Пророк ﷺ установил заклание [жертвенного животного] стоя, следуя буквальному смыслу слов Всевышнего: «А когда они падут на свои боки» (сура «Хадж», 36) — ведь «вуджуб» означает падение, а его осуществление явнее происходит именно в положении стоя. Он сказал: доказательство словами Всевышнего: «Так упоминайте же имя Аллаха над ними, когда они стоят рядами» — ещё более очевидно. Ибн Аббас разъяснил это его слово так: стоя на трёх ногах, а это возможно лишь при сгибании колена, причём предпочтительнее — левого, следуя примеру [Пророка ﷺ]. Передал это Абу Дауд с достоверным иснадом по условию Муслима. Он сказал: итог таков, что стояние предпочтительнее, а если это неудобно, то сидение предпочтительнее лежания на боку. Конец цитаты.
2 — (Из их числа): в этом — обучение несведущего и недопустимость молчания при отступлении от сунны, даже если это дозволенное [действие].
3 — (Из их числа): слово сподвижника «из сунны — то-то» получает статус возведённого к Пророку по решению обоих шейхов [аль-Бухари и Муслима], поскольку они оба приводили в качестве довода этот хадис в своих «Сахихах», как сказано в «Альфийе хадиса»:
«И пусть будет придан статус возведённого при верном [понимании] — подобно [словам] «из сунны» при верном [понимании]».
А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и конечный исход.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах. И помощь мне только от Аллаха. На Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(62) — (Глава о желательности отправки жертвенного животного в Харам для того, кто не намерен отправляться туда лично, о желательности украшения его [подвесками-]гирляндами, о плетении этих гирлянд, и о том, что отправляющий его не становится находящимся в состоянии ихрама, и ничто не становится для него запретным по этой причине)
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3195] (1321) — «Передали нам Яхья ибн Яхья и Мухаммад ибн Румх, они сказали: сообщил нам аль-Лейс (ح) и передал нам Кутайба: передал нам Лейс от Ибн Шихаба, от Урвы ибн аз-Зубайра и Амры бинт Абд ар-Рахман, что Аиша сказала: «Посланник Аллаха ﷺ отправлял жертвенных животных из Медины, и я плела гирлянды для его жертвенных животных, а он затем не воздерживался ни от чего из того, от чего воздерживается находящийся в ихраме»».
Передатчики этого иснада: восемь [человек]:
1 — (Яхья ибн Яхья) ат-Тамими, упомянутый ранее.
2 — (Мухаммад ибн Румх) ибн аль-Мухаджир, упомянут недавно.
3 — (аль-Лейс) ибн Саад, также упомянут недавно.
4 — (Кутайба) ибн Саид, упомянут перед этой главой.
5 — (Ибн Шихаб) Мухаммад ибн Муслим, упомянут недавно.
6 — (Урва ибн аз-Зубайр) также упомянут недавно.
7 — (Амра бинт Абд ар-Рахман) аль-Ансария аль-Мадания, надёжная (10-й разряд), умерла до наступления ста [лет по хиджре] или после этого. Передана от неё [в шести сборниках] (‘). Её [биография] приведена ранее в «Шарх аль-мукаддима», часть 2, с. 417.
8 — (Аиша) (да будет доволен ею Аллах), упомянута недавно.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из их числа): этот хадис относится к пятизвенным иснадам составителя (да помилует его Аллах), и у него здесь два иснада, разделённых способом перехода [«тахвиль»] из-за различия в способе получения и передачи [хадиса].
2 — (Из их числа): передатчики этого иснада — передатчики [сборников] «аль-Джама‘а», за исключением двух его шейхов: Яхьи, от которого не передавали Абу Дауд и Ибн Маджа, и Ибн Румха, от которого передавали только он [Муслим] и Ибн Маджа.
3 — (Из их числа): этот иснад «мусальсаль» [непрерывной цепью] через мединцев, начиная от Ибн Шихаба, и в нём — передача одного последователя от другого последователя и от последовательницы.
Разъяснение хадиса:
(От Урвы ибн аз-Зубайра и Амры бинт Абд ар-Рахман) аль-Ансарии (что Аиша) (да будет доволен ею Аллах) (сказала: «Посланник Аллаха ﷺ отправлял [«йухди»]») — с даммой в начале, от четырёхбуквенного глагола «ихда'». Говорят: «ахдайту ли-р-раджули кяза» с алифом — когда посылаешь кому-либо что-то в качестве почётного дара, и это называется «хадия» с усилением [буквы], и не иначе. А «ахдайту иля-ль-харам» означает: «погнал [животное для жертвоприношения]». Так сказал аль-Фаюми (да помилует его Аллах). («из Медины») пророческой («и я плела [«афтилу»]») от глагольной формы «баба дараба». Говорят: «фаталяху» — свил, скрутил его, как и «фаттиляху» с усилением [буквы] («гирлянды для его жертвенных животных») — множественное число от «кыляда» [гирлянда]: это то, что надевается на шею. В этом риваяте не уточнён вид гирлянд, но далее придёт риваят Ибн Аун от аль-Касима от Аиши (да будет доволен ею Аллах), которая сказала: «Я сплела эти гирлянды из шерсти, что была у нас», а в формулировке аль-Бухари: «сплела её гирлянды из шерсти, что была у меня» («а он затем не воздерживался ни от чего из того, от чего воздерживается находящийся в ихраме») то есть от запретов ихрама. Она имеет в виду, что он ﷺ отправлял жертвенное животное в Мекку украшенным гирляндами, а затем оставался в Медине в дозволенном состоянии, не воздерживаясь ни от чего из того, от чего воздерживается находящийся в ихраме. Этим она хотела возразить Ибн Аббасу (да будет доволен им Аллах) и другим, которые придерживались иного мнения, как об этом будет разъяснено далее, если пожелает Всевышний Аллах. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и конечный исход, и у Него просим помощи, и на Него упование.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Аиши (да будет доволен ею Аллах) согласован [между аль-Бухари и Муслимом].
(Второй вопрос): о его выведении:
Его вывел (составитель) здесь [62/3195, 3196, 3197, 3198, 3199, 3200, 3201, 3202, 3203, 3204, 3205, 3206, 3207, 3208] (1321), и (аль-Бухари) в «Хадж» (1696, 1698, 1699, 1700, 1701, 1702, 1703, 1704, 1705), «аль-Вакаля» (2317), «аль-Адахи» (5566), и (Абу Дауд) в «аль-Манасик» (1755, 1757, 1758, 1759), и (ат-Тирмизи) в «аль-Хадж» (909), и (ан-Насаи) в «Манасик аль-хадж» (5/170, 171, 172, 173, 174, 175) и «аль-Кубра» (2/36, 363), и (Ибн Маджа) в «аль-Манасик» (3094, 3095, 3096, 3098), и (Малик) в «аль-Муватта» (1/341), и (аль-Хумайди) в «аль-Мусанад» (1/107), и (Ахмад) в «аль-Мусанад» (6/82, 91, 174, 191, 253, 262), и (Ибн Хузайма) в «Сахих» (2573, 2608), и (Ибн Хиббан) в «Сахих» (4009, 4010, 4011, 4012, 4013), и (Ибн аль-Джаруд) в «аль-Мунтака» (112), и (Абу Нуайм) в «аль-Мустахрадж» (3/395), и (ад-Дарими) в «Сунан» (1911, 1935, 1936), и (ат-Табарани) в «аль-Авсат» (1/120), и (Абу Яъла) в «аль-Мусанад» (8/357), и (Ибн Рахавайх) в «аль-Мусанад» (1/191, 3/843), и (ат-Тахави) в «Шарх маани аль-асар» (2/266), и (аль-Байхаки) в «аль-Кубра» (5/234), и (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (1890, 1891). А Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о пользах, [извлекаемых из хадиса] (1):
1 — (Из их числа): разъяснение желательности отправки жертвенного животного в Харам, даже если отправитель не выехал вместе с ним и не вступил в ихрам в тот год.
Хафиз Вали ад-Дин аль-Ираки (да помилует его Аллах) сказал: [Если скажешь]: в «Сахихе» аль-Бухари от Аиши (да будет доволен ею Аллах) [передано]: «Я сплела для жертвенного животного Пророка ﷺ — то есть гирлянды — прежде чем он вступил в ихрам», что подразумевает, что он вступил в ихрам после этого.
[Отвечу]: возможно, что она имела в виду — прежде того года, в котором он вступил в ихрам, и возможно, что в этом риваяте она сообщила о его положении в год его ихрама, а в другом риваяте — о его положении в другой год. А то, что он совершил это в год, когда сам не вступал в ихрам, явно указывается её словами (да будет доволен ею Аллах) в риваяте Амры от неё: «Затем он отправил его с моим отцом», и это [есть] в обоих «Сахихах», и имеется в виду, что он отправил его со своим отцом, Абу Бакром ас-Сиддиком (да будет доволен им Аллах), во время его хаджа в девятом году [хиджры]. И также в «Сахихе»: «Затем он отправил его к Дому [Каабе], а сам остался в Медине», и это прямо указывает на то, что мы упомянули. Конец цитаты (2).
2 — (Из их числа): желательность украшения жертвенного животного гирляндами, то есть надевания на его шею того, по чему определяют, что это жертвенное животное. Это единогласно [признано] в отношении верблюдов и коров, но разошлись во мнениях относительно украшения овец [гирляндами], и разъяснение этого разногласия последует далее, если пожелает Всевышний Аллах.
3 — (Из их числа): разъяснение желательности установленности плетения гирлянд.
4 — (Из их числа): разъяснение того, что отправляющий его не становится находящимся в ихраме, и ничто дозволенное не становится для него запретным по этой причине.
5 — (Из их числа): допустимость того, что человек использует свою жену для плетения гирлянд и подобной этому службы, которую выполняет женщина.
6 — (Из их числа): желательно, если отправляют жертвенное животное [без сопровождения], сделать на нём надрез [«ишъар»] и надеть гирлянду ещё из дома, а если же берут его с собой, то желательно отложить это до миката, когда вступают в ихрам, как поступил Пророк ﷺ в умре Худайбии и в хадже прощания.
(١) имеются в виду пользы хадиса Аиши (да будет доволен ею Аллах) с учётом различий его риваятов в этой главе.
(٢) «Тарх ат-Тасриб фи шарх ат-Такриб», 5/150.
7 — Из их числа: то, что сказал Вали ад-Дин (да помилует его Аллах): то, о чём мы упомянули относительно желательности надевания ожерелья на жертвенное животное (хадй), — я видел, что наши учёные, то есть шафииты, упоминали это в отношении добровольного жертвенного животного и обетного.
Маликиты же разделили кровные жертвы хаджа на «хадй» и «нусук» и сказали: хадй — это возмещение за охоту и то, что становится обязательным из-за недостатка в хадже или умре, как кровь киран, таматту', порчи, упущения и прочего. А нусук, по их словам, — это то, что становится обязательным для устранения небрежности (тафас) и стремления к облегчению от запретного, восполнимого через жертву. Надевание ожерелья они отнесли к сунне хадй.
Ханафиты сказали: надевание ожерелья бывает только на хадй таматту', добровольный хадй и хадй киран, но не на кровь ихсара (задержания), близости (джима') и правонарушений. Они провели различие между ними тем, что первое — кровь нусука, а в надевании ожерелья — проявление его и оглашение, что ему подобает, тогда как второе имеет причиной правонарушение, а сокрытие более подобает ему. Они сказали: кровь ихсара допустима, поэтому она была присоединена к ним. Ибн Хазм передал это разделение от Абу Ханифы, а затем сказал: Малик и аш-Шафии сказали: ожерелье надевается на любое жертвенное животное, и делается надрез (ишъар); он сказал: это верно ввиду общности деяния Пророка ﷺ, и это же передано от Абу Ханифы.
Вали ад-Дин возразил ему, сказав: в том, что он изложил, есть сомнение; ведь в деянии Пророка ﷺ нет общности, а жертвенное животное, которое он вёл с собой, было лишь добровольным, а не относилось к какой-либо из упомянутых обязательных кровных жертв. Обязательные же кровные жертвы не ведут с хаджем с самого начала, поскольку неизвестно, произойдёт ли то, что их обязывает, или нет. И я не видел, чтобы наши учёные, то есть шафииты, касались этого, как было указано ранее, так что это следует уточнить. Конец.
Собиратель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: то, что представляется мне очевидным, — это что надевание ожерелья и надрез передаются только в отношении добровольного жертвенного животного, кираном и таматту', а относительно правонарушений это не передано. Так что то, что сказали ханафиты, представляется более очевидным, а Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возврат и место упокоения.
(Четвёртый вопрос): о разногласии учёных относительно положения надевания ожерелья на овец:
Знай, что они разошлись во мнениях о желательности надевания ожерелья на овец. Аш-Шафии, Ахмад и большинство сказали, что это желательно. Ибн Абу Шайба передал это от Аиши и от Ибн Аббаса: «Я видел, как овец приводили с надетым ожерельем», а от Абу Джафара: «Я видел баранов с надетыми ожерельями», а от Абдуллаха ибн Убайда ибн Умайра: «Овце надевали ожерелье», а от Атаа: «Я видел людей из числа сподвижников Пророка ﷺ, которые вели овец с надетыми ожерельями». Ибн аль-Мунзир передал это от Исхака и Абу Саура, сказав: я держусь этого мнения, и к этому склонился Ибн Хабиб из числа маликитов.
Другие же считали, что на них не надевают ожерелье, как на них не делают надрез, — это мазхаб Абу Ханифы и Малика; Ибн аль-Мунзир передал это от сторонников умозрительного мнения (асхаб ар-раъй). Ибн Абу Шайба передал это от Ибн Умара и Саида ибн Джубайра, и с этим согласуются слова аль-Бухари, ибо он озаглавил главу к этому хадису: «Скручивание ожерелий для верблюдов и коров», отнеся хадис к ним двоим и не упомянув овец, — сказал так Вали ад-Дин (да помилует его Аллах).
Собиратель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: то, что он сказал об аль-Бухари, неверно, ибо аль-Бухари через две главы озаглавил главу о надевании ожерелья на овец, сказав: «Глава о надевании ожерелья на овец».
Хафиз (Ибн Хаджар) упомянул эти слова Вали ад-Дина, не назвав его имени прямо, сказав: некоторые из поздних учёных заключили из того, что аль-Бухари в этом заголовке ограничился верблюдами и коровами, что он согласен с Маликом и Абу Ханифой в том, что овцам не надевают ожерелье, и этот поздний учёный упустил из виду, что аль-Бухари выделил отдельный заголовок для надевания ожерелья на овец через несколько глав, по своему обычаю разделять положения по заголовкам. Конец слов хафиза (да помилует его Аллах).
В «Фатхе» сказано: Ибн аль-Мунзир сказал: Малик и сторонники умозрительного мнения отвергли надевание на них ожерелья, — и добавил: как будто до них не дошёл этот хадис, и мы не нашли для них никакого доказательства, кроме слов некоторых из них, что овца слишком слаба для ожерелья, но это слабое доказательство, ибо цель надевания ожерелья — это знак, а они согласны, что на неё не делают надрез, поскольку она слишком слаба для этого, — так пусть же ей надевают ожерелье тем, что не ослабляет её. Ханафиты изначально говорят, что овцы не относятся к жертвенным животным (хадй), так что хадис является доводом против них с другой стороны.
Ибн Абд аль-Барр сказал: тот, кто не считал желательным жертвовать овцами, приводил в качестве доказательства то, что он ﷺ совершил хадж лишь один раз и не жертвовал в нём овцами. Конец.
Хафиз сказал: я не знаю, в чём смысл доказательства из этого; ведь хадис главы указывает на то, что он отправил их и остался сам, и это было определённо до его хаджа, так что нет противоречия между действием и оставлением, ибо простое оставление не указывает на отмену допустимости.
Затем — кто из сподвижников прямо заявил, что среди его жертвенных животных в его хадже не было овец, — так, чтобы этим можно было обоснованно доказывать? Затем Ибн аль-Мунзир привёл через путь Атаа, Убайдуллаха ибн Абу Язида, Абу Джафара Мухаммада ибн Али и других, которые сказали: мы видели, как приводили овец с надетыми ожерельями. И у Ибн Абу Шайбы подобное передано от Ибн Аббаса.
И цель этого — возражение тому, кто утверждал наличие иджмы (единого мнения) об оставлении жертвования овцами и надевания на них ожерелья.
Некоторые из противников сочли хадис главы имеющим изъян, поскольку аль-Асвад один передал от Аиши о надевании ожерелья на овец, а прочие передатчики от неё, из её домочадцев и других, этого не передавали. Ибн аль-Мунзир и другие сказали: это не изъян, ибо он — надёжный, память хороший передатчик, и одиночная передача ему не вредит. Конец.
И передано от некоторых, что они истолковали этот хадис так, что смысл его — она сплетала ожерелья для жертвенного животного из овец, то есть из овечьей шерсти, но это толкование отвергается риваятом аль-Асвада от Аиши (да будет доволен ею Аллах): «Посланник Аллаха ﷺ однажды пожертвовал в Дом (Каабу) овец и надел на них ожерелье», — таков текст у Муслима; в другом его тексте: «Мы надевали ожерелье на овец и отправляли их, а Посланник Аллаха ﷺ был в состоянии дозволенности, не запретив себе ничего из этого». А в тексте аль-Бухари: «Я сплетала ожерелья для Пророка ﷺ, и он надевал их на овец». А текст Абу Дауда: «Посланник Аллаха ﷺ пожертвовал овец с надетыми ожерельями».
Собиратель (да простит его Всевышний Аллах) говорит: это толкование, которое сказал этот некто, несостоятельно, ибо эти формулировки не допускают его, и Всевышний Аллах — помощник в этом.
Итог дела в том, что истина — то, на чём стоит большинство, а именно желательность надевания ожерелья на овец, как и на прочие жертвенные животные, ввиду достоверности хадисов этой главы. Так что смотри с беспристрастностью и не будь пленником следования без рассуждения, а Всевышний Аллах лучше знает истину, и к Нему возврат и место упокоения.
(Пятый вопрос): о разногласии учёных относительно того, вызывает ли надевание ожерелья на жертвенное животное и его отправка ихрам (состояние вступления в хадж) или нет:
Большинство учёных из предшественников и последователей, включая четырёх имамов, считали, что тот, кто отправляет жертвенное животное к Каабе, не становится вошедшим в ихрам одним лишь этим и на него не распространяется положение ихрама, и ему не обязательно избегать чего-либо из того, что избегает вошедший в ихрам, будь то надето ожерелье на его жертвенное животное или не надето.
А одна группа считала, что он этим становится вошедшим в ихрам. Ибн аль-Мунзир сказал: Ибн Умар говорил: если он надел ожерелье на своё жертвенное животное, то он вошёл в ихрам, — и так сказали ан-Нахаи и аш-Шаби; Атаа сказал: мы слышали это; а ас-Саури, Ахмад и Исхак сказали: если он надел ожерелье на своё жертвенное животное, то он вошёл в ихрам, — и так сказали ан-Нахаи и аш-Шаби; Атаа сказал: это стало для него обязательным, и так сказали сторонники умозрительного мнения. Конец.
Вали ад-Дин (да помилует его Аллах) сказал: итог его слов — два мнения: первое — что он становится вошедшим в ихрам, второе — что ихрам становится для него обязательным; а Ибн аль-Мунзир считал их одним мнением, ибо после этого он сказал: и есть третье мнение, — и передал известный мазхаб. И как будто под последними двумя подразумевалось: положение ихрама стало для него обязательным, поскольку он уже стал вошедшим в ихрам, — и в таком случае оба высказывания сливаются в одно.
Аль-Хаттаби передал от сторонников умозрительного мнения, выводя из того, что было передано от них ранее: если у него не было намерения, то он вправе выбирать между хаджем и умрой.
Ибн Абу Шайба передал, что если он надел ожерелье на своё жертвенное животное, то он вошёл в ихрам, — от Ибн Умара, Ибн Аббаса, аш-Шаби, Саида ибн Джубайра, Саада ибн Кайса и Маймуна ибн Абу Шабиба; а что если он надел ожерелье, то ихрам стал для него обязательным, — от Ибн Аббаса. И это указывает на то толкование, которое я привёл ранее, и что под обеими формулировками подразумевается одно и то же, поскольку обе они переданы от Ибн Аббаса.
Ибн Абу Шейба передал, что если человек надел ожерелье на жертвенное животное, желая при этом вступить в состояние ихрама, то он уже вступил в ихрам, — от Ибн Аббаса, Абу аш-Шасса, Атаа, Тавуса и Муджахида. И что если он надел ожерелье, желая вступить в ихрам, то ихрам становится для него обязательным, — от Ибрахима ан-Наха‘и. Так же передал аль-Хаттаби от Суфьяна ас-Саури, Ахмада и Исхака, что если человек намеревался совершить хадж и надел ожерелье на жертвенное животное, то ихрам становится для него обязательным.
В этом последнем упомянутом мнении есть оговорка о том, что человек должен желать вступить в ихрам. Если не сводить первое безусловное высказывание к этой второй оговорке и различать между «вступлением в ихрам» и «обязательностью ихрама», то получаются ещё два мнения в дополнение к первым двум. А на то, что это не обусловлено намерением вступить в ихрам, указывает то, что передал Ибн Абу Шейба от Рабиа ибн Абдуллаха ибн аль-Худайра: он видел Ибн Аббаса, когда тот был правителем Басры, обнажённым (без верхней одежды) на минбаре Басры, и спросил людей об этом. Они сказали: он велел, чтобы его жертвенное животное было украшено ожерельем, поэтому он и обнажился. Затем я встретил Ибн аз-Зубайра и рассказал ему об этом, и он сказал: «Новшество, клянусь Господом Каабы!»
Также передал Ибн Абу Шейба от Атаа и Ибн Абу аль-Асвада, которые сказали: «Ему не следует надевать ожерелье и не входить в ихрам, разве что если он захочет — на день или два». (Это пятое мнение.)
Суть его в том, что с надеванием ожерелья на него становится обязательным ихрам, но он может отложить его на день или два. Также передал Ибн Абу Шейба от аль-Хасана аль-Басри, что если это было сделано в месяцы хаджа, то хадж становится обязательным, а если в другие месяцы — не становится обязательным. (Это шестое мнение.)
Также передал Ибн Абу Шейба от Саида ибн аль-Мусаййиба и аль-Хасана аль-Басри, что тот, кто отправил своё жертвенное животное, не обязан воздерживаться от того, от чего воздерживается вступивший в ихрам, кроме ночи Джам‘ (Муздалифы), когда он должен воздерживаться от женщин. (Это седьмое мнение.)
Также передал Ибн Абу Шейба от Умара, Али, Ибн Аббаса и Ибн Умара, что если человек отправляет своё жертвенное животное, он воздерживается от того, от чего воздерживается вступивший в ихрам, кроме того, что он не произносит тальбию. Это (восьмое мнение), поскольку здесь это не обусловлено надеванием ожерелья, и не сказано, что он находится в ихраме или что ихрам стал для него обязательным, а сказано лишь, что он воздерживается от того, от чего воздерживается вступивший в ихрам. Это же передано в «Сахихе» Муслима от Ибн Аббаса, который сказал: «Кто отправил жертвенное животное, тому запрещается то, что запрещается паломнику, до тех пор пока жертвенное животное не будет зарезано». Это наиболее достоверное из того, что передано от Ибн Аббаса в этом вопросе, а Аллах знает лучше.
Также передал Ибн Абу Шейба от Джафара ибн Мухаммада, что если человек отправляет своё жертвенное животное и назначает им день, то в тот день, который он назначил для нанесения метки (ишъар), он воздерживается от того, от чего воздерживается вступивший в ихрам, кроме того, что не произносит тальбию. Это подобно предыдущему мнению именно в отношении воздержания, но отличается тем, что он не связывает это с одним лишь отправлением, а требует непременно вместе с этим и нанесения метки. Это (девятое мнение).
Также передал Ибн Абу Шейба от Мухаммада ибн Сирина, который сказал: если человек отправляет жертвенное животное, он велит тому, кто отправляется с ним, надеть ожерелье в такой-то день, начиная с этого дня, — и тогда он воздерживается от некоторых вещей, от которых воздерживается вступивший в ихрам. Это (десятое мнение), поскольку запрет здесь не распространяется в равной мере на всё, от чего избегает вступивший в ихрам, а устанавливается лишь в отношении некоторых вещей, а не всех.
И знай, что все, кто связывал это положение с надеванием ожерелья, связывали его также и с нанесением метки (ишъар), — это входит в тот же смысл.
Итак, это десять единичных (шаддз) мнений, если их не толковать и не свести к одному мнению. А слова ан-Навави указывают на необходимость такого толкования. Он сказал в «Шарх Муслим», разбирая этот хадис: «В нём указание на то, что тот, кто отправил своё жертвенное животное, не становится вступившим в ихрам, и ему не запрещается ничего из того, что запрещается вступившему в ихрам. Это наш мазхаб и мазхаб всех учёных, кроме одного риваята, переданного от Ибн Аббаса, Ибн Умара, Атаа и Саида ибн Джубайра». Аль-Хаттаби передал это также от асхаб ар-ра’й (последователей рационалистического мазхаба), что если человек это сделал, ему обязательно избегать того, что избегает вступивший в ихрам, но он не становится вступившим в ихрам без намерения вступить в ихрам.
И он сказал в «Шарх аль-Мухаззаб»: «Если человек надел ожерелье на своё жертвенное животное или нанёс метку, он не становится этим вступившим в ихрам, а становится вступившим в ихрам лишь с намерением вступить в ихрам. Это наш мазхаб и мазхаб всех учёных». Шейх Абу Хамид передал от Ибн Аббаса и Ибн Умара, что человек становится вступившим в ихрам одним лишь надеванием ожерелья на жертвенное животное, но в этом есть неточность. Мазхаб Ибн Аббаса на самом деле в том, что если человек надел ожерелье на своё жертвенное животное, ему запрещается то, что запрещается вступившему в ихрам, до тех пор пока его жертвенное животное не будет зарезано. Таков же мазхаб Ибн Умара, если от него достоверно передано что-либо в этом вопросе». На этом заканчиваются его слова. В «Шарх Муслим» он упомянул отправление жертвенного животного, а в «Шарх аль-Мухаззаб» — надевание на него ожерелья. Конец слов Вали ад-Дина (да помилует его Аллах) (1).
Он сказал в «Фатх», при разборе того, как Аиша возразила Ибн Аббасу (да будет доволен Аллах ими обоими), следующее: сказал Ибн ат-Тин: «Ибн Аббас в этом разошёлся со всеми правоведами. Аиша привела в качестве доказательства поступок Пророка ﷺ, и то, что она об этом передала, должно быть принято к следованию. Возможно, Ибн Аббас отступил от этого мнения». На этом заканчиваются его слова.
Хафиз сказал: в этом есть недостаточность, ибо Ибн Аббас не был единственным в этом мнении, — оно установлено также от группы сподвижников, среди них Ибн Умар. Это передал Ибн Абу Шейба от Ибн Улаййа, от Аюба, и Ибн аль-Мунзир по пути Ибн Джурайджа, оба — от Нафи‘: «Ибн Умар, когда отправлял жертвенное животное, воздерживался от того, от чего воздерживается вступивший в ихрам, кроме того, что не произносил тальбию». Среди них также Кайс ибн Саад ибн Убада, — это привёл Саид ибн Мансур по пути Саида ибн аль-Мусаййиба от него в том же смысле. И передал Ибн Абу Шейба по пути Мухаммада ибн Али ибн аль-Хусейна, от Умара и Али, что они оба сказали о человеке, отправляющем своё верблюжье жертвенное животное: «Он воздерживается от того, от чего воздерживается вступивший в ихрам». Этот иснад прерванный (мункатиъ). Ибн аль-Мунзир сказал: «Умар, Али, Кайс ибн Саад, Ибн Умар, Ибн Аббас, ан-Наха‘и, Атаа, Ибн Сирин и другие сказали: кто отправил жертвенное животное и остался (дома), тому запрещается то, что запрещается вступившему в ихрам».
А Ибн Масуд, Аиша, Анас, Ибн аз-Зубайр и другие сказали: «Он этим не становится вступившим в ихрам». К этому склонились правоведы разных областей (амсар).
Из доказательств первых — то, что передал ат-Тахави и другие по пути Абд аль-Малика ибн Джабира, от его отца, который сказал: «Я сидел рядом с Пророком ﷺ, и он разрезал свою рубашку от воротника, пока не вывел её через ноги, и сказал: «Мне было велено, чтобы моё жертвенное животное, которое я отправил, было украшено ожерельем сегодня и получило метку в таком-то месте. Я надел свою рубашку и забыл, и не смог вывести рубашку через голову...»» — и далее хадис. В этом нет доказательства, поскольку его иснад слаб, однако приписывание одному лишь Ибн Аббасу этого мнения — ошибка.
Саид ибн аль-Мусаййиб склонился к тому, что человек не обязан избегать чего-либо из того, что избегает вступивший в ихрам, кроме половой связи в ночь Джам‘ (Муздалифы). Это передал от него Ибн Абу Шейба с достоверным иснадом.
Да, от аз-Зухри передано то, что указывает на то, что дело в итоге устоялось на мнении, противоречащем сказанному Ибн Аббасом. В версии Абу аль-Йамана, от Шуайба, от него, — это же привёл аль-Байхаки по этому же пути, — он сказал: «Первой, кто снял слепоту с глаз людей и разъяснил им сунну в этом вопросе, была Аиша». Далее он привёл хадис от Урвы и Амры, от неё. Он сказал: «Когда до людей дошло высказывание Аиши, они приняли его и оставили фетву Ибн Аббаса».
Группа правоведов, известных своими фетвами, склонилась к тому, что тот, кто пожелал совершить обряд (насук), становится вступившим в ихрам одним лишь надеванием ожерелья на жертвенное животное. Это передал Ибн аль-Мунзир от ас-Саури, Ахмада и Исхака. Он сказал: «А асхаб ар-ра’й сказали: кто повёл жертвенное животное и направился к Дому (Каабе), а затем надел ожерелье, тому становится обязательным ихрам». Он сказал: «А большинство (джумхур) сказали: он не становится вступившим в ихрам надеванием ожерелья на жертвенное животное, и ему ничего не становится обязательным». Аль-Хаттаби передал от асхаб ар-ра’й мнение, подобное мнению Ибн Аббаса, но это ошибка в отношении их, — ат-Тахави лучше знает о них, чем он. Возможно, аль-Хаттаби посчитал, что эти два вопроса равнозначны». На этом заканчиваются слова Хафиза (да помилует его Аллах) (1).
Собиратель (составитель этого труда), да простит его Аллах Всевышний, говорит: из приведённых мнений и их доводов выяснилось, что наиболее верным является мнение большинства (джумхур): надевание ожерелья на жертвенное животное не влечёт обязательности ихрама и не запрещает ничего. Поэтому тот, кто отправляет жертвенное животное, не обязан ни вступать в ихрам, ни избегать чего-либо из того, что избегает вступивший в ихрам, — на основании хадиса Аиши (да будет доволен ею Аллах), переданного согласованно (аль-муттафак алейх), который прямо об этом свидетельствует. А что касается остальных мнений, то на них нет доказательства, поэтому на них вообще не следует обращать внимания. Прояви же справедливость и рассуди, а Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему обращение и возвращение.
По непрерывному иснаду, восходящему к имаму Муслиму ибн аль-Хаджаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3196] (...) — (И передал мне это также Харамала ибн Яхья, сообщил нам Ибн Вахб, сообщил мне Юнус, от Ибн Шихаба, с этим же иснадом, подобно этому).
Передатчики этого иснада: четверо:
1 — (Харамала ибн Яхья) — упомянут недавно.
2 - (Ибн Вахб) — Абдуллах, был упомянут ранее.
3 - (Йунус) ибн Йазид аль-Айлий, был упомянут ранее.
А «Ибн Шихаб» упоминался прежде него.
[Примечание]: этот риваят Йунуса от Ибн Шихаба привёл Абу Нуайм в своём «Мустахридже» (3/395), сказав:
(3048) — рассказал нам Абу Амр ибн Хамдан, рассказал нам аль-Хасан ибн Суфьян, рассказал нам Харамала ибн Йахья, и рассказал нам Мухаммад ибн Ибрахим, рассказал нам Мухаммад ибн аль-Хасан, рассказал нам Харамала ибн Йахья, рассказал нам Ибн Вахб: сообщил мне Йунус от Ибн Шихаба, от Урвы и Амры, что Аиша сказала: «Я плела ожерелья для жертвенных животных Посланника Аллаха ﷺ, и мы отправляли жертвенное животное с ожерельем, а он оставался в Медине, и после этого он не воздерживался ни от чего до тех пор, пока не была принесена его жертва». Конец. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Передают по непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да будет милостив к нему Аллах), упомянутого в начале книги, который сказал:
[3197] (…) — (И передал нам это Саид ибн Мансур и Зухайр ибн Харб, они сказали: рассказал нам Суфьян от аз-Зухри, от Урвы, от Аиши, от Пророка ﷺ (х). И рассказали нам Саид ибн Мансур, Халаф ибн Хишам и Кутайба ибн Саид, они сказали: сообщил нам Хаммад ибн Зайд от Хишама ибн Урвы, от его отца, от Аиши, которая сказала: «Как будто я вижу себя плетущей ожерелья для жертвенных животных Посланника Аллаха ﷺ» — подобным образом).
Передатчики этого иснада: десять:
1 - (Саид ибн Мансур) Абу Усман аль-Хурасани, затем аль-Мекки, надёжный (сика), составитель [10] (умер в 227 г. или позже) (входит в «Аль-Джамиа»), был упомянут в «Книге веры», 61/338.
2 - (Зухайр ибн Харб) был упомянут за две главы до этого.
3 - (Суфьян) ибн Уяйна, был упомянут также за две главы до этого.
4 - (Халаф ибн Хишам) аль-Баззар аль-Мукри аль-Багдади, надёжный [10] (умер в 229 г.) (Муслим, Абу Дауд), был упомянут в «Книге веры», 6/124.
5 - (Хаммад ибн Зайд) был упомянут недавно.
6 - (Хишам ибн Урва) был упомянут также недавно.
Остальные были упомянуты прежде него.
Его слово («как будто я вижу себя и т. д.») означает, что то состояние как будто предстаёт перед моим взором сейчас, не исчезая из моего зрения.
[Примечание]: риваят Суфьяна ибн Уяйны от аз-Зухри привёл Абу Нуайм (да будет милостив к нему Аллах) в своём «Мустахридже» (3/395), сказав:
(3049) — рассказал нам Мухаммад ибн Ахмад ибн аль-Хасан, рассказал нам Бишр ибн Муса, рассказал нам аль-Хумайди (х), и рассказал нам Фарук, рассказал нам Абу Муслим аль-Кашши, рассказал нам ар-Рамади, они оба сказали: рассказал нам Суфьян, рассказал нам аз-Зухри от Урвы, от Аиши, которая сказала: «Я плела жертвенных животных Посланника Аллаха ﷺ этими своими руками, а затем он не воздерживался от того, от чего воздерживается находящийся в состоянии ихрама». Конец.
А риваят Хаммада ибн Зайда от Хишама привёл также Абу Нуайм в своём «Мустахридже» (3/395), сказав:
(3050) — рассказал нам Абу Мухаммад ибн Хайян, рассказал нам аль-Фирьяби, рассказал нам Кутайба (х), и рассказал нам Джафар ибн Мухаммад, рассказал нам Абу Хусайн, рассказал нам Йахья аль-Химмани, они оба сказали: рассказал нам Хаммад ибн Зайд от Хишама ибн Урвы, от его отца, от Аиши, которая сказала: «Как будто я вижу себя плетущей ожерелья для жертвенных животных Посланника Аллаха ﷺ, а затем он не воздерживался ни от чего из того, от чего воздерживается находящийся в состоянии ихрама». Конец. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Передают по непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да будет милостив к нему Аллах), упомянутого в начале книги, который сказал:
[3198] (…) — (И рассказал нам Саид ибн Мансур, рассказал нам Суфьян от Абд ар-Рахмана ибн аль-Касима, от его отца, который сказал: я слышал, как Аиша говорила: «Я плела ожерелья для жертвенных животных Посланника Аллаха ﷺ этими своими руками, а затем он ни от чего не удалялся и ничего не оставлял»).
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 - (Абд ар-Рахман ибн аль-Касим) ибн Мухаммад ат-Тайми, Абу Мухаммад аль-Мадани, надёжный, значительный, достойный [6] (умер в 126 г. или позже) (входит в «Аль-Джамиа»), был упомянут в «Книге о менструации», 27/822.
2 - (Его отец) аль-Касим ибн Мухаммад ибн Абу Бакр ас-Сиддик ат-Тайми аль-Мадани, надёжный, твёрдый, знаток фикха, из числа старших [3] (умер в 106 г.) (входит в «Аль-Джамиа»), был упомянут в «Книге о менструации», 3/695.
Остальные были упомянуты прежде него, а «Суфьян» — это Ибн Уяйна.
Хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом), и его разбор, и разъяснение его вопросов уже прошли в толковании первого хадиса этой главы. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Передают по непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да будет милостив к нему Аллах), упомянутого в начале книги, который сказал:
[3199] (…) — (И рассказал нам Абдуллах ибн Масляма ибн Каанаб, рассказал нам Афлах от аль-Касима, от Аиши, которая сказала: «Я плела ожерелья для жертвенных верблюдов Посланника Аллаха ﷺ своими руками, затем пометила их и надела на них ожерелья, затем отправил их к Дому, а сам оставался в Медине, и ничто не стало для него запретным из того, что было для него разрешённым»).
Передатчики этого иснада: четверо:
1 - (Абдуллах ибн Масляма ибн Каанаб) аль-Кааноби аль-Хариси, Абу Абд ар-Рахман аль-Басри/аль-Мадани — он прожил в ней некоторое время, — надёжный, благочестивый, из числа младших [9] (умер в 221 г.) в Мекке (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи), был упомянут в «Книге очищения», 17/617.
2 - (Афлах) ибн Хумайд ибн Нафи аль-Ансари, Абу Абд ар-Рахман аль-Мадани, надёжный [7] (умер в 158 г. или позже) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа), был упомянут в «Книге о менструации», 9/737.
Остальные двое были упомянуты прежде него, а «аль-Касим» — это ибн Мухаммад.
[Примечание]: из тонкостей этого иснада то, что он относится к четырёхзвенным иснадам автора, и это (199)-й из четырёхзвенных иснадов книги.
Его слово («был для него разрешённым») — а в другой версии: «был для него разрешённым (халялом)».
Хадис согласован (между аль-Бухари и Муслимом), и его разбор, и разъяснение его вопросов уже приводились прежде. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Передают по непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да будет милостив к нему Аллах), упомянутого в начале книги, который сказал:
[3200] (…) — (И рассказали нам Али ибн Худжр ас-Саади и Йакуб ибн Ибрахим ад-Даураки, — Ибн Худжр сказал: рассказал нам Исмаил ибн Ибрахим от Аюба, от аль-Касима и Абу Кыляба, от Аиши, которая сказала: «Посланник Аллаха ﷺ отправлял жертвенное животное, и я плела его ожерелья своими руками, а затем он не удерживался от того, от чего не удерживается тот, кто не находится в ихраме»).
Передатчики этого иснада: семеро:
1 - (Али ибн Худжр ас-Саади) аль-Марвази, надёжный, хафиз, из числа младших [9] (умер в 244 г.), почти достигнув столетнего возраста (аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи), был упомянут во «Введении», 2/6.
2 - (Йакуб ибн Ибрахим ад-Даураки) Абу Йусуф аль-Багдади, надёжный, хафиз, один из девяти, от кого передавала вся группа (джамаа) без промежуточного звена [10] (умер в 252 г.) в возрасте 96 лет, был упомянут в «Книге веры», 25/209.
3 - (Исмаил ибн Ибрахим) ибн Улаййа, Абу Бишр аль-Басри, надёжный, твёрдый, достойный [8] (умер в 193 г.) (входит в «Аль-Джамиа»), был упомянут во «Введении», 2/3.
4 - (Аюб) ибн Абу Тамима Кайсан ас-Сахтияни, Абу Бакр аль-Басри, надёжный, твёрдый, знаток фикха, благочестивый [5] (умер в 131 г.), был упомянут в «Толковании введения», ч. 1, с. 305.
5 - (Абу Кыляба) Абдуллах ибн Зайд ибн Амр аль-Джарми аль-Басри, надёжный, достойный, часто передающий с пропуском звена (мурсаль), в нём есть небольшая склонность (к насбу) [3] (умер в 104 г. или позже) (входит в «Аль-Джамиа»), был упомянут в «Книге веры», 17/173.
Остальные двое были упомянуты прежде него, а «аль-Касим» — это ибн Мухаммад.
Его слово («не удерживается от чего-либо») — с даммой над буквой настоящего времени, от корня «имсак» (удержание). Говорят: «амсакту ан аш-шайъ» — если ты воздержался от чего-либо.
Разбор этого хадиса уже был проведён недавно. А Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
Передают по непрерывному иснаду до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да будет милостив к нему Аллах), упомянутого в начале книги, который сказал:
[3201] (…) — И передал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна: рассказал нам Хусайн ибн аль-Хасан: рассказал нам Ибн Аун от аль-Касима от Матери верующих (Аиши), которая сказала: «Я сама сплела те ожерелья из шерсти, что была у нас, и Посланник Аллаха ﷺ провёл с нами утро в состоянии, разрешённом (для брачных отношений), делая то, что делает разрешённый (мухалль) со своей женой», или: «делая то, что делает мужчина со своей женой».
Участники этого иснада — их пятеро:
1 — Мухаммад ибн аль-Мусанна — упомянут недавно.
2 — Хусайн ибн аль-Хасан ибн Йасар, — говорят также: ибн Малик ибн Йасар, — говорят также: ибн Бишр ибн Малик ибн Йасар ан-Насри, Абу Абдуллах, из рода Малика ибн Йасара, надёжный передатчик [8].
Передавал от Ибн Ауна и Зайда ибн Абу Хашима, вольноотпущенника Бишра ибн Малика ибн Йасара.
От него передавали Ахмад ибн Ханбаль, аз-Зафарани, аль-Фалляс, Бундар, Абу Муса, Мухаммад ибн Хишам ибн Абу Хайра, Нуайм ибн Хаммад, Яхья ибн Маин и другие.
Абдуллах ибн Ахмад передал от своего отца: «Хусайн ибн аль-Хасан — из числа сподвижников Ибн Ауна, из числа причисляемых к надёжным передатчикам, на него указал Ибн Махди, он запоминал от Ибн Ауна и был приятной внешности; не знаю о нём иначе как о надёжном, мы записывали от него». Ан-Насаи сказал: «Надёжный». Ас-Саджи сказал: «Надёжный, правдивый, безопасный (в отношении хадисов); о нём говорил дурно Азхар ибн Саад, но на это не обращают внимания, и подобный ему выше того, чтобы упоминаться в этом месте», то есть в «Книге слабых передатчиков». Ибн Хиббан упомянул его в «Надёжных».
Абу Муса сказал: умер в 188 году.
От него передавали аль-Бухари, автор (Муслим) и ан-Насаи; в этой книге у него всего три хадиса, под номерами (1321), (1547) и (2932).
3 — Ибн Аун — это Абдуллах ибн Аун ибн Артабан, Абу Аун аль-Басри, надёжный, твёрдый, достойный, благочестивый передатчик [5] (умер в 150 году) (передатчик всех шести сводов), был упомянут в «Шарх аль-Мукаддима», ч. 1, с. 303.
Оставшиеся двое упомянуты ранее.
Её слово (из шерсти, что была у нас): хафиз Вали ад-Дин (да помилует его Аллах) сказал: относительно слова «‘ихн» (عهن — с огласовкой «кясра» на «айн» и покоем на «ха») есть разногласие: одни говорят, что это шерсть; другие — что это шерсть, окрашенная в разные цвета. В «Фатхе» добавлено, что некоторые говорят: это именно красная шерсть.
Вали ад-Дин также сказал: наши шафиитские учёные упомянули, что надевание ожерелий из скрученных нитей применяется к овцам: их украшают либо такими нитями, либо петлями бурдюков («хурб аль-кираб», с огласовкой «дамма» на «ха» — их ушки и петли). А что касается верблюдов и коров, то они сказали: желательно украшать их двумя сандалиями из тех, что надевают на ноги при ихраме, и желательно, чтобы у них была ценность, и раздавать их в качестве садака при закалывании жертвенного животного.
Маликиты сказали: если ограничиться украшением одной сандалией, это допустимо, но первое (то есть две) предпочтительнее. Шафииты сказали: овец не украшают сандалией из-за тяжести для неё, в отличие от верблюдов и коров. Я не видел, чтобы они говорили, что верблюдов и коров нельзя украшать петлями бурдюков и нитями, — напротив, они советовали украшать их сандалиями, а о прочем промолчали. А этот хадис прямо указывает на украшение верблюдов нитями, особенно риваят: «Я сплела ожерелья для жертвенных верблюдов Посланника Аллаха ﷺ, затем он их пометил (иш‘ар) и украсил», а известно, что иш‘ар (надрезание горба для метки) не применяется к овцам. И то, что слово «будн» относится к верблюдам, — это согласовано (среди учёных), разногласие лишь в применении его к иным животным, как было упомянуто ранее. И Аллах Всевышний знает лучше. Конец слов Вали ад-Дина (да помилует его Аллах).
В «Фатхе» сказано: в этом — то есть в её словах «из шерсти» — есть возражение тем, кто считал нежелательным (мукрух) делать ожерелья из шерсти животных и предпочитал, чтобы они были из растений земли; это передано от Раби‘а и Малика. Ибн ат-Тин сказал: возможно, он имел в виду, что это предпочтительнее, при допущении дозволенности их изготовления из шерсти. И Аллах Всевышний знает лучше. Конец.
Её слово (делая то, что делает разрешённый со своей женой) — иносказание о совокуплении со своей женой.
Её слово (или делая то, что делает мужчина со своей женой) — по видимости, «или» здесь указывает на сомнение передатчика. В риваяте ан-Насаи встречается: «и то, что делает мужчина со своей женой», поэтому возможно, что это соединительный оборот, разъясняющий её слова «то, что делает разрешённый со своей женой»; а возможно также, что «мин» в первом случае имеет значение «в», то есть то, что делает разрешённый (человек), находясь при своей семье, — из благовоний, одежды и прочего, и тогда её слова «и то, что делает мужчина со своей женой» будут соединением частного с общим, а именно — совокупление.
Хадис приведён согласованно (у аль-Бухари и Муслима), и полное рассмотрение его уже было изложено ранее. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, сказано:
[3202] (…) — И передал нам Зухайр ибн Харб: рассказал нам Джарир от Мансура от Ибрахима от аль-Асвада от Аиши, которая сказала: «Поистине, я видела себя плетущей ожерелья для жертвенных овец Посланника Аллаха ﷺ, а затем он их отправлял, сам же оставался с нами в разрешённом (для брачных отношений) состоянии».
Участники этого иснада — их шестеро:
1 — Джарир ибн Абд аль-Хамид ад-Дабби, Абу Абдуллах аль-Куфи, живший в ар-Райе и бывший там судьёй, надёжный, с точным письмом [8] (умер в 188 году) (передатчик всех шести сводов), был упомянут в «аль-Мукаддима», 6/50.
2 — Мансур ибн аль-Мутамир ибн Абдуллах ас-Сулями, Абу Аттаб аль-Куфи, надёжный, твёрдый, достойный передатчик [6] (умер в 132 году) (передатчик всех шести сводов), был упомянут в «Шарх аль-Мукаддима», ч. 1, с. 296.
3 — Ибрахим ибн Йазид ибн Кайс ибн аль-Асвад ан-Нахаи, Абу Имран аль-Куфи, надёжный, правовед, много практиковавший ирсаль (передачу без указания промежуточного звена) [5] (умер в 96 году) (передатчик всех шести сводов), был упомянут в «аль-Мукаддима», 6/52.
4 — аль-Асвад ибн Йазид ибн Кайс ибн Абдуллах ан-Нахаи, Абу Амр, или Абу Абд ар-Рахман аль-Куфи, надёжный, много передававший, правовед [2] (умер в 74-м или 75-м году) (передатчик всех шести сводов), был упомянут в «ат-Тахара», 32/674.
Оставшиеся двое упомянуты в этой главе.
Её слово (из овец): в этом — возражение тем, кто отрицал украшение овец ожерельями. Имам аль-Бухари (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе» дал заголовок главе: «Глава об украшении овец ожерельями», и затем привёл этот хадис в качестве возражения этим людям.
Ибн аль-Мунзир сказал: Малик и последователи рационального мнения (асхаб ар-ра’й) отвергали украшение овец ожерельями. Другой добавил: похоже, что до них не дошёл этот хадис, и мы не находим для них никакого доказательства, кроме слов некоторых из них: «Они слишком слабы для украшения», но это слабое доказательство, ведь цель украшения — обозначение (метка), и они согласны, что их не подвергают иш‘ар (надрезанию), потому что они слишком слабы для этого, — так пусть их украшают тем, что не ослабляет их. А ханафиты изначально говорят, что овцы не относятся к жертвенным животным (хадй), так что этот хадис — довод против них с другой стороны.
Ибн Абд аль-Барр сказал: те, кто не считал допустимым приносить овец в качестве хадй, приводили в доказательство то, что Пророк ﷺ совершил хадж только один раз и не приносил в нём овец в качестве хадй. Конец.
Хафиз (да помилует его Аллах) сказал: я не понимаю, в чём смысл этого доказательства, ведь хадис из этой главы указывает, что он ﷺ отправил их (овец), а сам остался (в разрешённом состоянии), и это было определённо до его хаджа. Поэтому нет противоречия между действием и оставлением, ведь простое оставление не указывает на отмену дозволенности. Далее — кто из сподвижников прямо сказал, что в его хадже среди жертвенных животных не было овец, чтобы можно было ссылаться на это? Затем Ибн аль-Мунзир привёл через Атаа, Убайдуллаха ибн Абу Йазида, Абу Джафара Мухаммада ибн Али и других, которые сказали: «Мы видели, как овец пригоняли украшенными (ожерельями)», и у Ибн Абу Шайбы от Ибн Аббаса подобное. Цель этого — возражение тому, кто утверждал единодушное согласие (иджма) на оставление принесения овец в качестве хадй и украшения их ожерельями. Некоторые из противников усмотрели недостаток в хадисе этой главы, состоящий в том, что аль-Асвад один передал от Аиши об украшении овец, в отличие от прочих передатчиков от неё из числа членов её семьи и других. Аль-Мунзири и другие сказали: это не является недостатком, ведь он — хранящий (хафиз), надёжный передатчик, и одиночная передача (тафаррад) ему не вредит. Так сказано в «Фатхе».
Составитель (да простит его Аллах) говорит: из вышеизложенного стало ясно, что истина заключается в законности украшения овец ожерельями и в том, что они относятся к числу того, что приносится в качестве хадй в Заповедную мечеть, — ввиду достоверности этого хадиса. А те, кто отрицал это, — самое лучшее оправдание для них, если бы известие об этом дошло до них, но пусть будет извинительно, — так вникни в это.
Хадис приведён согласованно (у аль-Бухари и Муслима), и полное рассмотрение его уже было изложено ранее. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
С непрерывным иснадом до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа (да помилует его Аллах), упомянутого в начале книги, сказано:
[3203] (…) — Яхья ибн Яхья, Абу Бакр ибн Абу Шейба и Абу Курайб передали нам — Яхья сказал: «сообщил нам», а двое других сказали: «передал нам» — Абу Муавия от аль-Амаша, от Ибрахима, от аль-Асвада, от Аиши, которая сказала: «Бывало, я вила ожерелья для жертвенных животных Посланника Аллаха ﷺ, и он надевал их на своё жертвенное животное, затем отправлял его, а сам оставался, не воздерживаясь ни от чего из того, от чего воздерживается вошедший в состояние ихрама».
Передатчики этого иснада — восемь человек:
1 — Абу Бакр ибн Абу Шейба, о нём говорилось двумя главами ранее.
2 — Абу Курайб — Мухаммад ибн аль-Ала, о нём говорилось недавно.
3 — Абу Муавия — Мухаммад ибн Хазим ад-Дарир аль-Куфи, надёжный (сика), наиболее крепко хранящий в памяти хадисы аль-Амаша среди людей, хотя может ошибаться в хадисах от других передатчиков; из старших [9-го поколения] (умер в 195 г.), (передавали от него все составители шести сводов), о нём говорилось в «Книге веры», 4/117.
4 — Аль-Амаш — Сулейман ибн Михран, Абу Мухаммад аль-Куфи, надёжный, твёрдый, хафиз, благочестивый, однако практиковал тадлис [5-е поколение] (умер в 147 г. или после), (передавали от него все составители шести сводов), о нём говорилось в «Толковании введения», т. 1, с. 297.
Остальные упомянуты в главе. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3204] (…) — Яхья ибн Яхья, Абу Бакр ибн Абу Шейба и Абу Курайб передали нам — Яхья сказал: «сообщил нам Абу Муавия от аль-Амаша, от Ибрахима, от аль-Асвада, от Аиши, которая сказала: «Однажды Посланник Аллаха ﷺ послал к Дому овец в качестве жертвенных животных и надел на них ожерелья».
Передатчики этого иснада — восемь человек, и они те же, что упомянуты в предыдущем иснаде.
Её слово («Однажды Посланник Аллаха ﷺ послал к Дому овец в качестве жертвенных животных и надел на них ожерелья») — ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: в этом содержится доказательство в пользу нашего мазхаба и мазхаба многих других, что желательно (мустахабб) надевать ожерелья на овец. Малик и Абу Ханифа сказали, что это не желательно, ограничив надевание ожерелий верблюдами и коровами, а этот хадис прямо опровергает их мнение. Конец цитаты.
Хадис передан согласованно (аль-Бухари и Муслимом), и обсуждение его уже было исчерпывающе проведено в главе, так что не упускай это из внимания. Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3205] (…) — Исхак ибн Мансур передал нам, Абд ас-Самад передал нам, мой отец передал мне, Мухаммад ибн Джухада передал мне, от аль-Хакама, от Ибрахима, от аль-Асвада, от Аиши, которая сказала: «Мы надевали ожерелья на овец и отправляли их, а Посланник Аллаха ﷺ находился в состоянии дозволенности (халял), и ничто из этого не становилось для него запретным».
Передатчики этого иснада — восемь человек:
1 — Исхак ибн Мансур ибн Бахрам аль-Каусадж ат-Тамими, Абу Йакуб аль-Марвази, надёжный, твёрдый [11-е поколение] (умер в 251 г.), (аль-Бухари, Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи, Ибн Маджа), о нём говорилось в «Книге веры», 12/156.
2 — Абд ас-Самад ибн Абд аль-Варис аль-Анбари, вольноотпущенник их рода, ат-Таннури, Абу Сахль аль-Басри, надёжный, твёрдый в передаче от Шубы [9-е поколение] (умер в 207 г.), (передавали от него все составители шести сводов), о нём говорилось в «Введении», 6/82.
3 — Его отец — Абд аль-Варис ибн Саид ибн Дакван аль-Анбари, вольноотпущенник их рода, Абу Убайда ат-Таннури аль-Басри, надёжный, твёрдый [8-е поколение] (умер в 180 г.), (передавали от него все составители шести сводов), о нём говорилось в «Книге веры», 18/176.
4 — Мухаммад ибн Джухада — с даммой над мим, затем ха неогласованное с ташдидом отсутствует — аль-Авди, или аль-Ияди аль-Куфи, надёжный [5-е поколение] (умер в 131 г.), (передавали от него все составители шести сводов), о нём говорилось в «Книге молитвы», 15/901.
5 — Аль-Хакам ибн Утайба аль-Кинди, Абу Мухаммад аль-Куфи, надёжный, твёрдый, знаток фикха, иногда практиковал тадлис [5-е поколение] (умер в 113 г.), о нём говорилось во «Введении», 1/1.
Остальные упомянуты ранее.
[Предостережение]: у некоторых передатчиков здесь допущена ошибка в этом иснаде, на которую обратил внимание хафиз Абу Али аль-Гассани аль-Джаяни (да помилует его Аллах). Вот его текст: Муслим сказал: «Передал нам Исхак ибн Мансур, сказал: передал нам Абд ас-Самад, сказал: передал нам мой отец» и так далее. Затем он сказал: таков иснад этого хадиса у Абу аль-Аля ибн Махана, у Абу аль-Аббаса ар-Рази и аль-Кисаи. А в некоторых списках, переданных от аль-Джулуди, встретилось: «передал нам Исхак, передал нам Абд ас-Самад, передал нам Мухаммад ибн Джухада…» — из иснада выпало упоминание отца Абд ас-Самада, передающего от Мухаммада ибн Джухады, и это ошибка. Абд ас-Самад — это Абд ас-Самад ибн Абд аль-Варис ибн Саид аль-Анбари ат-Тамими, вольноотпущенник их рода, аль-Басри, а выпавшим из иснада является Абд аль-Варис ибн Саид, Абу Убайда. Конец слов аль-Гассани (да помилует его Аллах). Это очень ценное исследование. Аллах Всевышний знает лучше.
Её слово (мы надевали ожерелья на овец) — с хамзой (аш-Шаа); а в риваяте ан-Насаи — (аш-Шаа) с та, что является формой единственного числа от (аш-Шаа). Аль-Фаюми (да помилует его Аллах) сказал: «аш-Шаа» — из числа овец, применяется и к самцу, и к самке, говорят: «это шаа» о самце, и «эта шаа» о самке, а также «шаа замужского рода» и «шаа женского рода», уменьшительная форма — «шувайха», а множественное число — «шаа» и «шийах» с ха, возвращаясь к исходной форме, подобно тому, как говорят «шифа» и «шифах»; говорят также, что исходная форма — «шааха», подобно «аха». Конец цитаты.
Её слово (и отправляли их) — так в риваяте автора с местоимением первого лица множественного числа «нун аль-мутакаллим», а в риваяте ан-Насаи: «и отправлял их Посланник Аллаха ﷺ» — с «я» (третье лицо), и согласно этому варианту слово «Посланник Аллаха ﷺ» стоит в именительном падеже как подлежащее, так что обрати на это внимание.
Его (её) слово (ничто из этого не становилось для него запретным) — это разъяснение смысла её слова «халял»; местоимение «ему» относится к нему ﷺ, а местоимение «из этого» относится к «халялу», так что здесь имеет место «истихдам» — это один из видов бади (риторических фигур), заключающийся в том, что упоминается слово, имеющее два значения, и подразумевается одно из них, а затем возвращающееся к нему местоимение подразумевает другое его значение, либо одним из двух местоимений, относящихся к нему, подразумевается одно значение, а другим — другое. Первый вид — как в стихе:
«Когда небо (сама) опускается на землю народа, мы пасём его (рааинаху), даже если они гневаются» —
здесь под «небом» подразумевается дождь, а местоимением, возвращающимся к нему в «пасём его», подразумевается растительность, поскольку слово «небо» может обозначать и то, и другое.
Второй вид — как в стихе:
«Пусть напоит Аллах гадан (дерево) и живущих там (ас-сакинихи), и если они уподобили его (шаббавху) огню между моими ребрами и грудью» —
здесь одним из двух местоимений, возвращающихся к «аль-гада», а именно тем, что в родительном падеже в «ас-сакинихи», подразумевается место, а другим, тем, что в винительном падеже в «шаббавху», подразумевается огонь, то есть «они разожгли между моими ребрами огонь аль-гада», имея в виду огонь страсти, который подобен огню дерева аль-гада. Так сказал аль-Джурджани.
Смысл «истихдама» в этом хадисе таков: её слово «халял» — сказуемое к её словам «а Посланник Аллаха ﷺ», то есть в значении «не находящийся в состоянии ихрама по причине хаджа или умры», а местоимение в её словах «из этого» возвращается к слову «халял» в значении «противоположность харама», то есть она имеет в виду, что ему ﷺ по причине отправки овец не стало запретным ничто из того, что было для него дозволено прежде. Аллах Всевышний знает лучше.
В риваяте ан-Насаи встретилось со следующей формулировкой: «мы надевали ожерелья на овцу, и отправлял её Посланник Аллаха ﷺ, будучи дозволенным (халялан), не входя в ихрам ни в чём (лям юхрим мин шайин)», где «лям юхрим» — с даммой над буквой мудараа, то есть он ﷺ не становился находящимся в ихраме относительно чего-либо, что было для него дозволено.
Хадис передан согласованно (аль-Бухари и Муслимом). Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возвращение и прибежище.
С непрерывным иснадом, восходящим к имаму Муслиму ибн аль-Хаджжаджу (да помилует его Аллах), упомянутому в начале книги, он сказал:
[3206] (…) - Яхья бин Яхья сказал: я прочитал Малику, от Абдуллы бин Абу Бакра, от Амры бинт Абд ар-Рахман, что она сообщила ему, что Ибн Зияд написал Аише, что Абдулла ибн Аббас сказал: «Кто отправил жертвенное животное (хади), тому запрещается то, что запрещается совершающему хадж, до тех пор, пока жертвенное животное не будет зарезано. Я уже отправил своё жертвенное животное, напиши же мне о своём повелении». Амра сказала: Аиша сказала: «Не так, как сказал Ибн Аббас. Я сама сплела ожерелья для жертвенного животного Посланника Аллаха ﷺ своими руками, затем Посланник Аллаха ﷺ надел их своей рукой, затем отправил его вместе с моим отцом, и не стало запретным для Посланника Аллаха ﷺ ничего из того, что дозволил ему Аллах, пока не было зарезано жертвенное животное».
Передатчики этого иснада: пять человек:
1 — Малик бин Анас, имам обители переселения, о нём говорилось перед предыдущей главой.
3 — Абдулла бин Абу Бакр бин Мухаммад бин Амр бин Хазм аль-Ансари аль-Мадани, судья, надёжный (сикатун) [5] (умер в 135 г.), в возрасте 70 лет ('айн), о нём говорилось в «Книге молитвы», 17/916.
Остальные упомянуты в главе.
Тонкости этого иснада:
1 — (Из них): что этот иснад относится к «пятиричным» (хумасиййат) у автора, да будет милостив к нему Аллах.
2 — (Из них): что все его передатчики — передатчики, на которых опирается вся община (джама'а), кроме его шейха, у которого выводили хадисы Абу Дауд и Ибн Маджа.
3 — (Из них): что он весь состоит из мединцев, кроме его шейха, который был найсабурцем, хотя и въезжал в Медину.
4 — (Из них): что в нём есть передача табиина от табиийи, которая является его тётей по матери, ведь Амра — тётя по матери Абдуллы, передающего от неё, как сказано в «Фатх».
Разбор хадиса:
(«От Амры бинт Абд ар-Рахман») аль-Ансария («что она сообщила ему») то есть Абдулле бин Абу Бакру («что Ибн Зияд») — ан-Навави, да будет милостив к нему Аллах, сказал: так это встречается во всех рукописях «Сахих Муслима» — «что Ибн Зияд», но Абу Али аль-Гассани, аль-Мазари, кади Ияд и все комментаторы «Сахих Муслима» сказали: это ошибка, а правильно: «что Зияд бин Абу Суфьян», известный как Зияд ибн Абихи, и так правильно передано в «Сахих аль-Бухари», «аль-Муватта», «Сунан Абу Дауда» и других авторитетных книгах, тем более что Ибн Зияд не застал Аишу, и Аллах знает лучше. Конец цитаты.
А у аль-Бухари формулировка: «от Амры бинт Абд ар-Рахман, что она сообщила ему, что Зияд бин Абу Суфьян». Сказано в «Фатх»: его слово («что Зияд бин Абу Суфьян») — так это встречается в «аль-Муватта», и, видимо, шейх Малика передал это так во времена омейядов, а после них его называли не иначе как Зияд ибн Абихи, а до признания его сыном Муавией его называли Зияд бин Убайд, а его мать Сумайя, вольноотпущенница аль-Хариса бин Каляды ас-Сакафи, была замужем за упомянутым Убайдом, и родила Зияда на его ложе, поэтому его приписывали к нему. Когда же наступило правление Муавии, группа людей засвидетельствовала признание Абу Суфьяном того, что Зияд — его сын, и Муавия признал его сыном по этой причине, и женил своего сына на его дочери, и назначил Зияда правителем обоих Ираков — Басры и Куфы, объединив их для него, и он умер в правление Муавии в 53 году. Конец цитаты.
[Примечание]: «Ибн Зияд», который ошибочно встречается у Муслима, — это Убайдулла бин Зияд, сын этого Зияда ибн Абихи, и это тот, кто убил аль-Хусайна бин Али, да будет доволен ими обоими Аллах, сказал аль-Аби, да будет милостив к нему Аллах.
(«Написал Аише») да будет доволен ею Аллах («что Абдулла ибн Аббас») да будет доволен им Аллах («сказал: кто отправил жертвенное животное, тому запрещается то, что запрещается совершающему хадж, до тех пор, пока жертвенное животное не будет зарезано») глагол в форме страдательного залога, а у аль-Бухари формулировка: «до тех пор, пока не будет зарезано его жертвенное животное» («я уже отправил своё жертвенное животное, напиши же мне о своём повелении») ат-Тахави добавил в передаче Ибн Вахба от Малика: «или повели тому, кто с жертвенным животным» то есть тому, кто сопровождает жертвенное животное, то есть о том, что делать («Амра сказала») это связано с упомянутым иснадом, и передавали этот возведённый к Пророку хадис от Аиши: аль-Касим, Урва и Масрук, как привёл Муслим их риваяты в этой главе, и аль-Бухари привёл в «Книге жертвоприношений» риваят Масрука в полном виде, и его формулировка: от Масрука, что он сказал: «О мать верующих, поистине человек отправляет жертвенное животное к Каабе, а сам сидит в городе, и поручает надеть на его верблюдицу ожерелье, и он продолжает оставаться с того дня в состоянии ихрама, пока люди не выйдут из ихрама», и далее привёл хадис.
А формулировка ат-Тахави в хадисе Масрука: он сказал: я сказал Аише: поистине здесь есть люди, которые отправляют жертвенное животное к Дому, и приказывают тому, кого отправляют с ним, надеть на него в тот день их отличительный знак, и они продолжают оставаться в состоянии ихрама, пока люди не выйдут из ихрама… и далее хадис.
И сказал Саид бин Мансур: рассказал нам Хушайм, рассказал нам Яхья бин Саид, рассказал нам передатчик от Аиши, и было сказано ей: поистине Зияд, когда отправляет жертвенное животное, воздерживается от того, от чего воздерживается находящийся в ихраме, пока не зарежет своё жертвенное животное, и Аиша сказала: «А разве у него есть Кааба, вокруг которой он совершает обход?».
Сказал: и рассказал нам Якуб, рассказал нам Хишам, от своего отца: дошло до Аиши, что Зияд отправил жертвенное животное и разделся [снял обычную одежду], и она сказала: «А я ведь плела ожерелья для жертвенного животного Пророка ﷺ, затем он отправлял его, будучи находящимся среди нас, и ни от чего не воздерживался».
И передал Малик в «аль-Муватта» от Яхьи бин Саида, от Мухаммада бин Ибрахима ат-Тайми, от Раби'а бин Абдуллы бин аль-Худайра, что он видел человека, раздетого [снявшего обычную одежду] в Ираке, и спросил о нём, и ему сказали: он приказал, чтобы на его жертвенное животное надели ожерелье. Раби'а сказал: я встретил Абдуллу бин аз-Зубайра и упомянул ему об этом, и он сказал: «Новшество, клянусь Господом Каабы!».
И передал это Ибн Абу Шайба от ас-Сакафи, от Яхьи бин Саида: сообщил мне Мухаммад бин Ибрахим, что Раби'а сообщил ему, что он видел Ибн Аббаса, будучи он правителем над Басрой во времена Али, раздетым на минбаре Басры, и упомянул это, — так стало известно по этому имя неназванного человека в риваяте Малика.
(«Аиша сказала: не так, как сказал Ибн Аббас») да будет доволен им Аллах, — в этом содержится опровержение одним из учёных другого и отклонение самостоятельного суждения (иджтихад) текстом (насс) («я сама сплела ожерелья для жертвенного животного Посланника Аллаха ﷺ своими руками») в форме двойственного числа, но возможно, что это в форме единственного числа, поскольку это единственное число в форме присоединения (мудаф), а значит охватывает обе руки, и в этом содержится образное возвышение, [возможно] что она имела в виду, что плетение производилось по её распоряжению.
(«Затем Посланник Аллаха ﷺ надел их») то есть надел это ожерелье на её шею, а местоимение употреблено в женском роде, поскольку слово «хади» — имя рода, единственное число которого «хадия» с «та», как было упомянуто раньше, а имя рода допускает как мужской, так и женский род, как это установлено в соответствующем разделе книг по грамматике, — говорят: «встал народ» (в мужском роде) и «встала народ» (в женском роде), «пришёл отряд» и «пришла отряд», и Аллах Всевышний знает лучше.
А её слово («своей рукой») в единственном числе, и это единственное число в форме присоединения, а значит охватывает обе руки, а в риваяте аль-Бухари: «своими руками» в двойственном числе. Ибн ат-Тин, да будет милостив к нему Аллах, сказал: возможно, что слово Аиши, да будет доволен ею Аллах: «затем он надел их своей рукой» — это разъяснение её сохранения повеления и знания о нём, а возможно, что она имела в виду, что он ﷺ сам взял это своими руками и знал время надевания ожерелья, и при этом не воздерживался от того, от чего воздерживается находящийся в ихраме, чтобы никто не подумал, что он позволил себе это до того, как узнал о надевании ожерелья на жертвенное животное. Конец цитаты.
(«Затем отправил его») то есть то жертвенное животное с надетым ожерельем («вместе с моим отцом») с фатхой на хамзе и кясрой на лёгкой би, и присоединением к «я» первого лица, — она имеет в виду своего отца Абу Бакра ас-Сиддика, да будет доволен им Аллах, — из этого извлекается время отправления, и что это было в девятом году, в год, когда Абу Бакр совершал хадж с людьми.
Ибн ат-Тин, да будет милостив к нему Аллах, сказал: Аиша, да будет доволен ею Аллах, имела в виду этим своё знание всей истории целиком, а возможно, что она имела в виду, что это было последнее действие Пророка ﷺ, потому что он совершил хадж в следующем году — прощальный хадж, — чтобы никто не подумал, что это было в начале Ислама, а затем было отменено, и она хотела устранить эту путаницу, и завершила это своим словом:
(«Посланнику Аллаха ﷺ не запрещалось ничего из того, что Аллах разрешил ему, до тех пор, пока не был зарезан жертвенный скот») то есть дело его завершилось, а он ﷺ не вошёл в состояние ихрама, и оставление им ихрама после этого — тем более обосновано и предпочтительно; ибо если это отсутствовало во время, когда была шубха (сомнение в подобии), то отсутствие этого при отпадении самой шубхи — тем более обоснованно.
Её слова («ХАТТА НУХИРА-ЛЬ-ХАДЙУ») — глагол построен в форме страдательного залога, но возможно также, что он построен в форме действительного залога, и тогда действующее лицо — местоимение, указывающее на её отца.
Сказано в «Фатхе»: суть возражения Аиши Ибн Аббасу в том, что он пришёл к своей фетве через сравнение (кыяс) поручения (другому) дела с жертвенным скотом с непосредственным выполнением этого самому. Аиша же разъяснила, что этот кыяс не имеет значения в противовес этой явной сунне.
В хадисе — среди прочей пользы — то, что важный (человек) может сам браться за дело, даже если у него есть кто-то, кто может его за него исполнить, если это дело из тех, которым уделяется особое внимание, особенно если это касается установления шариатских предписаний и вопросов веры.
В нём также — критика одних учёных другими, отклонение самостоятельного суждения (иджтихада) текстом (насс), и то, что основа в отношении действий Пророка ﷺ — следование ему в них, пока не установится специфичность (хассыйя, то есть что данное действие относится только к нему). Конец. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, упомянутого в начале книги, да помилует его Аллах, он сказал:
[3207] (…) — (И передал нам Саид ибн Мансур, [сказав]: передал нам Хушайм, [сказав]: сообщил нам Исмаил ибн Абу Халид от аш-Шаби, от Масрука, который сказал: я слышал Аишу — а она была за завесой — она хлопала (в ладоши) и говорила: «Я плела верёвки для ожерелий на шею жертвенных животных Посланника Аллаха ﷺ своими руками, затем он отправлял их, и не удерживался ни от чего из того, от чего удерживается находящийся в ихраме, пока не был зарезан его жертвенный скот»).
Передатчики этого иснада — шесть:
1 — Хушайм ибн Башир, о нём говорилось перед этой главой.
2 — Исмаил ибн Абу Халид аль-Баджали аль-Ахмаси, Абу Абдуллах аль-Куфи, надёжный (сика), твёрдый [4-е поколение] (умер в 146 г.) (входит во все шесть сборников), о нём говорилось в «Разъяснении введения», ч. 1, с. 299.
3 — аш-Шаби, Амир ибн Шарахиль, Абу Амр аль-Куфи, надёжный, твёрдый, знающий фикх, достойный, известный [3-е поколение], умер после ста (лет по хиджре), и было ему около восьмидесяти лет (входит во все шесть сборников), о нём говорилось во «Введении», 6/50.
4 — Масрук ибн аль-Аджда' ибн Малик аль-Хамдани аль-Вади'и, Абу Аиша аль-Куфи, мухадрам (застал и джахилию, и ислам), надёжный, знающий фикх, благочестивый [2-е поколение] (умер в 62 или 63 г.) (входит во все шесть сборников), о нём говорилось в «Вере», 17/227.
Остальные двое упомянуты в главе.
Его слово («Я СЛЫШАЛ АИШУ — А ОНА БЫЛА ЗА ЗАВЕСОЙ») — этот хадис у автора приведён в сокращённом виде, а аль-Бухари привёл его полностью в «Книге жертвоприношений», сказав:
(5566) — Передал нам Ахмад ибн Мухаммад, [сказав]: сообщил нам Абдуллах (то есть Ибн аль-Мубарак), [сказав]: сообщил нам Исмаил от аш-Шаби, от Масрука, что он пришёл к Аише и сказал ей: «О мать верующих, поистине, некий человек отправляет жертвенный скот к Каабе, а сам остаётся в городе, и завещает, чтобы его верблюдице повесили ожерелье, и с этого дня он непрестанно находится в ихраме, пока люди не выйдут из ихрама». Он сказал: и я услышал её хлопки за завесой, и она сказала: «Я плела ожерелья для жертвенного скота Посланника Аллаха ﷺ, а он отправлял свой жертвенный скот к Каабе, и ему не запрещалось ничего из того, что было разрешено мужчинам из его семьи, до тех пор, пока люди не возвращались». Конец.
Её слово («ТУСАФФИКУ») — с даммой над первой буквой и удвоением «фа», в форме страдательного залога: то есть она ударяла одной рукой по другой, выражая удивление либо сожаление по поводу произошедшего.
Её слова («ХАТТА ЙУНХАРА ХАДЙУХУ») — глагол построен в форме страдательного залога.
[Примечание]: ад-Давуди сделал вывод из этого хадиса Аиши, да будет доволен ею Аллах, что хадис, переданный Умм Салямой, да будет доволен ею Аллах, в возвышенной форме: «Когда наступит десятидневье (зуль-хиджжа) и кто-то из вас захочет принести жертву, пусть не трогает ничего из своих волос и кожи», — является отменённым (мансух) хадисом Аиши, да будет доволен ею Аллах, либо, наоборот, отменяющим его.
Ибн ат-Тин возразил ему, что в этом нет необходимости; ведь Аиша, да будет доволен ею Аллах, лишь отвергла то, что отправляющий свой жертвенный скот становится находящимся в ихраме одним лишь фактом его отправки, и не возражала против того, что желательно (мустахабб) именно в десятидневье, — избегать удаления волос и ногтей. Затем он сказал: однако общий смысл хадиса указывает на то, что сказал ад-Давуди, и на него опирался аш-Шафии, доказывая допустимость этого (удаления волос и ногтей) в десятидневье месяца зуль-хиджжа. Он сказал: и упомянутый хадис привели Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи и ан-Насаи.
Ибн Хаджар возразил на это, сказав: в этом доводе есть изъян, ибо из того, что хадис указывает на то, что для приносящего жертву не ставится условием избегать того, что избегает находящийся в ихраме, не следует, что не желательно совершать то, о чём говорится в упомянутом хадисе, для того, кто не в ихраме. Конец, и это хорошее возражение.
Хадис приведён и у аль-Бухари, и у Муслима, и уже приводилось полное его разъяснение и рассмотрение его вопросов в хадисе, упомянутом в начале главы. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
И по непрерывной цепи передачи до имама Муслима ибн аль-Хаджжаджа, упомянутого в начале книги, да помилует его Аллах, он сказал:
[3208] (…) — (И передал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна, [сказав]: передал нам Абд аль-Ваххаб, [сказав]: передал нам Дауд (переход иснада) — и передал нам Ибн Нумайр, [сказав]: передал нам мой отец, [сказав]: передал нам Закария, — оба они от аш-Шаби, от Масрука, от Аиши, подобным образом, от Пророка ﷺ).
Передатчики этого иснада — девять:
1 — Абд аль-Ваххаб ибн Абд аль-Маджид ибн ас-Сальт ас-Сакафи, Абу Мухаммад аль-Басри, надёжный [8-е поколение] (умер в 194 г.), около 80 лет (входит во все шесть сборников), о нём говорилось в «Вере», 17/173.
2 — Дауд ибн Абу Хинд Динар аль-Куши, вольноотпущенник их, Абу Бакр, или Абу Мухаммад аль-Басри, надёжный, точный [5-е поколение] (умер в 140 г. или ранее) (у аль-Бухари в «Сахихе» с пометкой «хт», у Муслима и у остальных четырёх), о нём говорилось в «Вере», 27/221.
3 — Ибн Нумайр — это Абдуллах ибн Мухаммад ибн Нумайр, о нём говорилось недавно.
4 — его отец, Абдуллах ибн Нумайр, о нём тоже говорилось недавно.
5 — Закария ибн Абу Заида Халид, или Хубайра ибн Маймун ибн Фируз аль-Хамдани аль-Вади'и, Абу Яхья аль-Куфи, надёжный, но занимавшийся тадлисом [6-е поколение] (умер в 147, 148 или 149 г.) (входит во все шесть сборников), о нём говорилось в «Вере», 83/449.
Остальные упомянуты в главе.
[Примечание]: риваят Дауда ибн Абу Хинда от аш-Шаби привёл Абу Яъля, да помилует его Аллах, в своём «Мусанаде», 8/120, сказав:
(4658) — Передал нам Абд аль-А'ля, [сказав]: передал нам Язид ибн Харун, [сказав]: передал нам Дауд ибн Абу Хинд от аш-Шаби, от Масрука, от Аиши, которая сказала: «Я плела ожерелья для жертвенного скота Посланника Аллаха ﷺ, а он отправлял их и оставался (в Медине), и делал то, что делает не находящийся в ихраме, прежде чем жертвенный скот достигал Мекки». Конец.
А риваят Закарии от аш-Шаби привёл Исхак ибн Рахавайх, да помилует его Аллах, в своём «Мусанаде», 3/1016, сказав:
(1760) — Сообщил нам Мухаммад ибн Убайд, [сказав]: сообщил нам Закария от аш-Шаби, [сказав]: рассказал мне Масрук от Аиши, да будет доволен ею Аллах, которая сказала: «Я плела ожерелья для жертвенного скота Посланника Аллаха ﷺ, затем он отправлял его в дар, а сам не входил в ихрам». «Конец. И Аллах Всевышний лучше знает истину, и к Нему возврат и прибежище.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах, и мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».