости, и это — то, что установлено текстом (мансус) от аш-Шафи‘и, и это же передал ат-Тахави от ханафитов.
Аль-Фурани из шафиитов сказал в «Аль-Ибана»: допустимо, более того — предпочтительно (мустахабб); и место этого разногласия — когда не нарушается ни одна из букв в отношении места её произнесения; а если это изменяется, то ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал в «Ат-Тибьян»: они единогласны в запрете этого, и вот его слова:
Учёные единогласны в желательности украшения голоса при чтении Корана, если это не выходит за пределы чтения в сторону чрезмерного растягивания. Если же дело доходит до того, что прибавляется буква или скрывается [нужная буква], это запрещено.
Он сказал: что касается чтения с распевами (аль-альхан), то аш-Шафии в одном месте прямо указал на его нежелательность, а в другом месте сказал: «В этом нет ничего плохого». Его последователи сказали: это не разногласие в двух мнениях, а разница в двух положениях: если распевы не выводят чтение за рамки правильного пути — это допустимо, иначе — запрещено.
Аль-Маварди передал от аш-Шафии, что чтение с распевами, если оно доходит до вывода некоторых слов за пределы их места произнесения, запрещено. Так же передал Ибн Хамдан аль-Ханбали в «ар-Риая».
Аль-Газали, аль-Банданиджи и автор «аз-Захиры» из числа ханафитов сказали: если не проявляется излишество в растягивании, нарушающее строй чтения, это желательно, иначе — нет.
Ар-Рафии высказал странное мнение, передав от «Амали ас-Сарахси», что растягивание вообще не вредит. Ибн Хамдан передал это как риваят от ханбалитов, но это — отклонение от нормы, на которое не следует ориентироваться.
Итог, извлекаемый из доводов, таков: украшение голоса при чтении Корана является желательным. Если у человека голос не хорош, пусть украшает его, насколько может, как сказал Ибн Абу Мулайка, один из передатчиков хадиса; это передал от него Абу Дауд с достоверным иснадом.
Одним из проявлений украшения чтения является соблюдение при этом правил напева (нагам), ибо обладатель хорошего голоса становится ещё лучше благодаря этому, а выход за эти правила отражается на его благозвучии отрицательно. У того же, чей голос не хорош, соблюдение этих правил может отчасти исправить положение, — при условии, что это не выходит за рамки правильного произношения (адаа), признанного у знатоков чтений. Если же выход за эти рамки происходит, то украшение голоса не искупает порочности произношения. Возможно, именно на этом основывались те, кто считал нежелательным чтение с напевами, поскольку у большинства тех, кто соблюдает напевы, обычно нарушается правильность произношения. Если же находится тот, кто соблюдает и то, и другое одновременно, то нет сомнения, что он превосходит остальных, поскольку достигает желаемого — украшения голоса, — и избегает запрещённого — нарушения правильности произношения. И Аллах знает лучше. Здесь заканчивается то, что в «Аль-Фатхе».
Собиратель [этого труда], да простит его Аллах, говорит: это разъяснение весьма прекрасно, и суть его такова: чтение с распевами и красивыми напевами при условии несоблюдения выхода за правила чтения — желательно, на основании хадисов данной главы и других; а если нарушено какое-либо из условий правильного произношения — например, растягивание буквы, не заслуживающей растягивания, или превышение в растянутом звуке той меры, которую установили чтецы, или прибавление буквы, или её убавление, или скрытие того, что должно быть явным, или наоборот, или слитное произнесение того, что не сливается, или наоборот, и тому подобное — то это запрещено. Аллах Всевышний лучше знает истину, к Нему обращение и возвращение, и Он — наша достаточность и наилучший покровитель.
По непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, да помилует его Аллах, упомянутого в начале книги, он сказал:
[1846] (…) — «И передал мне Харамала ибн Йахья: сообщил нам Ибн Вахб: сообщил мне Юнус (ح); и передал мне Юнус ибн Абд аль-Аъля: сообщил нам Ибн Вахб: сообщил мне Амр, — оба они от Ибн Шихаба, с этим же иснадом, сказал: «...как позволяет пророку, распевающему Коран»».
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — Юнус ибн Абд аль-Аъля ас-Садафи, Абу Муса аль-Мисри, надёжный (сика), из младших [10-го разряда] (умер в 264 г.), дожив до 96 лет (М, С, К). Упомянут ранее в «Аль-Иман», 75/393.
2 — Амр ибн аль-Харис ибн Якуб аль-Ансари, вольноотпущенник их, Абу Аюб аль-Мисри, надёжный, знаток фикха, хафиз [7-го разряда], умер до 150 г. (Аъ). Упомянут ранее в «Аль-Иман», 16/169.
Остальные упомянуты перед предыдущей главой. Юнус — это Ибн Язид аль-Айли, а Ибн Шихаб упомянут в предшествующем иснаде.
Его слово («كلاهما عن ابن شهاب» — «оба они от Ибн Шихаба») — местоимение относится к Юнусу и Амру ибн аль-Харису.
Его слово («بهذا الإسناد» — «с этим иснадом») — то есть с иснадом Ибн Шихаба, приведённым ранее.
Его слово («قال: كما يأذن... إلخ» — «сказал: как позволяет...» и т. д.) — то есть в форме настоящего-будущего времени (мудари‘), тогда как в версии, приводимой в «Мустахрадже» Абу Нуайма, это передано в форме прошедшего времени. По-видимому, у автора [Муслима] это встретилось в форме настоящего-будущего времени. И Аллах Всевышний знает лучше.
[Примечание]: этот риваят от Юнуса и Амра ибн аль-Хариса привёл Абу Нуайм, да помилует его Аллах, в своём «Мустахрадже» (2/382–383), сказав:
(1798) «Передал нам Мухаммад ибн аль-Хасан ибн Али: рассказал нам Абдуллах ибн Мухаммад ибн Салим аль-Макдиси: рассказал нам Харамала: рассказал нам Ибн Вахб: сообщили мне Юнус и Амр ибн аль-Харис, от Ибн Шихаба, что Абу Салама ибн Абд ар-Рахман сообщил ему от Абу Хурайры, сказавшего: «Я слышал Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: «Ни к чему Аллах не проявлял такого внимания, как к пророку, распевающему Коран»»». Конец цитаты.
Хадис передан согласованно [аль-Бухари и Муслимом], и полное его разъяснение и рассмотрение связанных с ним вопросов уже приведено в хадисе, открывающем главу. И Аллах Всевышний знает лучше истину, к Нему обращение и возвращение, и Он — наша достаточность и наилучший покровитель.
По непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, да помилует его Аллах, упомянутого в начале книги, он сказал:
[1847] (…) — «Передал мне Бишр ибн аль-Хакам: рассказал нам Абд аль-Азиз ибн Мухаммад: рассказал нам Язид, он же Ибн аль-Хад, от Мухаммада ибн Ибрахима, от Абу Саламы, от Абу Хурайры, что он слышал Посланника Аллаха ﷺ, говорящего: «Ни к чему Аллах не проявлял такого внимания, как к пророку с красивым голосом, распевающему Коран, произнося его вслух»».
Передатчики этого иснада — шестеро:
1 — Бишр ибн аль-Хакам ибн Хабиб ибн Михран аль-Абди ан-Нисабури, Абу Абд ар-Рахман, надёжный, аскет, знаток фикха [10-го разряда] (умер в 237 или 238 г.) (Х, М, С). Упомянут ранее в «Аль-Мукаддима», 6/37.
2 — Абд аль-Азиз ибн Мухаммад ибн Убайд ад-Дараварди, Абу Мухаммад аль-Джухани, вольноотпущенник их, аль-Мадани, правдивый (садук), передавал по книгам других, из-за чего ошибался [8-го разряда] (умер в 186 или 187 г.) (Аъ). Упомянут ранее в «Аль-Иман», 8/135.
3 — Язид ибн аль-Хад — это Язид ибн Абдуллах ибн Усама ибн аль-Хад аль-Лайси, Абу Абдуллах аль-Мадани, надёжный, многопередающий [5-го разряда] (умер в 139 г.) (Аъ). Упомянут ранее в «Аль-Иман», 13/159.
4 — Мухаммад ибн Ибрахим ибн аль-Харис ибн Халид ат-Тайми, Абу Абдуллах аль-Мадани, надёжный, имеет отдельные передачи [4-го разряда] (умер в 120 г. по достоверному мнению) (Аъ). Упомянут ранее в «Аль-Иман», 13/59.
Остальные двое упомянуты перед этим.
Его слово («ما أذن الله لشيء» — «ни к чему Аллах не проявлял такого внимания») — имам Ибн Хиббан, да помилует его Аллах, сказал: имеется в виду, что Аллах не внимал ничему так, как Своему внушению [пророку]; подобно Его вниманию тому, кто распевает Коран, произнося его вслух, — то есть проявляет скорбное чувство при чтении, согласно тому, что мы описали. Конец цитаты.
Его слово («حسن الصوت» — «с красивым голосом») — в родительном падеже как определение к слову «пророк».
Его слово («يتغنى بالقرآن» — «распевающий Коран») — глагольное предложение в положении винительного падежа как обстоятельство образа действия («хал») от слова «пророк», то есть украшает свой голос им во время своего чтения.
Его слово («يجهر به» — «произнося его вслух») — глагольное предложение в положении винительного падежа как обстоятельство образа действия также, так что оба обстоятельства либо взаимопроникающие, либо сопутствующие друг другу.
Хадис передан согласованно, и полное его разъяснение и рассмотрение связанных с ним вопросов уже приведено в хадисе, открывающем главу. И Аллах Всевышний знает лучше истину, к Нему обращение и возвращение, и Он — наша достаточность и наилучший покровитель.
По непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, да помилует его Аллах, упомянутого в начале книги, он сказал:
[1848] (…) — «И передал мне племянник Ибн Вахба: рассказал нам мой дядя Абдуллах ибн Вахб: сообщил мне Умар ибн Малик и Хайва ибн Шурайх, от Ибн аль-Хада, с этим же иснадом, точно так же, но сказал: «что Посланник Аллаха ﷺ...», не сказав: «слышал»».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Ибн Ахи Ибн Вахб — это Ахмад ибн Абд ар-Рахман ибн Вахб ибн Муслим, Абу Абдуллах аль-Мисри, прозванный Бахшалем, правдивый, изменившийся [в памяти] в конце жизни [11-го разряда] (умер в 264 г.) (М). Упомянут ранее в «Аль-Масаджид», 19/1277.
2 — Умар ибн Малик аш-Шаръаби — с фатхой над «шин», сукуном над «ра» и фатхой над «айн», после которой стоит «ба», — аль-Маафири аль-Мисри, знаток фикха, не имеющий недостатков [7-го разряда].
Передавал от Язида ибн аль-Хада, Убайдуллаха ибн Абу Джаафара, Сафвана ибн Сулайма и Халида ибн Абу Имрана.
Передали от него Хайва ибн Шурайх, Дымам ибн Исмаил, Абд ар-Рахман ибн Шурайх аль-Искандарани и Мугира ибн аль-Хасан.
Абу Хатим сказал: «В нём нет вреда, но он не известен». Ибн Шахин сказал: «Его признал надёжным Ахмад ибн Салих», то есть аль-Мисри. Ибн Хиббан упомянул его в «Ас-Сикат». Ибн Юнус сказал: «Он был знатоком фикха». Дымам сказал: «Я спросил Умара ибн Малика, а он был знатоком фикха».
Хадис привели Абу Дауд и ан-Насаи, и в этой книге (Сахих Муслима) от него нет ничего, кроме этого хадиса, приведённого совместно с Хайвой ибн Шурайхом.
3 — (Хайва ибн Шурайх) ибн Сафван ат-Туджиби, Абу Зур‘а аль-Мисри, надёжный (сика), твёрдый (сабит), знаток фикха, аскет [7-е поколение] (умер в 158 или 159 г.) (передают все составители шести сборников). Уже упоминался в «Книге веры», 57/328.
Оставшиеся двое упомянуты в главе.
Его слово («от Ибн аль-Хада с этим же иснадом») означает, что каждый из Умара ибн Малика и Хайвы ибн Шурайха передал этот хадис от Язида ибн аль-Хада по его прежней цепочке передачи, то есть: от Мухаммада ибн Ибрахима, от Абу Салямы, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах).
Его слово («подобно ему») означает: подобно предыдущему хадису.
Его слово («одинаково») стоит в форме винительного падежа как обстоятельство (хал), то есть: при том, что оба хадиса совпадают по изложению, за исключением того, на исключение чего он указал словами «и сказал… и так далее».
Его слово («и сказал… и так далее») — по всей видимости, действующее лицо здесь — это местоимение, указывающее на его шейха, племянника Ибн Вахба; то есть он не сказал в своей передаче: «что он слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорит…», а сказал: «от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал…» и так далее. И Аллах знает лучше.
Его слово («что Посланник Аллаха ﷺ») — в рукописях огласовано с кясрой хамзы «إِنَّ», однако очевидно, что правильнее — с фатхой, как на это указывает явный смысл контекста, а также как на это указывает нижеследующая передача Абу Дауда. Так что обрати на это внимание. Аллах Всевышний знает лучше.
[Примечание]: передачу Умара ибн Малика и Хайвы ибн Шурайха, обе от Язида ибн аль-Хада, привёл Абу Дауд (да помилует его Аллах) в своём «Сунан» (2/75), сказав:
(1473) Передал нам Сулейман ибн Дауд аль-Мехри, сообщил нам Ибн Вахб, передал мне Умар ибн Малик и Хайва, от Ибн аль-Хада, от Мухаммада ибн Ибрахима ибн аль-Хариса, от Абу Салямы ибн Абд ар-Рахмана, от Абу Хурайры, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Аллах не давал такого дозволения ничему, как Он давал дозволение пророку с прекрасным голосом, читающему Коран, произнося его вслух». Конец цитаты.
Хадис приведён и у аль-Бухари, и у Муслима согласно их единому мнению (муттафак алейхи), и его разбор, и разъяснение связанных с ним вопросов уже приводились ранее. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывной цепочке передачи, восходящей к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказано:
[1849] (…) — (И передал нам аль-Хакам ибн Муса, передал нам Хикль, от аль-Авзаи, от Яхьи ибн Абу Касира, от Абу Салямы, от Абу Хурайры, сказавшего: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Аллах не давал такого дозволения ничему, как Он давал дозволение пророку, читающему Коран нараспев, произнося его вслух»).
Передатчики этого иснада: шестеро:
1 — (аль-Хакам ибн Муса) ибн Абу Зухайр аль-Багдади, Абу Салих аль-Кантари, надёжный (сика) [10-е поколение] (умер в 232 г.) (передают аль-Бухари в связке, Муслим, Абу Дауд в «Аль-Марасиль», ан-Насаи, Ибн Маджа). Уже упоминался в «Книге веры», 46/294.
2 — (Хикль) ибн Зияд ас-Саксаки ад-Димашки, живший в Бейруте; говорят, что его имя было Мухаммад, а по другой версии — Абдуллах, а «Хикль» — его прозвище; надёжный (сика), точный (мутакин), был писцом аль-Авзаи [9-е поколение] (умер в 179 г. или после этого) (передают Муслим и составители четырёх сборников). Уже упоминался в «Книге молитвы», 44/1099.
3 — (аль-Авзаи) Абд ар-Рахман ибн Амр ибн Абу Амр, известный знаток фикха, надёжный (сика), твёрдый (сабит), достойный (фадиль) [7-е поколение] (умер в 157 г.) (передают все составители шести сборников). Уже упоминался в «Введении», 5/28.
4 — (Яхья ибн Абу Касир) Салих ибн аль-Мутаваккиль ат-Таи, их вольноотпущенник, Абу Наср аль-Басри, затем аль-Ямами, надёжный (сика), твёрдый (сабит), однако он практиковал тадлис [5-е поколение] (умер в 132 г. или раньше) (передают все составители шести сборников). Уже упоминался в разборе введения, часть 2, с. 424.
Оставшиеся двое упомянуты ранее.
Его слово («Аллах не давал такого дозволения ничему») — аль-Куртуби (да помилует его Аллах) сказал: то есть Аллах не слушал и не внимал так; и в основе этого — то, что слушающий склоняет ухо в сторону того, кого он слушает. Арабы говорят: «азина» (بكسر الذال) — «йа’зану» (بفتحها) в форме будущего времени, «азан» (بفتح الهمزة والذال) в форме масдара, — когда он внимал и слушал. Конец цитаты.
Его слово («ка-азанихи», بفتحتين) — то есть: подобно его слушанию.
Хадис приведён и у аль-Бухари, и у Муслима согласно их единому мнению (муттафак алейхи), и его разбор был приведён полностью, и разъяснение связанных с ним вопросов было дано ранее. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище, и Он — наша опора, и прекрасен Он как Покровитель.
По непрерывной цепочке передачи, восходящей к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, сказано:
[1850] (…) — (И передали нам Яхья ибн Айюб, Кутайба ибн Саид и Ибн Худжр, сказав: передал нам Исмаил, а именно Ибн Джафар, от Мухаммада ибн Амра, от Абу Салямы, от Абу Хурайры, от Пророка ﷺ, подобно хадису Яхьи ибн Абу Касира, за исключением того, что Ибн Айюб сказал в своей передаче: «ка-изнихи»).
Передатчики этого иснада: семеро:
1 — (Яхья ибн Айюб) аль-Мукабири аль-Багдади, надёжный (сика), усердный в поклонении (абид) [10-е поколение] (умер в 234 г.) (передают аль-Бухари в связке, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи в «Ас-Сунан аль-кубра»). Уже упоминался в «Книге веры», 2/110.
2 — (Кутайба ибн Саид) уже упоминался в прошлой главе.
3 — (Ибн Худжр) это Али ибн Худжр ас-Саади аль-Марвази, надёжный (сика), знаток-хафиз, из числа младших представителей [9-го поколения] (умер в 244 г.) (передают аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи). Уже упоминался во «Введении», 2/6.
4 — (Исмаил ибн Джафар) ибн Абу Касир аль-Ансари аз-Зуракы, Абу Исхак аль-Мадани, чтец Корана, надёжный (сика), твёрдый (сабит) [8-е поколение] (умер в 180 г.) (передают все составители шести сборников). Уже упоминался в «Книге веры», 2/110.
5 — (Мухаммад ибн Амр) ибн Алькама ибн Ваккас аль-Лейси аль-Мадани, правдивый (садук), с некоторыми ошибками [6-е поколение] (умер в 145 г., согласно верной версии) (передают все составители шести сборников). Уже упоминался в «Книге молитвы», 42/1085.
[Примечание]: в «Программе хадиса» здесь допущена ошибка, а именно: там дана биография Мухаммада ибн Амра ибн Хальхаля, тогда как верно, что это Мухаммад ибн Амр ибн Алькама, как это указано в «Тухфат аль-ашраф» (10/371).
И удивительно то, что у Мухаммада ибн Амра ибн Хальхаля вообще нет передачи от Абу Салямы, от Абу Хурайры, в шести сборниках; напротив, вся эта передача принадлежит Мухаммаду ибн Амру ибн Алькаме, от Абу Салямы, от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), как это явствует из «Тухфат аль-ашраф» (10/371–404). Так что обрати внимание. Аллах Всевышний — Наставляющий на прямой путь.