HadithLab
ع
О битве при Зи-Карде и других

Сахих Муслим · Хадис № 1807

حدثنا أبو بكر بن أبي شيبة. حدثنا هَاشِمُ بْنُ الْقَاسِمِ. ح وحَدَّثَنَا إِسْحَاق بْنُ إِبْرَاهِيمَ. أَخْبَرَنَا أَبُو عَامِرٍ الْعَقَدِيُّ. كِلَاهُمَا عَنْ عكرمة ابن عَمَّارٍ. ح وحَدَّثَنَا عَبْدُ اللَّهِ بْنُ عَبْدِ الرَّحْمَنِ الدَّارِمِيُّ. وَهَذَا حَدِيثُهُ: أَخْبَرَنَا أَبُو عَلِيٍّ الْحَنَفِيُّ عُبَيْدُ اللَّهِ بْنُ عَبْدِ الْمَجِيدِ. حَدَّثَنَا عِكْرِمَةُ (وَهُوَ ابْنُ عَمَّارٍ). حَدَّثَنِي إِيَاسُ بْنُ سَلَمَةَ. حَدَّثَنِي أَبِي قَالَ: قَدِمْنَا الْحُدَيْبِيَةَ مَعَ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ. ونحن أَرْبَعَ عَشْرَةَ مِائَةً. وَعَلَيْهَا خَمْسُونَ شَاةً لَا تُرْوِيهَا. قَالَ: فَقَعَدَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ عَلَى جَبَا الرَّكِيَّةِ. فَإِمَّا دَعَا وَإِمَّا بَسَقَ فِيهَا. قَالَ: فَجَاشَتْ. فَسَقَيْنَا وَاسْتَقَيْنَا. قَالَ: ثُمَّ إِنَّ رَسُولَ اللَّهِ ﷺ دَعَانَا لِلْبَيْعَةِ فِي أَصْلِ الشَّجَرَةِ. قَالَ فَبَايَعْتُهُ أَوَّلَ النَّاسِ. ثُمَّ بَايَعَ وَبَايَعَ. حَتَّى إِذَا كَانَ فِي وَسَطٍ مِنَ النَّاسِ قَالَ (بَايِعْ. يَا سَلَمَةُ!) قَالَ قُلْتُ: قَدْ بَايَعْتُكَ. يَا رَسُولَ اللَّهِ! فِي أَوَّلِ النَّاسِ. قَالَ (وَأَيْضًا) قَالَ: وَرَآنِي رَسُولُ اللَّهِ ﷺ عَزِلًا (يَعْنِي لَيْسَ مَعَهُ سِلَاحٌ). قَالَ: فَأَعْطَانِي رَسُولُ اللَّهِ ﷺ حَجَفَةً أَوْ دَرَقَةً. ثُمَّ بَايَعَ. حَتَّى إِذَا كَانَ فِي آخِرِ النَّاسِ قَالَ (أَلَا تُبَايِعُنِي؟ يَا سَلَمَةُ!) قَالَ: قُلْتُ: قَدْ بَايَعْتُكَ. يَا رَسُولَ اللَّهِ! فِي أَوَّلِ النَّاسِ، وَفِي أَوْسَطِ النَّاسِ. قَالَ (وَأَيْضًا) قَالَ: فَبَايَعْتُهُ الثَّالِثَةَ. ثُمَّ قَالَ لِي (يَا سَلَمَةُ! أَيْنَ حَجَفَتُكَ أَوْ دَرَقَتُكَ الَّتِي أَعْطَيْتُكَ؟) قَالَ قُلْتُ: يَا رَسُولَ اللَّهِ! لَقِيَنِي عَمِّي عَامِرٌ عَزِلًا. فَأَعْطَيْتُهُ إِيَّاهَا. قَالَ: فَضَحِكَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ وَقَالَ (إِنَّكَ كَالَّذِي قَالَ الْأَوَّلُ: اللَّهُمَّ! أَبْغِنِي حَبِيبًا هُوَ أَحَبُّ إِلَيَّ مِنْ نَفْسِي). ثُمَّ إِنَّ الْمُشْرِكِينَ رَاسَلُونَا الصُّلْحَ. حَتَّى مَشَى بَعْضُنَا فِي بَعْضٍ. وَاصْطَلَحْنَا. قَالَ: وَكُنْتُ تَبِيعًا لِطَلْحَةَ بْنِ عُبَيْدِ اللَّهِ. أَسْقِي فَرَسَهُ، وَأَحُسُّهُ، وَأَخْدِمُهُ. وَآكُلُ مِنْ طَعَامِهِ. وَتَرَكْتُ أَهْلِي وَمَالِي، مُهَاجِرًا إِلَى اللَّهِ وَرَسُولِهِ ﷺ. قَالَ: فَلَمَّا اصْطَلَحْنَا نَحْنُ وَأَهْلُ مَكَّةَ، وَاخْتَلَطَ بَعْضُنَا بِبَعْضٍ، أَتَيْتُ شَجَرَةً فكسحت شوكها. فاضجعت في أصلها. قال: فأتاني أربعو مِنَ الْمُشْرِكِينَ مِنْ أَهْلِ مَكَّةَ. فَجَعَلُوا يَقَعُونَ فِي رَسُولِ اللَّهِ ﷺ. فَأَبْغَضْتُهُمْ. فَتَحَوَّلْتُ إِلَى شَجَرَةٍ أُخْرَى. وَعَلَّقُوا سِلَاحَهُمْ. واضطجعوا. فبينما هم كذلك إذ نادى منادي مِنْ أَسْفَلِ الْوَادِي: يَا لِلْمُهَاجِرِينَ! قُتِلَ ابْنُ زُنَيْمٍ. قَالَ: فَاخْتَرَطْتُ سَيْفِي. ثُمَّ شَدَدْتُ عَلَى أُولَئِكَ الْأَرْبَعَةِ وَهُمْ رُقُودٌ. فَأَخَذْتُ سِلَاحَهُمْ. فَجَعَلْتُهُ ضِغْثًا فِي يَدِي. قَالَ: ثُمَّ قُلْتُ: وَالَّذِي كَرَّمَ وَجْهَ مُحَمَّدٍ! لَا يَرْفَعُ أَحَدٌ مِنْكُمْ رَأْسَهُ إِلَّا ضَرَبْتُ الَّذِي فِيهِ عَيْنَاهُ. قَالَ: ثُمَّ جِئْتُ بِهِمْ أَسُوقُهُمْ إِلَى رَسُولِ اللَّهِ ﷺ. قَالَ: وَجَاءَ عَمِّي عَامِرٌ بِرَجُلٍ مِنْ الْعَبَلَاتِ يُقَالُ لَهُ مِكْرَزٌ. يَقُودُهُ إِلَى رَسُولِ اللَّهِ ﷺ. عَلَى فَرَسٍ مُجَفَّفٍ. فِي سَبْعِينَ مِنَ الْمُشْرِكِينَ. فَنَظَرَ إِلَيْهِمْ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ فقال (دعوهم. كن لَهُمْ بَدْءُ الْفُجُورِ وَثِنَاهُ) فَعَفَا عَنْهُمْ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ. وَأَنْزَلَ اللَّهُ: ﴿هو الَّذِي كَفَّ أَيْدِيَهُمْ عَنْكُمْ وَأَيْدِيَكُمْ عَنْهُمْ بِبَطْنِ مَكَّةَ مِنْ بَعْدِ أَنْ أَظْفَرَكُمْ عَلَيْهِمْ﴾ [٤٨ /الفتح] الْآيَةَ كُلَّهَا. قَالَ: ثُمَّ خَرَجْنَا رَاجِعِينَ إِلَى الْمَدِينَةِ. فَنَزَلْنَا مَنْزِلًا. بَيْنَنَا وَبَيْنَ بَنِي لَحْيَانَ جَبَلٌ. وَهُمُ الْمُشْرِكُونَ. فَاسْتَغْفَرَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ لِمَنْ رَقِيَ هَذَا الْجَبَلَ اللَّيْلَةَ. كَأَنَّهُ طَلِيعَةٌ لِلنَّبِيِّ ﷺ وَأَصْحَابِهِ. قَالَ سَلَمَةُ: فَرَقِيتُ تِلْكَ اللَّيْلَةَ مَرَّتَيْنِ أَوْ ثَلَاثًا. ثُمَّ قَدِمْنَا الْمَدِينَةَ. فَبَعَثَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ بِظَهْرِهِ مَعَ رَبَاحٍ غُلَامِ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ. وَأَنَا مَعَهُ. وَخَرَجْتُ مَعَهُ بِفَرَسِ طَلْحَةَ. أُنَدِّيهِ مَعَ الظَّهْرِ. فَلَمَّا أَصْبَحْنَا إِذَا عَبْدُ الرَّحْمَنِ الْفَزَارِيُّ قَدْ أَغَارَ عَلَى ظَهْرِ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ. فَاسْتَاقَهُ أَجْمَعَ. وَقَتَلَ رَاعِيَهُ. قَالَ فَقُلْتُ: يَا رَبَاحُ! خُذْ هَذَا الْفَرَسَ فَأَبْلِغْهُ طَلْحَةَ بْنَ عُبَيْدِ اللَّهِ. وَأَخْبِرْ رَسُولَ اللَّهِ ﷺ أَنَّ الْمُشْرِكِينَ قَدْ أَغَارُوا عَلَى سَرْحِهِ. قَالَ: ثُمَّ قُمْتُ عَلَى أَكَمَةٍ فَاسْتَقْبَلْتُ الْمَدِينَةَ. فَنَادَيْتُ ثَلَاثًا: يَا صَبَاحَاهْ! ثُمَّ خَرَجْتُ فِي آثَارِ الْقَوْمِ أَرْمِيهِمْ بِالنَّبْلِ. وَأَرْتَجِزُ. أَقُولُ: أَنَا ابْنُ الْأَكْوَعِ * وَالْيَوْمُ يَوْمُ الرُّضَّعِ فَأَلْحَقُ رَجُلًا مِنْهُمْ. فَأَصُكُّ سَهْمًا فِي رَحْلِهِ. حَتَّى خَلَصَ نَصْلُ السَّهْمِ إِلَى كَتِفِهِ. قَالَ قُلْتُ: خُذْهَا وَأَنَا ابْنُ الْأَكْوَعِ * وَالْيَوْمُ يَوْمُ الرُّضَّعِ قَالَ: فَوَاللَّهِ! مَا زِلْتُ أَرْمِيهِمْ وَأَعْقِرُ بِهِمْ. فَإِذَا رَجَعَ إِلَيَّ فَارِسٌ أَتَيْتُ شَجَرَةً فَجَلَسْتُ فِي أَصْلِهَا. ثُمَّ رَمَيْتُهُ. فَعَقَرْتُ بِهِ. حَتَّى إِذَا تضايق الجبل دخلوا فِي تَضَايُقِهِ، عَلَوْتُ الْجَبَلَ. فَجَعَلْتُ أُرَدِّيهِمْ بِالْحِجَارَةِ. قَالَ: فَمَا زِلْتُ كَذَلِكَ أَتْبَعُهُمْ حَتَّى مَا خَلَقَ اللَّهُ مِنْ بَعِيرٍ مِنْ ظَهْرِ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ إِلَّا خَلَّفْتُهُ وراء ظهري. وخلوا بيني وبينه. ثم لتبعتهم أَرْمِيهِمْ. حَتَّى أَلْقَوْا أَكْثَرَ مِنْ ثَلَاثِينَ بُرْدَةً وَثَلَاثِينَ رُمْحًا. يَسْتَخِفُّونَ. وَلَا يَطْرَحُونَ شَيْئًا إِلَّا جَعَلْتُ عَلَيْهِ آرَامًا مِنَ الْحِجَارَةِ. يَعْرِفُهَا رَسُولُ اللَّهِ ﷺ وَأَصْحَابُهُ. حَتَّى إذا أَتَوْا مُتَضَايِقًا مِنْ ثَنِيَّةٍ فَإِذَا هُمْ قَدْ أَتَاهُمْ فُلَانُ بْنُ بَدْرٍ الْفَزَارِيُّ. فَجَلَسُوا يَتَضَحَّوْنَ (يَعْنِي يَتَغَدَّوْنَ). وَجَلَسْتُ عَلَى رَأْسِ قَرْنٍ. قَالَ الْفَزَارِيُّ: مَا هَذَا الَّذِي أَرَى؟ قَالُوا: لَقِينَا، مِنْ هَذَا الْبَرْحَ. وَاللَّهِ! مَا فَارَقَنَا مُنْذُ غَلَسٍ. يَرْمِينَا حَتَّى انْتَزَعَ كُلَّ شَيْءٍ فِي أَيْدِينَا. قَالَ: فَلْيَقُمْ إِلَيْهِ نَفَرٌ مِنْكُمْ، أَرْبَعَةٌ. قَالَ: فَصَعِدَ إِلَيَّ مِنْهُمْ أَرْبَعَةٌ فِي الْجَبَلِ. قَالَ: فَلَمَّا أَمْكَنُونِي مِنَ الْكَلَامِ قَالَ قُلْتُ: هَلْ تَعْرِفُونِي؟ قَالُوا: لَا. وَمَنْ أَنْتَ؟ قَالَ قلت: أنا سلمة ابن الْأَكْوَعِ. وَالَّذِي كَرَّمَ وَجْهَ مُحَمَّدٍ ﷺ! لَا أَطْلُبُ رَجُلًا مِنْكُمْ إِلَّا أَدْرَكْتُهُ. وَلَا يَطْلُبُنِي رَجُلٌ مِنْكُمْ فَيُدْرِكَنِي. قَالَ أَحَدُهُمْ: أَنَا أَظُنُّ. قَالَ: فَرَجَعُوا. فَمَا بَرِحْتُ مَكَانِي حَتَّى رَأَيْتُ فَوَارِسَ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ يَتَخَلَّلُونَ الشَّجَرَ. قَالَ: فَإِذَا أَوَّلُهُمْ الْأَخْرَمُ الْأَسَدِيُّ. عَلَى إِثْرِهِ أَبُو قَتَادَةَ الْأَنْصَارِيُّ. وَعَلَى إِثْرِهِ الْمِقْدَادُ بْنُ الْأَسْوَدِ الْكِنْدِيُّ. قَالَ: فَأَخَذْتُ بِعِنَانِ الْأَخْرَمِ. قَالَ: فَوَلَّوْا مُدْبِرِينَ. قُلْتُ: يَا أَخْرَمُ! احْذَرْهُمْ. لَا يَقْتَطِعُوكَ حَتَّى يَلْحَقَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ وَأَصْحَابُهُ. قَالَ: يَا سَلَمَةُ! إِنْ كُنْتَ تُؤْمِنُ بِاللَّهِ وَالْيَوْمِ الْآخِرِ، وَتَعْلَمُ أَنَّ الْجَنَّةَ حَقٌّ وَالنَّارَ حَقٌّ، فَلَا تَحُلْ بَيْنِي وَبَيْنَ الشَّهَادَةِ. قَالَ: فَخَلَّيْتُهُ. فَالْتَقَى هُوَ وَعَبْدُ الرَّحْمَنِ. قَالَ: فَعَقَرَ بِعَبْدِ الرَّحْمَنِ فَرَسَهُ. وَطَعَنَهُ عَبْدُ الرَّحْمَنِ فَقَتَلَهُ. وَتَحَوَّلَ عَلَى فَرَسِهِ. وَلَحِقَ أَبُو قَتَادَةَ، فَارِسُ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ بِعَبْدِ الرَّحْمَنِ. فَطَعَنَهُ فَقَتَلَهُ. فَوَالَّذِي كَرَّمَ وَجْهَ محمد ﷺ! اتبعتهم أَعْدُو عَلَى رِجْلَيَّ. حَتَّى مَا أَرَى وَرَائِي، مِنْ أَصْحَابِ مُحَمَّدٍ ﷺ وَلَا غُبَارِهِمْ، شَيْئًا. حَتَّى يَعْدِلُوا قَبْلَ غُرُوبِ الشَّمْسِ إِلَى شِعْبٍ فِيهِ مَاءٌ. يُقَالُ لَهُ ذا قَرَدٍ. لِيَشْرَبُوا مِنْهُ وَهُمْ عِطَاشٌ. قَالَ: فَنَظَرُوا إلي أعدو ورائهم. فحليتهم عَنْهُ (يَعْنِي أَجْلَيْتُهُمْ عَنْهُ) فَمَا ذَاقُوا مِنْهُ قَطْرَةً. قَالَ: وَيَخْرُجُونَ فَيَشْتَدُّونَ فِي ثَنِيَّةٍ. قَالَ: فأعدوا فَأَلْحَقُ رَجُلًا مِنْهُمْ. فَأَصُكُّهُ بِسَهْمٍ فِي نُغْضِ كَتِفِهِ. قَالَ قُلْتُ: خُذْهَا وَأَنَا ابْنُ الْأَكْوَعِ. وَالْيَوْمُ يَوْمُ الرُّضَّعِ. قَالَ: يَا ثَكِلَتْهُ أُمُّهُ! أَكْوَعُهُ بُكْرَةَ. قَالَ قُلْتُ: نَعَمْ. يَا عَدُوَّ نَفْسِهِ! أَكْوَعُكَ بُكْرَةَ. قَالَ: وَأَرْدَوْا فَرَسَيْنِ عَلَى ثَنِيَّةٍ. قَالَ: فَجِئْتُ بِهِمَا أَسُوقُهُمَا إِلَى رَسُولِ اللَّهِ ﷺ. قَالَ: وَلَحِقَنِي عَامِرٌ بِسَطِيحَةٍ فِيهَا مَذْقَةٌ مِنْ لَبَنٍ. وَسَطِيحَةٍ فِيهَا مَاءٌ. فَتَوَضَّأْتُ وَشَرِبْتُ. ثُمَّ أَتَيْتُ رَسُولَ اللَّهِ ﷺ وَهُوَ عَلَى الماء الذي حلأتهم منه. فَإِذَا رَسُولُ اللَّهِ ﷺ قَدْ أَخَذَ تِلْكَ الْإِبِلَ. وَكُلَّ شَيْءٍ اسْتَنْقَذْتُهُ مِنَ الْمُشْرِكِينَ. وَكُلَّ رُمْحٍ وَبُرْدَةٍ. وَإِذَا بِلَالٌ نَحَرَ نَاقَةً مِنَ الْإِبِلِ الَّذِي اسْتَنْقَذْتُ مِنَ الْقَوْمِ. وَإِذَا هُوَ يَشْوِي لِرَسُولِ اللَّهِ ﷺ مِنْ كَبِدِهَا وَسَنَامِهَا. قَالَ قُلْتُ: يَا رَسُولَ اللَّهِ! خَلِّنِي فَأَنْتَخِبُ مِنَ الْقَوْمِ مِائَةَ رَجُلٍ. فَأَتَّبِعُ الْقَوْمَ فَلَا يَبْقَى مِنْهُمْ مُخْبِرٌ إِلَّا قَتَلْتُهُ. قَالَ: فَضَحِكَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ حَتَّى بَدَتْ نواجذه في ضوء النهار. فَقَالَ (يَا سَلَمَةُ! أَتُرَاكَ كُنْتَ فَاعِلًا؟) قُلْتُ: نَعَمْ. وَالَّذِي أَكْرَمَكَ! فَقَالَ (إِنَّهُمُ الْآنَ لَيُقْرَوْنَ فِي أَرْضِ غَطَفَانَ) قَالَ: فَجَاءَ رَجُلٌ مِنْ غطفان. فقال: نحر لهم جَزُورًا. فَلَمَّا كَشَفُوا جِلْدَهَا رَأَوْا غُبَارًا. فَقَالُوا: أَتَاكُمُ الْقَوْمُ. فَخَرَجُوا هَارِبِينَ. فَلَمَّا أَصْبَحْنَا قَالَ رسول الله ﷺ (كان خَيْرَ فُرْسَانِنَا الْيَوْمَ أَبُو قَتَادَةَ. وَخَيْرَ رَجَّالَتِنَا سَلَمَةُ) قَالَ: ثُمَّ أَعْطَانِي رَسُولُ اللَّهِ ﷺ سَهْمَيْنِ: سَهْمَ الْفَارِسِ وَسَهْمَ الرَّاجِلِ. فَجَمَعَهُمَا لِي جَمِيعًا. ثُمَّ أَرْدَفَنِي رَسُولُ اللَّهِ ﷺ وَرَاءَهُ عَلَى الْعَضْبَاءِ. رَاجِعِينَ إِلَى الْمَدِينَةِ. قَالَ: فَبَيْنَمَا نَحْنُ نَسِيرُ. قَالَ: وَكَانَ رَجُلٌ مِنْ الْأَنْصَارِ لَا يُسْبَقُ شَدًّا، قَالَ: فَجَعَلَ يَقُولُ: أَلَا مُسَابِقٌ إِلَى الْمَدِينَةِ؟ هَلْ مِنْ مُسَابِقٍ؟ فَجَعَلَ يُعِيدُ ذَلِكَ. قَالَ: فَلَمَّا سَمِعْتُ كَلَامَهُ قُلْتُ: أَمَا تُكْرِمُ كَرِيمًا، وَلَا تَهَابُ شَرِيفًا؟ قَالَ: لَا. إِلَّا أَنْ يَكُونَ رَسُولَ اللَّهِ ﷺ. قَالَ قُلْتُ: يَا رَسُولَ اللَّهِ! بِأَبِي أَنْتَ وَأُمِّي! ذَرْنِي فَلِأُسَابِقَ الرَّجُلَ. قَالَ (إِنْ شِئْتَ) قَالَ قُلْتُ: اذْهَبْ إِلَيْكَ. وَثَنَيْتُ رِجْلَيَّ فَطَفَرْتُ فَعَدَوْتُ. قَالَ: فَرَبَطْتُ عَلَيْهِ شَرَفًا أَوْ شَرَفَيْنِ أَسْتَبْقِي نَفَسِي. ثُمَّ عَدَوْتُ فِي إِثْرِهِ. فَرَبَطْتُ عليه شرفا أو شرفي. ثُمَّ إِنِّي رَفَعْتُ حَتَّى أَلْحَقَهُ. قَالَ فَأَصُكُّهُ بَيْنَ كَتِفَيْهِ. قَالَ قُلْتُ: قَدْ سُبِقْتَ. وَاللَّهِ! قَالَ: أَنَا أَظُنُّ. قَالَ: فَسَبَقْتُهُ إِلَى الْمَدِينَةِ. قَالَ: فَوَاللَّهِ! مَا لَبِثْنَا إِلَّا ثَلَاثَ لَيَالٍ حَتَّى خَرَجْنَا إِلَى خَيْبَرَ مَعَ رَسُولِ اللَّهِ ﷺ. قَالَ: فَجَعَلَ عَمِّي عَامِرٌ يَرْتَجِزُ بِالْقَوْمِ: تَاللَّهِ! لَوْلَا اللَّهُ مَا اهْتَدَيْنَا * وَلَا تَصَدَّقْنَا وَلَا صَلَّيْنَا وَنَحْنُ عَنْ فَضْلِكَ مَا اسْتَغْنَيْنَا * فَثَبِّتِ الْأَقْدَامَ إِنْ لَاقَيْنَا وَأَنْزِلَنْ سَكِينَةً عَلَيْنَا فَقَالَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ (مَنْ هَذَا؟) قَالَ: أَنَا عَامِرٌ. قَالَ (غَفَرَ لَكَ رَبُّكَ) قَالَ: وَمَا اسْتَغْفَرَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ لِإِنْسَانٍ يَخُصُّهُ إِلَّا اسْتُشْهِدَ. قَالَ: فَنَادَى عُمَرُ بْنُ الْخَطَّابِ، وَهُوَ عَلَى جَمَلٍ لَهُ: يَا نَبِيَّ اللَّهِ! لَوْلَا مَا مَتَّعْتَنَا بِعَامِرٍ. قَالَ: فَلَمَّا قَدِمْنَا خَيْبَرَ قَالَ: خَرَجَ مَلِكُهُمْ مَرْحَبٌ يَخْطِرُ بِسَيْفِهِ وَيَقُولُ: قَدْ عَلِمَتْ خَيْبَرُ أَنِّي مَرْحَبُ * شَاكِي السِّلَاحِ بَطَلٌ مُجَرَّبُ إِذَا الْحُرُوبُ أَقْبَلَتْ تَلَهَّبُ قَالَ: وَبَرَزَ لَهُ عَمِّي عَامِرٌ، فَقَالَ: قَدْ عَلِمَتْ خَيْبَرُ أَنِّي عَامِرٌ * شَاكِي السِّلَاحِ بَطَلٌ مُغَامِرٌ قَالَ: فَاخْتَلَفَا ضَرْبَتَيْنِ. فَوَقَعَ سَيْفُ مَرْحَبٍ فِي تُرْسِ عَامِرٍ. وَذَهَبَ عَامِرٌ يَسْفُلُ لَهُ. فَرَجَعَ سَيْفُهُ عَلَى نَفْسِهِ. فَقَطَعَ أَكْحَلَهُ. فَكَانَتْ فِيهَا نَفْسُهُ. قَالَ سَلَمَةُ: فَخَرَجْتُ فإذا أنا نَفَرٌ مِنْ أَصْحَابِ النَّبِيِّ ﷺ يَقُولُونَ: بَطَلَ عَمَلُ عَامِرٍ. قَتَلَ نَفْسَهُ. قال: فَأَتَيْتُ رَسُولَ اللَّهِ ﷺ وَأَنَا أَبْكِي. فَقُلْتُ: يَا رَسُولَ اللَّهِ! بَطَلَ عَمَلُ عَامِرٍ؟. قَالَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ (مَنْ قَالَ ذَلِكَ؟) قَالَ قُلْتُ: نَاسٌ مِنْ أَصْحَابِكَ. قَالَ (كَذَبَ مَنْ قَالَ ذَلِكَ. بَلْ لَهُ أَجْرُهُ مَرَّتَيْنِ). ثُمَّ أَرْسَلَنِي إِلَى عَلِيٍّ، وَهُوَ أَرْمَدُ. فَقَالَ (لَأُعْطِيَنَّ الرَّايَةَ رَجُلًا يُحِبُّ اللَّهَ وَرَسُولَهُ، أَوْ يُحِبُّهُ اللَّهُ وَرَسُولُهُ) قَالَ: فَأَتَيْتُ عَلِيًّا فَجِئْتُ بِهِ أَقُودُهُ، وَهُوَ أَرْمَدُ. حَتَّى أَتَيْتُ بِهِ رَسُولَ اللَّهِ ﷺ. فَبَسَقَ فِي عَيْنَيْهِ فَبَرَأَ. وَأَعْطَاهُ الرَّايَةَ. وَخَرَجَ مَرْحَبٌ فَقَالَ: قَدْ عَلِمَتْ خَيْبَرُ أَنِّي مَرْحَبُ * شَاكِي السِّلَاحِ بَطَلٌ مُجَرَّبُ إِذَا الْحُرُوبُ أَقْبَلَتْ تَلَهَّبُ فَقَالَ عَلِيٌّ: أنا الذي سمتني أمي حيدره * كليث الغابات كَرِيهِ الْمَنْظَرَهْ أُوفِيهِمُ بِالصَّاعِ كَيْلَ السَّنْدَرَهْ قَالَ: فَضَرَبَ رَأْسَ مَرْحَبٍ فَقَتَلَهُ. ثُمَّ كَانَ الْفَتْحُ على يديه. قال إبراهيم: حدنا مُحَمَّدُ بْنُ يَحْيَي. حَدَّثَنَا عَبْدُ الصَّمَدِ بْنُ عَبْدِ الْوَارِثِ عَنْ عِكْرِمَةَ بْنِ عَمَّارٍ، بِهَذَا الحديث بطوله.
  • Муслим:привёл в своём «Сахихе»أورده في صحيحهصحيح مسلم ج5 ص189
Нам передал Абу Бакр ибн Абу Шайба. Он сказал: нам передал Хашим ибн аль-Касим. — И (другим путём): нам передал Исхак ибн Ибрахим. Он сказал: нам сообщил Абу Амир аль-Акади. Оба они передают от Икримы ибн Аммара. — И (ещё одним путём): нам передал Абдуллах ибн Абд ар-Рахман ад-Дарими, и это его версия хадиса: нам сообщил Абу Али аль-Ханафи Убайдуллах ибн Абд аль-Маджид. Он сказал: нам передал Икрима (то есть ибн Аммар). Он сказал: мне передал Ияс ибн Салама. Он сказал: мне передал мой отец, сказав: Мы прибыли в Худайбию вместе с Посланником Аллаха ﷺ, а нас было тысяча четыреста человек. При колодце было пятьдесят овец, и воды в нём не хватало, чтобы напоить их. Он сказал: Посланник Аллаха ﷺ сел на край колодца и либо помолился, либо плюнул в него. Он сказал: вода забурлила, и мы поили скот и сами пили. Он сказал: затем Посланник Аллаха ﷺ призвал нас к присяге (бай‘а) у подножия дерева. Он сказал: я присягнул ему первым из людей. Затем он принимал присягу у одного за другим, и когда дошло до середины людей, он сказал: «Присягни, о Салама!» Я сказал: «Я уже присягнул тебе, о Посланник Аллаха, в числе первых!» Он сказал: «И ещё раз». Он сказал: Посланник Аллаха ﷺ увидел, что я безоружен (то есть при мне нет оружия). Он сказал: Посланник Аллаха ﷺ дал мне щит-хаджафу или дараку. Затем он продолжал принимать присягу, и когда дошло до последних из людей, он сказал: «Разве ты не присягнёшь мне, о Салама?» Я сказал: «Я уже присягнул тебе, о Посланник Аллаха, в числе первых и в числе средних!» Он сказал: «И ещё раз». Он сказал: и я присягнул ему в третий раз. Затем он сказал мне: «О Салама, где твой щит-хаджафа или дарака, который я тебе дал?» Я ответил: «О Посланник Аллаха, мне встретился мой дядя Амир безоружным, и я отдал его ему». Он сказал: Посланник Аллаха ﷺ засмеялся и сказал: «Ты подобен тому, кто сказал в старину: «О Аллах, дай мне любимого, который был бы мне дороже самого себя»». Затем многобожники прислали к нам предложение о мире, так что мы стали сближаться друг с другом, и мы заключили мир. Он сказал: я был слугой у Тальхи ибн Убайдуллаха: поил его коня, ухаживал за ним, служил ему и ел из его еды. Я оставил свою семью и своё имущество, переселившись к Аллаху и Его Посланнику ﷺ. Он сказал: когда мы заключили мир с жителями Мекки и стали смешиваться друг с другом, я подошёл к дереву, очистил его от колючек и лёг у его подножия. Он сказал: ко мне подошли четверо многобожников из жителей Мекки и стали злословить о Посланнике Аллаха ﷺ. Я разгневался на них и перешёл к другому дереву. Они повесили своё оружие и легли. И вот, пока они так лежали, вдруг раздался призыв снизу долины: «О мухаджиры! Убит Ибн Зунайм!» Он сказал: я вынул свой меч и напал на этих четверых, пока они спали, забрал их оружие и собрал его в один пучок в своей руке. Он сказал: затем я сказал: «Клянусь Тем, Кто почтил лик Мухаммада! Если кто-то из вас поднимет голову, я ударю по тому месту, где его глаза». Он сказал: затем я привёл их, гоня перед собой, к Посланнику Аллаха ﷺ. Он сказал: и мой дядя Амир привёл человека из рода аль-Абалат по имени Микраз, ведя его к Посланнику Аллаха ﷺ на коне, покрытом бронёй, среди семидесяти многобожников. Посланник Аллаха ﷺ посмотрел на них и сказал: «Оставьте их — пусть на них останется начало и конец этого злодеяния». И Посланник Аллаха ﷺ простил их. И Аллах ниспослал: «Это Он удержал их руки от вас и ваши руки от них в долине Мекки после того, как дал вам победу над ними» [48:24] — весь аят до конца. Он сказал: затем мы отправились обратно в Медину и остановились в одном месте, где между нами и племенем Бану Лихьян, которые были многобожниками, была гора. Посланник Аллаха ﷺ попросил прощения для того, кто взойдёт на эту гору этой ночью в качестве дозорного для Пророка ﷺ и его соратников. Салама сказал: и я взбирался туда той ночью два или три раза. Затем мы прибыли в Медину. Посланник Аллаха ﷺ отправил свой скот с Рабахом, слугой Посланника Аллаха ﷺ, и я был вместе с ним. Я вышел с ним, ведя коня Тальхи, чтобы пасти его вместе со скотом. Когда наступило утро, оказалось, что Абд ар-Рахман аль-Фазари напал на скот Посланника Аллаха ﷺ, увёл его весь и убил его пастуха. Он сказал: я сказал: «О Рабах, возьми этого коня и доставь его Тальхе ибн Убайдуллаху, и сообщи Посланнику Аллаха ﷺ, что многобожники напали на его пасущийся скот». Он сказал: затем я встал на холм, обратился в сторону Медины и трижды воскликнул: «О тревога!» Затем я пошёл по следам врагов, обстреливая их стрелами и произнося боевые стихи, говоря: «Я — сын аль-Аквы, а этот день — день истребления слабых». Я догонял одного из них и вонзал стрелу в его седло, пока наконечник стрелы не доходил до его плеча. Я говорил: «Получи это! Я — сын аль-Аквы, а этот день — день истребления слабых». Он сказал: клянусь Аллахом, я продолжал обстреливать их и калечить их коней, и если ко мне возвращался всадник, я подходил к дереву, садился у его подножия, затем стрелял в него и калечил его. Когда гора сузилась и они вошли в это узкое место, я взобрался на гору и стал сбрасывать на них камни. Он сказал: я так и продолжал преследовать их, пока не оставил позади себя ни одного верблюда из скота Посланника Аллаха ﷺ, который создал Аллах, — все они остались позади меня, отделённые от врагов мной. Затем я снова погнался за ними, обстреливая их, пока они не бросили более тридцати плащей и тридцати копий, желая облегчить свой бег. И на всё, что они бросали, я ставил каменные приметы, которые узнавали Посланник Аллаха ﷺ и его соратники. Когда они дошли до узкого прохода в горном перевале, к ним подошёл некто — Ибн Бадр аль-Фазари. Они сели, чтобы поесть в полдень, а я сел на вершине холма. Аль-Фазари спросил: «Что это, что я вижу?» Они ответили: «Мы встретили от него такое бедствие! Клянусь Аллахом, он не отставал от нас со времени предрассветных сумерек, обстреливая нас, пока не отобрал всё, что было в наших руках». «Пусть к нему поднимутся четверо из вас», — сказал он. И четверо из них поднялись ко мне на гору. Он сказал: когда они дали мне возможность говорить, я сказал: «Узнаёте ли вы меня?» Они ответили: «Нет. А кто ты?» Я сказал: «Я — Салама ибн аль-Аква. Клянусь Тем, Кто почтил лик Мухаммада ﷺ! Я преследую любого из вас и непременно догоняю его, а если кто-то из вас погонится за мной — не догонит меня». Один из них сказал: «Я так и думаю». Он сказал: и они вернулись. Я не покидал своего места, пока не увидел всадников Посланника Аллаха ﷺ, пробирающихся сквозь деревья. Он сказал: первым среди них был аль-Ахрам аль-Асади, за ним — Абу Катада аль-Ансари, а за ним — аль-Микдад ибн аль-Асвад аль-Кинди. Он сказал: я взял под уздцы коня аль-Ахрама. Он сказал: враги обратились в бегство. Я сказал: «О Ахрам, остерегайся их — чтобы они не отрезали тебя, пока не подоспеют Посланник Аллаха ﷺ и его соратники». Он ответил: «О Салама! Если ты веришь в Аллаха и в Последний день и знаешь, что Рай — истина и Ад — истина, то не встань между мной и мученической смертью». Он сказал: и я отпустил его. Он встретился с Абд ар-Рахманом. Он сказал: аль-Ахрам подрезал коня Абд ар-Рахмана, но Абд ар-Рахман пронзил его копьём и убил его, а затем сел на его коня. Затем Абу Катада, всадник Посланника Аллаха ﷺ, догнал Абд ар-Рахмана, пронзил его копьём и убил его. Клянусь Тем, Кто почтил лик Мухаммада ﷺ! Я продолжал преследовать их бегом на своих ногах, так что позади себя я уже не видел ни одного из соратников Мухаммада ﷺ, ни даже их пыли, — пока враги перед закатом солнца не свернули в ущелье, где была вода, называемое Зу Карад, чтобы напиться из неё, так как они изнывали от жажды. Он сказал: они увидели, что я бегу позади них, и я оттеснил их от воды, так что они не попробовали из неё ни капли. Он сказал: они выбегали и мчались через горный перевал. Он сказал: они побежали, а я догнал одного из них и вонзил в него стрелу в верхнюю часть его плеча. Я сказал: «Получи это, я — сын аль-Аквы, а этот день — день истребления слабых». Он сказал: «Да лишится его мать! Это сын аль-Аквы — он с самого утра». Я ответил: «Да, о враг самому себе! Это я, сын аль-Аквы, — с самого утра». Он сказал: они бросили двух коней на перевале. Он сказал: и я привёл их обоих, погоняя, к Посланнику Аллаха ﷺ. Он сказал: и меня догнал Амир с бурдюком, в котором было немного разбавленного молока, и с бурдюком, в котором была вода. Я совершил малое омовение и напился. Затем я подошёл к Посланнику Аллаха ﷺ, который был у той воды, от которой я отогнал их. Оказалось, что Посланник Аллаха ﷺ уже забрал тех верблюдов и всё, что я отобрал у многобожников — все копья и плащи. Билял зарезал одну верблюдицу из тех, что я отбил у врагов, и жарил для Посланника Аллаха ﷺ её печень и горб. Я сказал: «О Посланник Аллаха! Позволь мне выбрать сто человек из людей, и я догоню врагов, и не останется среди них никого, кто мог бы сообщить об этом, кроме тех, кого я убью». Он сказал: Посланник Аллаха ﷺ засмеялся так, что стали видны его коренные зубы при свете дня, и сказал: «О Салама, ты действительно сделал бы это?» Я ответил: «Да, клянусь Тем, Кто почтил тебя!» Он сказал: «Сейчас их принимают в гостях на земле Гатафан». Он сказал: пришёл человек из Гатафан и сказал: он зарезал для них верблюда; когда они сняли с него шкуру, они увидели пыль и сказали: «К вам приближается враг!» — и бросились бежать. Когда наступило утро, Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Лучшим из наших всадников сегодня был Абу Катада, а лучшим из наших пеших воинов — Салама». Он сказал: затем Посланник Аллаха ﷺ дал мне две доли: долю всадника и долю пешего, объединив их обе для меня. Затем Посланник Аллаха ﷺ посадил меня позади себя на аль-Адбу, и мы вернулись в Медину. Он сказал: и вот, пока мы ехали, — а был один человек из ансаров, которого никто не мог обогнать в беге, — он стал говорить: «Кто посостязается со мной до Медины? Есть ли желающий посостязаться?» И он продолжал это повторять. Он сказал: когда я услышал его слова, я сказал: «Неужели ты не почтишь благородного и не устрашишься знатного?» Он ответил: «Нет, если только это не Посланник Аллаха ﷺ». Я сказал: «О Посланник Аллаха, за тебя мой отец и моя мать! Позволь мне посостязаться с этим человеком». Он сказал: «Если хочешь». Я сказал: «Берегись!» Затем я согнул ноги, подскочил и побежал. Он сказал: я сдерживал бег на протяжении одного или двух отрезков пути, сберегая своё дыхание, затем побежал за ним и снова сдерживался на протяжении одного или двух отрезков. Затем я ускорился, пока не догнал его. Он сказал: я ударил его между лопаток. Я сказал: «Клянусь Аллахом, ты обойдён!» Он сказал: «Я так и думал». Он сказал: и я обогнал его до Медины. Он сказал: клянусь Аллахом, мы пробыли лишь три ночи, а затем выступили в Хайбар вместе с Посланником Аллаха ﷺ. Он сказал: мой дядя Амир стал произносить перед людьми боевые стихи: «Клянусь Аллахом! Если бы не Аллах, мы не пошли бы верным путём, не подавали бы милостыню и не молились бы. А мы без Твоей милости не можем обойтись, так утверди же наши стопы, если мы встретимся с врагом, и низведи на нас спокойствие». Посланник Аллаха ﷺ спросил: «Кто это?» Он ответил: «Это я, Амир». Он сказал: «Да простит тебя твой Господь». Он сказал: и никогда Посланник Аллаха ﷺ не просил прощения для человека, обращаясь к нему лично, чтобы тот не стал впоследствии мучеником. Он сказал: тогда Умар ибн аль-Хаттаб, сидя на своём верблюде, воскликнул: «О Пророк Аллаха! Лучше бы ты не (говорил так) — дал бы нам подольше пользоваться Амиром!» Он сказал: когда мы прибыли в Хайбар, вышел их царь Мархаб, потрясая своим мечом, и говорил: «Знает Хайбар, что я — Мархаб, вооружённый до зубов, испытанный герой, когда войны разгораются». Он сказал: против него вышел мой дядя Амир и сказал: «Знает Хайбар, что я — Амир, вооружённый до зубов, отважный герой». Он сказал: они обменялись двумя ударами. Меч Мархаба попал в щит Амира, а Амир хотел ударить его снизу, но его меч отскочил на него самого и перерезал ему вену, и от этого он погиб. Салама сказал: я вышел и увидел группу соратников Пророка ﷺ, которые говорили: «Дела Амира пропали впустую — он убил самого себя». Он сказал: я пришёл к Посланнику Аллаха ﷺ, плача, и сказал: «О Посланник Аллаха, разве дела Амира пропали впустую?» Посланник Аллаха ﷺ спросил: «Кто это сказал?» Я ответил: «Некоторые из твоих соратников». Он сказал: «Ошибся тот, кто это сказал. Напротив, ему полагается двойная награда». Затем он послал меня к Али, у которого болели глаза, и сказал: «Я непременно отдам знамя человеку, который любит Аллаха и Его Посланника, или которого любят Аллах и Его Посланник». Он сказал: я пришёл к Али и привёл его, ведя его за руку, так как у него болели глаза, пока не привёл его к Посланнику Аллаха ﷺ. Он плюнул ему в глаза, и они исцелились, и он отдал ему знамя. И вышел Мархаб, говоря: «Знает Хайбар, что я — Мархаб, вооружённый до зубов, испытанный герой, когда войны разгораются». Али сказал: «Я тот, кого мать назвала Хайдара, подобный льву лесов, отвратительный на вид врагам, я отмеряю им полной мерой сандара». Он сказал: и он ударил по голове Мархаба и убил его. И победа была достигнута его руками. Ибрахим сказал: нам передал Мухаммад ибн Яхья. Он сказал: нам передал Абд ас-Самад ибн Абд аль-Варис от Икримы ибн Аммара с этим хадисом полностью.
т. 3 с. 1433

Цепочка передатчиков

Тот же хадис ещё в 6 сборниках Джами ат-Тирмизи, Муснад Ахмада, Сахих аль-Бухари, Сунан Абу Дауда и ещё 2
آرَامًا
(корень أ-ر-م) В хадисе: «Как дойдёт до тебя наша молитва, когда ты уже أَرِمْتَ (аримта)?» То есть «истлел, обветшал». Говорят: أَرِمَ الْمَالُ (арима аль-маль) — «истлело имущество», если оно исчезло. А أَرْضٌ أَرِمَةٌ (ард аримату) — земля, которая ничего не растит. Говорят также, что это слово — أُرِمْتَ (уримта), от الْأَرْمُ (аль-арму) — «еда»; говорят: أَرَمَتِ السَّنَةُ بِأَمْوَالِنَا (арамати ас-сана би-амвалина) — «год поел всё наше имущество», то есть съел всё. Отсюда же зубы называют الْأُرَّمُ (аль-уррам). Аль-Хаттаби сказал: изначально это слово было أَرْمَمْتَ (арраммта), то есть «ты истлел и стал прахом — رَمِيم (рамим)», затем была отброшена одна из двух букв «мим», подобно тому как говорят ظَلْتَ (зальта) вместо ظَلِلْتَ (залилта). Часто это слово передают с удвоенной «мим» — это язык некоторых людей из племени Бакр ибн Ваиль. Речь об этом подробно будет рассмотрена в разделе буквы «ра», если пожелает Всевышний Аллах. В хадисе также: «То, что находят среди آرَام (арам, камней-указателей) времён невежества и их развалин, — за это полагается пятая часть (хумс)». الْآرَامُ (аль-арам) — это указательные знаки; камни, которые собирают и устанавливают в пустыне, чтобы ориентироваться по ним; единственное число от них — إِرَمٌ (ирам), по образцу слова عِنَب (инаб). В обычае времён невежества было: если они находили что-то на своём пути, что не могли взять с собой, то оставляли на этом месте камни, отмечая находку, чтобы забрать её, когда вернутся. Отсюда же и хадис Салямы ибн аль-Аквы‘: «Они не бросали ничего, чтобы я не положил на это آرَام (арам, камни-указатели)». В хадисе ‘Умайра ибн Афсы: «Я из арабов, из أَرُومَة (арумы) их родословной». الْأَرُومَةُ (аль-арумату), по образцу слова الْأَكُولَة (аль-акуля), означает «корень, основа». Слово это неоднократно встречается в хадисах. В хадисе также упоминается إِرَم (Ирам, с кясрой над «хамзой» и лёгкой фатхой над «ра») — это место среди земель племени Джузам, которое Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, дал в удел роду Джи‘аль ибн Раби‘а. В хадисе также упоминается «Ирам, обладательница столпов (إِرَم ذَاتِ الْعِمَادِ)» — относительно неё есть разногласие: одни говорят, что это Дамаск, другие — что это иное место.
أَكْوَعُكَ
كَوَع (кава‘) — это слово, встречающееся в хадисе Ибн Умара: «Отправил его отец его в Хайбар, и они поделили плоды, и они заколдовались над ним, и тогда его пальцы согнулись». Кава‘ означает движение, при котором часть руки у локтя (رأس اليد, то есть основание кисти рядом с большим пальцем) изгибается или искривляется. Курс‘ (курсу‘) — это часть руки у основания мизинца. Говорят: «кава‘а рука его» или «согнулись пальцы его». Кава‘а (сделал кава‘) значит согнул пальцы, изогнул их. Это слово повторяется в хадисе. В другом хадисе Салямы ибн аль-Аква‘ говорится: «О, пусть погибнет его мать, он — кава‘ его, Букра» — то есть ты тот самый кава‘, который был с нами утром. Потому что он первым догнал их и крикнул им: «Я сын кава‘а, а сегодня день младенцев». Когда он вернулся и сказал это в конце дня, спросили: «Ты тот, кто был с нами утром?» Он ответил: «Да, я твой кава‘ утром». Замахшари упоминает этот хадис так: «Мушрики сказали ему: Букра — кава‘ его», имея в виду, что Салама — сын кава‘а, его отец. В достоверных сборниках хадисов (аль-Сахихайн) этот хадис приводится именно в таком виде.
أَكْوَعُهُ
كَوَع (кава‘) — это слово, встречающееся в хадисе Ибн Умара: «Отправил его отец его в Хайбар, и они поделили плоды, и они заколдовались над ним, и тогда его пальцы согнулись». Кава‘ означает движение, при котором часть руки у локтя (رأس اليد, то есть основание кисти рядом с большим пальцем) изгибается или искривляется. Курс‘ (курсу‘) — это часть руки у основания мизинца. Говорят: «кава‘а рука его» или «согнулись пальцы его». Кава‘а (сделал кава‘) значит согнул пальцы, изогнул их. Это слово повторяется в хадисе. В другом хадисе Салямы ибн аль-Аква‘ говорится: «О, пусть погибнет его мать, он — кава‘ его, Букра» — то есть ты тот самый кава‘, который был с нами утром. Потому что он первым догнал их и крикнул им: «Я сын кава‘а, а сегодня день младенцев». Когда он вернулся и сказал это в конце дня, спросили: «Ты тот, кто был с нами утром?» Он ответил: «Да, я твой кава‘ утром». Замахшари упоминает этот хадис так: «Мушрики сказали ему: Букра — кава‘ его», имея в виду, что Салама — сын кава‘а, его отец. В достоверных сборниках хадисов (аль-Сахихайн) этот хадис приводится именно в таком виде.
أُنَدِّيهِ
(نَدَا) — в хадисе Умм Заръ говорится о доме, расположенном рядом с النَّادِي (ан-нади). النَّادِي (ан-нади) — это собрание людей и участников совещания, то есть место встречи и его обитатели. Говорят, что дом находится в центре поселения или рядом с ним, чтобы туда могли прийти гости и путники. В хадисе о призыве сказано: «Если сосед النَّادِي (ан-нади) меняется», то имеется в виду соседство собрания. Слово نَدَا (нада) также встречается в форме с буквой ба (باء) — نَدَى (нада), что характерно для бедуинов. В хадисе «И сделай меня в النَّدِيِّ الأعلى» (ан-нади аль-а'ля) слово النَّدِيُّ с удвоенной буквой даль означает النَّادِي — собрание, и здесь просят быть среди высших ангелов. В другом варианте говорится «في النِّدَاءِ الأعلى» — имеется в виду призыв обитателей Рая. В хадисе о походе племени Бани Сулейм говорится: «Они не убили бы Амера и Бани Сулейм, пока они النَّدِيُّ» — то есть пока они были собранием людей. В хадисе Абу Саида говорится: «Мы были أَنْدَاءَ (множественное от النَّادِي) — собранием людей, когда пришёл Посланник Аллаха (мир ему).» Также слово نَدَا употребляется в значении «собирать людей» — «ناديت القوم أندوهم» — я собрал людей в собрание. По этой причине дом النَّدْوَة (ан-надва) в Мекке получил своё название, так как там собирались и советовались. В хадисе о призыве говорится, что есть два момента, когда мольба не отвергается: при призыве к молитве и в бою. В хадисе о Яджудж и Маджудж говорится, что когда прозвучал призыв نادية (надия), пришёл приказ Аллаха — здесь نادية означает единый призыв, а слово изменено с نداء на نادية, и имя деятеля стало именем источника. В хадисе Ибн Ауфа говорится: «И только призывы (ندايا) были слышны» — здесь ندا заменено на نداء с заменой хамзы на йа для смягчения, что характерно для некоторых арабских диалектов. В хадисе об азане говорится, что звук أَنْدَى (анда) — это более высокий и сильный звук, а также может означать лучший и приятный. В хадисе Тальхи говорится: «Я вышел на коне, чтобы أُنَدِّيهِ» — التَّنْدِيَة (ат-тандийя) означает, что человек приводит верблюдов или лошадей к воде, даёт им немного напиться, затем возвращает их на пастбище на некоторое время, а потом снова приводит к воде. Также التَّنْدِيَة означает разогревание лошади, чтобы она вспотела. Пот называют ندى (нада). Говорят: «نَدَّيْتُ الفرس والبعير تَنْدِيَةً» — я разогрел лошадь и верблюда. Слово ندي (нади) — это ندو (наду). Кутайби сказал, что правильное — «أُبَدِّيهِ» с буквой ба, то есть вывести животное в пустыню, и что التَّنْدِيَة применяется только к верблюдам. Азхари возражал, считая, что правильный вариант первый. В хадисе о двух соперничающих людях говорится: «Один сказал: место для выпаса наших верблюдов и место для наших женщин и место для поения наших лошадей» — то есть место для التَّنْدِيَة (тандийя). В хадисе говорится, что тот, кто встретит Аллаха, не имея на себе ни капли запрещённой крови, войдёт в Рай, то есть не пострадал от неё и не причинил вреда. В хадисе о мучениях в могиле и пальмовых листьях говорится, что страдания будут облегчены, потому что в них была ندوة (надава) — влажность. Слово ندي (нади) означает влажный, сочный. В хадисе говорится: «بكر بن وائل نَدّ» — то есть щедрый. Говорят, что он يتنَدّى على أصحابه — то есть просит у них милостыню.
الرَّايَةَ
(رَيَا) (рая) В хадисе о Хайбаре: «Я непременно вручу знамя завтра человеку, которого любят Аллах, Велик Он и Могуч, и Его Посланник». Ар-рая здесь означает «знамя». Говорят: «я водрузил знамя», то есть закрепил его. Упоминание этого слова неоднократно встречается в хадисах. И в нём же: «Долг — это ошейник Аллаха на земле, который Он надевает на шею того, кого Он унизил». Ар-рая (в этом значении) — это круглый железный обруч по размеру шеи, который надевается на неё. Отсюда же и хадис Катады о беглом рабе: «Он не одобрил для него надевание ошейника и разрешил надевание оков».
الرُّضَّعِ
(رَضَعَ) (рада‘а). В нём: «Поистине, кормление грудью (ар-рада‘а) происходит от голода». Ар-рада‘а — с фатхой и кясрой — это имя действия от ирда‘ (кормления грудью), если же оно означает подлость, то произносится только с фатхой. Смысл в том, что кормление грудью, которое делает брак запретным, бывает только в детстве, при голоде младенца, а в зрелом возрасте — нет. Имеется в виду, что кормление грудью взрослого не делает брак запретным. В хадисе Сувайда ибн Гафлы: «И вот в завете Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, было: не брать (закят) с «радиъ лабан»» — он имел в виду под «радиъ» дойную самку с молоком. В речи здесь опущено определяемое слово, подразумеваемое: «обладательница радиъ». Если же не считать опущения, то «радиъ» — это малый детёныш, который ещё сосёт молоко. Запрет брать её (в качестве закята) — потому что она лучшая часть имущества, а частица «мин» здесь избыточна, как говорят: «Не ешь от запретного», то есть «не ешь запретное». Также говорят, что это относится к случаю, когда у человека есть одна овца или одна дойная верблюдица, которую он держит ради молока, — с неё ничего не берут. В хадисе о племени Сакиф: «Отдали её кормящиеся грудью (ар-рудда‘) и оставили сражение мечами (аль-миса‘)» — ар-рудда‘ — множественное число от «радиъ», что означает подлого человека, названного так потому, что из-за своей подлости он доит своих верблюдов или овец (ночью), чтобы не было слышно звука доения. Говорят также, что он назван так потому, что не «сосёт» людей, то есть не просит у них. В пословице говорят: «Подлый сосунок». Аль-миса‘ — это сражение мечами. Отсюда же хадис Салямы: «Возьми это, я — сын аль-Аква‘а, и сегодня день сосунков (ар-рудда‘)» — множественное число от «радиъ», подобно «шахид» и «шухуд», то есть: «прими от меня этот бросок, сегодня — день гибели подлецов». Отсюда же стих (раджаз), передаваемый от Фатимы, мир ей: «Нет во мне ни подлости, ни низости (радаа‘а)». Глагол от этого корня — «раду‘а», с даммой. Отсюда же хадис Абу Майсары: «Если бы я увидел человека, сосущего (ярда‘у) молоко через рот, и посмеялся бы над ним, я бы боялся стать подобным ему» — то есть он сосёт молоко овец прямо из вымени, а не доит его в сосуд, из-за своей подлости. Смысл: если бы я упрекнул его за это, я бы боялся быть испытанным тем же. В хадисе об эмирстве он сказал: «Как прекрасна кормилица и как скверна отнимающая от груди!» Он привёл кормилицу в качестве примера власти и тех благ, которые она приносит своему обладателю, а отнимающую от груди — в качестве примера смерти, которая разрушает его наслаждения и прерывает пользу от них без него. В хадисе Кусса: «Радиъ айхукана» (сосунок растения айхукан). «Радиъ» — форма фа‘иль в значении страдательного причастия, то есть страусы в этом месте пасутся на этом растении и сосут его, подобно молоку, из-за его чрезвычайной мягкости и обилия сока. Передаётся также с буквой «сад». Об этом уже было сказано ранее.
الرُّضَّعِ ،
(رَضَعَ) (рада‘а). В нём: «Поистине, кормление грудью (ар-рада‘а) происходит от голода». Ар-рада‘а — с фатхой и кясрой — это имя действия от ирда‘ (кормления грудью), если же оно означает подлость, то произносится только с фатхой. Смысл в том, что кормление грудью, которое делает брак запретным, бывает только в детстве, при голоде младенца, а в зрелом возрасте — нет. Имеется в виду, что кормление грудью взрослого не делает брак запретным. В хадисе Сувайда ибн Гафлы: «И вот в завете Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, было: не брать (закят) с «радиъ лабан»» — он имел в виду под «радиъ» дойную самку с молоком. В речи здесь опущено определяемое слово, подразумеваемое: «обладательница радиъ». Если же не считать опущения, то «радиъ» — это малый детёныш, который ещё сосёт молоко. Запрет брать её (в качестве закята) — потому что она лучшая часть имущества, а частица «мин» здесь избыточна, как говорят: «Не ешь от запретного», то есть «не ешь запретное». Также говорят, что это относится к случаю, когда у человека есть одна овца или одна дойная верблюдица, которую он держит ради молока, — с неё ничего не берут. В хадисе о племени Сакиф: «Отдали её кормящиеся грудью (ар-рудда‘) и оставили сражение мечами (аль-миса‘)» — ар-рудда‘ — множественное число от «радиъ», что означает подлого человека, названного так потому, что из-за своей подлости он доит своих верблюдов или овец (ночью), чтобы не было слышно звука доения. Говорят также, что он назван так потому, что не «сосёт» людей, то есть не просит у них. В пословице говорят: «Подлый сосунок». Аль-миса‘ — это сражение мечами. Отсюда же хадис Салямы: «Возьми это, я — сын аль-Аква‘а, и сегодня день сосунков (ар-рудда‘)» — множественное число от «радиъ», подобно «шахид» и «шухуд», то есть: «прими от меня этот бросок, сегодня — день гибели подлецов». Отсюда же стих (раджаз), передаваемый от Фатимы, мир ей: «Нет во мне ни подлости, ни низости (радаа‘а)». Глагол от этого корня — «раду‘а», с даммой. Отсюда же хадис Абу Майсары: «Если бы я увидел человека, сосущего (ярда‘у) молоко через рот, и посмеялся бы над ним, я бы боялся стать подобным ему» — то есть он сосёт молоко овец прямо из вымени, а не доит его в сосуд, из-за своей подлости. Смысл: если бы я упрекнул его за это, я бы боялся быть испытанным тем же. В хадисе об эмирстве он сказал: «Как прекрасна кормилица и как скверна отнимающая от груди!» Он привёл кормилицу в качестве примера власти и тех благ, которые она приносит своему обладателю, а отнимающую от груди — в качестве примера смерти, которая разрушает его наслаждения и прерывает пользу от них без него. В хадисе Кусса: «Радиъ айхукана» (сосунок растения айхукан). «Радиъ» — форма фа‘иль в значении страдательного причастия, то есть страусы в этом месте пасутся на этом растении и сосут его, подобно молоку, из-за его чрезвычайной мягкости и обилия сока. Передаётся также с буквой «сад». Об этом уже было сказано ранее.
السَّنْدَرَهْ
(сандара) В хадисе об Али: «Я отмерю вам мечом мерой ас-сандара», то есть: «Я буду убивать вас убийством обширным, стремительным». Ас-сандара — это обширная мера. Говорят, что, возможно, это слово образовано от ас-сандара — дерева, из которого делают стрелы и луки. Ас-сандара также означает поспешность, а «нун» здесь — добавленная буква. Аль-Харави упомянул это слово в данном разделе, но не отметил, что «нун» в нём добавленная.
الْبَرْحَ
(بَرَحَ) (هـ) В хадисе: «Он запретил тав​лих и та​брих (мучительное убиение животного)». В тексте хадиса сказано, что это дурное убиение животного — например, бросание живой рыбы в огонь. Изначально та​брих означает тягость и суровость; говорят «барраха бихи» — «причинил ему тягость». (с) Отсюда же и хадис: «удар не мубарррих (غير مبرح)», то есть не мучительный. А в другом хадисе: «мы встретили от него аль-барх (البرح)», то есть тяжесть. (с) И хадис о жителях Нахравана: «они встретили барх (برحا)». (с) А в другом хадисе: «баррахат би аль-хумма (برحت بي الحمى)» — то есть меня поразила от неё аль-бураха, то есть её сила. И хадис об истории с обвинением (аль-ифк): «его охватила аль-бураха (البرحاء)», то есть сильное стеснение от тяжести откровения. И хадис об убийстве Абу Рафи‘а иудея: «его жена измучила нас криком (برحت بنا امرأته بالصياح)». И в нём: «явил неверие открыто (كفرا براحا)», то есть явно, от «бариха аль-хафа’» — «сокрытое стало явным»; передаётся также через «вав», и об этом будет сказано далее. (с) И в нём: «когда склонилось (солнце) — барах (براح)». «Барах» по образцу «Катам» — одно из имён солнца. Сказал поэт: «Это место двух стоп Рабаха с утра, пока не склонилось (солнце) — барах». «Дулук аш-шамс» — заход солнца и его склонение (в зените). Сказано также, что «ба» в «барах» — с кясрой, и это предлог «ба» (в значении «в», «на»). А «рах» — множественное число от «раха» — ладонь. То есть солнце зашло или склонилось, и они кладут свои ладони на глаза, смотря, зашло оно или склонилось. Эти два мнения передали Абу ‘Убайд, аль-Азхари, аль-Харави, аз-Замахшари и другие толкователи языка и редких слов. Некто из поздних (учёных) приписал второе мнение одному аль-Харави, полагая, что он единственный его придерживался, и посчитал его ошибочным в этом, не зная, что и другие имамы до и после него разделяли это мнение. (с) И в хадисе Абу Тальхи: «Самое любимое из моего имущества для меня — Бейраха». Это слово часто передаётся мухаддисами по-разному: говорят «Бейраха’» с фатхой или кясрой на «ба», с фатхой или даммой на «ра» и с удлинением в обоих случаях, а также с фатхой на обоих и без удлинения; это название имения и местности в Медине. Аз-Замахшари сказал в «аль-Фа’ик»: это форма «фай‘ала» от «аль-барах», означающее открытую (безлесную) землю. И в хадисе: «прошла (тревожно) газель (برح ظبي)» — это от слова «аль-барикс», противоположного «ас-саних». «Ас-саних» — это то из птиц и диких животных, что проходит перед тобой слева направо, и арабы считали это добрым предзнаменованием, так как это удобнее для стрельбы и охоты. А «аль-барикс» — то, что проходит справа налево, и арабы считали это дурным предзнаменованием, так как невозможно поразить его стрелой, не развернувшись.
الْعَبَلَاتِ
(‘абала) В хадисе о Рве (аль-Хандак): «И нашли они أَعْبِلَة (а‘биля)». Сказал аль-Харави: الأَعْبَل (аль-а‘баль) и العَبْلَاء (аль-‘абля') — белые камни. Сказал поэт: «…словно её доспехи — аль-а‘баль». Сказал: а الأَعْبِلَة (аль-а‘биля) — множественное число, образованное не от этого же единственного числа. И в описании Са‘да ибн Му‘аза, да будет доволен им Аллах: «Был عَبْلًا (‘абляан) из мужчин». То есть: крупным, мощным. И в хадисе Ибн ‘Умара: «Ведь там есть дерево сарха, которое لَمْ تُعْبَلْ (лям ту‘баль)». То есть: не осыпались его листья. Говорят: عَبَلْتُ الشَّجَرَةَ عَبْلًا (‘абальту-ш-шаджарата ‘абляан) — «я сорвал листья с дерева», а أَعْبَلَتِ الشَّجَرَةُ (а‘балати-ш-шаджарату) говорят, когда на дереве появляются листья, а также когда оно их сбрасывает. А العَبَل (аль-‘абаль) — это листва. И в хадисе о Худайбийе: «И привёл ‘Амир человека из العَبَلَات (аль-‘абалят)». العَبَلَات (аль-‘абалят), с движением гласных, — это имя младшей Умайи из курайшитов. А относительное имя от них — عَبْلِيّ (‘абли), с покоем над «ба», по возвращении к единственному числу, потому что их мать звали ‘Абля. Так сказал аль-Джаухари. И в хадисе ‘Али: «Обступили вас его беды, и поразили вас его المَعَابِل (аль-ма‘абиль)». المَعَابِل (аль-ма‘абиль) — широкие длинные наконечники стрел, единственное число: مِعْبَلَة (ми‘баля). И отсюда же хадис ‘Асима ибн Сабита: «Скользят по моему боку المَعَابِل (аль-ма‘абиль)». И это слово неоднократно повторяется в хадисах.
الْعَضْبَاءِ
(Глава «‘айн» с «дад») (‘адаба) В хадисе: «Кличкой его верблюдицы было аль-‘Адба». Это имя собственное для неё, образованное от их выражения: «верблюдица ‘адба» — то есть с рассечённым ухом, хотя ухо у неё рассечено не было. Некоторые сказали: у неё действительно было рассечено ухо, но первое мнение более распространено. Аз-Замахшари сказал: «Это образовано от их выражения: верблюдица ‘адба — та, у которой короткая передняя нога» Отсюда же и хадис: «Он запретил приносить в жертву животное с обломанным рогом (аль-а‘доб аль-карн)». Это означает животное со сломанным рогом. ‘Адб может относиться также и к уху, однако чаще применяется к рогу. А «аль-ма‘дуб» в ином значении — это разбитый параличом, лишённый способности двигаться.
الْقَوْمَ
قَوَمَ (кавама) — глагол, означающий стоять, поддерживать, быть опорой. В хадисе о просьбе говорится: «أو لذي فقر مدقع حتى يصيب قوامًا من عيش» — «или для того, кто в крайней нужде, пока не получит достаточную поддержку для жизни», то есть то, что обеспечивает его насущные потребности. Слово قِوَام (кивам) — это опора, основа чего-либо. Например, говорят: «فلان قوام أهل بيته» — «этот человек — опора своей семьи», или «قوام الأمر» — «власть, господство». В другом хадисе сказано: «إن نساني الشيطان شيئًا من صلاتي فليسبح القوم وليصفق النساء» — «если шайтан заставит меня забыть часть молитвы, пусть мужчины произносят тасбих, а женщины хлопают в ладоши», где القوم (аль-кавм) — изначально от مصدر قَامَ (источник глагола), первоначально относилось к мужчинам, поэтому противопоставлено женщинам, так как мужчины считаются опекунами женщин в делах, которые женщины не могут выполнять. В хадисе также говорится, что тот, кто сидит с кем-то или терпеливо противостоит ему в нужде, «قَاوَمَهُ» — значит проявляет терпение и стойкость. В другом хадисе приводится просьба: «يا رسول الله، لو قوّمت لنا» — «О Посланник Аллаха, если бы ты установил для нас цену», на что ответ был: «الله هو المقوّم» — «Аллах — тот, кто устанавливает цену», то есть определяет ценность вещей. В хадисе Ибн Аббаса объясняется, что слово استقمْت (истакамта) в языке жителей Мекки означает «установил цену», и если человек продаёт товар по установленной цене, это допустимо, а если в рассрочку — нет. В хадисах также описывается явление, когда солнце достигает зенита (قائم الظّهيرة) — тень становится минимальной и кажется, что она стоит на месте, хотя на самом деле движется очень медленно. В хадисе Хакима ибн Хизама говорится о клятве оставаться стойким в вере: «لا أخّر إلا قائمًا» — «не умру, кроме как стоя (твердо)», то есть оставаясь на пути ислама. В хадисах слово قائم часто означает стойкость, постоянство и непреклонность в религиозных делах. В одном из хадисов говорится: «العلم ثلاثة: آية محكمة، أو سنة قائمة، أو فريضة عادلة» — «знание три: ясный аят, или устойчивая сунна, или справедливый фард», где قائمة (кайима) означает постоянный, непрерывный. В других хадисах говорится о стойкости и постоянстве в делах, например: «لو لم تكله قام لكم» — «если бы ты не оставил его, он бы стоял за вас», то есть оставался бы постоянным и надёжным. В хадисах также упоминается, что завершение молитвы (قيام الصلاة) означает либо начало её, либо присутствие молящихся. В хадисе Умара говорится о «العين القائمة» — «стоячем глазе», то есть глазе, который остаётся здоровым и видящим, несмотря на повреждения. В хадисе Абу Дарда говорится: «رب قائم مشكور له، ونائم مغفور له» — «многие бодрствующие получают благодарность, а спящие — прощение», то есть тот, кто молится ночью, получает награду, а тот, кто спит, прощение за него. В хадисах также описывается, что слово قائم может означать выравнивание ряда в молитве, то есть завершение и совершенство её.