И приблизится время, и появятся смуты, и умножится хардж». Они спросили: «А что такое хардж, о Посланник Аллаха?» Он сказал: «Убийство, убийство»». Конец цитаты (1).
Что же касается риваята Абу Юнуса от Абу Хурайры (да будет доволен им Аллах), то я не нашёл никого, кто бы привёл его; пусть это будет рассмотрено далее, а Аллах Всевышний знает лучше.
По непрерывному санаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), приведённому в начале книги, он сказал:
[6772] (2673) — Передал нам Кутайба ибн Саид, передал нам Джарир от Хишама ибн Урвы, от его отца: «Я слышал, как Абдуллах ибн Амр ибн аль-Ас говорил: я слышал, как Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Поистине, Аллах не забирает знание, вырывая его из людей, но забирает знание, забирая (души) учёных, так что когда не останется ни одного учёного, люди возьмут себе невежественных предводителей; их будут спрашивать, и они станут давать фетвы без знания, и сами впадут в заблуждение, и введут в заблуждение (других)»».
Передатчики этого иснада — пятеро:
1 — Хишам ибн Урва, сын аз-Зубайра, сына аль-Аввама, аль-Асади, надёжный (сика), знаток фикха (факих), иногда допускал тадлис [5] (умер в 145 или 146 г.), и было ему восемьдесят семь лет ('айн). Упомянут ранее в «Шарх аль-Мукаддима», ч. 1, с. 350.
2 — Его отец, Урва ибн аз-Зубайр ибн аль-Аввам ибн Хувайлид аль-Асади, Абу Абдуллах аль-Мадани, надёжный (сика), известный факих [3] (умер в 94 г.) — согласно достоверному мнению, а родился в начале правления Усмана ('айн). Упомянут ранее в «Шарх аль-Мукаддима», ч. 2, с. 407.
3 — Абдуллах ибн Амр ибн аль-Ас (да будет доволен им Аллах), упомянут ранее, за три главы до этого.
Остальные упомянуты в главе.
[Замечание]: К изяществам этого иснада относится следующее:
Это один из «пятеричных» иснадов (хумасийят) автора (да помилует его Аллах), и он полностью состоит из мединцев, кроме его шейха, который из Багляна, и Джарира, который куфиец, а затем — джазарит. В нём есть передача сына от отца, а его сподвижник (да будет доволен им Аллах) — один из четырёх «Абдулла» (аль-'Абадиля), объединённых в моих словах:
И если хочешь знать про «Абадиля» —
То ибн аз-Зубайр и ибн Амр сравнялись с ним,
Вместе с ибн Аббасом, также ибн Умар —
И ошибается тот, кто видит иначе.
Некоторые исключили сына аз-Зубайра,
А группа включила сына Масуда —
Всё это неверно, следуй же
Путём того, кто проверил передачу, — возвысишься.
И между ним и его отцом разница составляла лишь одиннадцать лет, а Аллах Всевышний знает лучше.
Разбор хадиса:
(«От Хишама ибн Урвы, от его отца») — Урвы ибн аз-Зубайра; он сказал: («Я слышал Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса») — да будет доволен Аллах ими обоими.
[Замечание]: Его слово («ибн аль-Ас») — в большинстве случаев в книгах хадисов, фикха и им подобных встречается с опущением буквы «я» (ي), и это допустимая форма языка, но правильная, изящная форма — «аль-Аси» (العاصي), с сохранением «я». Так же и «Шаддад ибн аль-Хади», и «ибн Абу аль-Мавали» — во всех подобных случаях правильная, изящная форма требует сохранения «я», и не следует поддаваться обманчивому влиянию того, что в книгах хадисов, или в большинстве из них, эта буква опускается. Так сказал ан-Навави (1).
И на упомянутое правило указал автор «аль-Хуляса», где сказал:
Опущение «я» в неполноценном имени (манкус) с танвином,
Если оно не в винительном падеже, предпочтительнее сохранения — знай это.
А без танвина — наоборот, и в подобном «мурр»
Следует непременно вернуть «я».
(«Говорил: «Поистине, Аллах не забирает знание»») — предложение стоит в позиции именительного падежа, так как оно является сказуемым «инна». («Вырывая его») — здесь возможно, что винительный падеж обусловлен тем, что это абсолютное дополнение (мафгуль мутлак) к глаголу «забирает», подобно выражениям «вернулся вспять», «сел, сидя», а возможно, что это абсолютное дополнение, предшествующее своему глаголу, а именно «вырывает его», и предложение является обстоятельством состояния (хал) по отношению к местоимению в «забирает его»; а возможно, что это обстоятельство состояния по отношению к «знанию», в смысле «вырываемое» (2).
Под знанием подразумевается религиозное знание, то есть знание Книги и сунны, поскольку именно это подразумевается при абсолютном употреблении слова, а не мирское знание, ведь Пророк ﷺ не был послан ради него. Доказательством этому служит то, что вывел Муслим (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе» из хадиса Аиши и Анаса (да будет доволен ими обоими), что Пророк ﷺ проходил мимо людей, которые опыляли (пальмы), и сказал: «Если бы вы не делали этого, было бы лучше». Он сказал: «И вышли (плоды) недозрелыми (шис) (1), и он прошёл мимо них», и сказал: «Что с вашими пальмами?» Они сказали: мы сказали то-то и то-то (то есть последовали его словам). Он сказал: «Вы лучше знаете о делах вашего мирского бытия».
Это же вывел ибн Маджа в «Книге решений» (2462), и Ахмад в своём «Мусаде» под номером (23773) из хадиса их обоих, в следующей формулировке: «Пророк ﷺ услышал голоса и сказал: что это за голоса?» Они сказали: пальмы опыляют. Он сказал: «Если бы они не делали этого, было бы лучше». И в тот год они не опылили их, и (плоды) стали недозрелыми (шис), и об этом упомянули Пророку ﷺ, и он сказал: «Если это что-то из дел вашего мирского бытия — то это ваше дело, а если это из дел вашей религии — то это ко мне»».
И вывел это Ахмад в своём «Мусаде» под номером (12086) из хадиса Анаса (да будет доволен им Аллах) одного, в следующей формулировке: он сказал: Посланник Аллаха ﷺ услышал голоса и сказал: «Что это?» Они сказали: опыляют пальмы. Он сказал: «Если бы они оставили это и не опыляли, было бы лучше». И они оставили это, не опыляя, и (плоды) вышли недозрелыми (шис), и Пророк ﷺ сказал: «Что с вами?» Они сказали: мы оставили это, когда ты сказал (так-то). И Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Если что-то из дел вашего мирского бытия — вы лучше знаете об этом, а если из дел вашей религии — то это ко мне»».
(«Вырывая его из людей») — то есть стирая его из груди (памяти). Ибн Баттал (да помилует его Аллах) сказал: смысл этого — что Аллах не отнимает знание у рабов после того, как одарил их им, и не отбирает обратно то, что дарил им из знания, ведущего к познанию Его и распространению Его шариата; отнятие же его происходит вследствие того, что они сами утрачивают знание, так что не находится того, кто заменит ушедших; и вот он ﷺ предупредил о забирании всего блага.
Это изречение Пророка ﷺ было произнесено в прощальном хадже, как передали Ахмад и ат-Табарани из хадиса Абу Умамы (да будет доволен им Аллах), который сказал: во время прощального хаджа Пророк ﷺ сказал: «Берите знание, прежде чем оно будет забрано или вознесено». Один бедуин спросил: как оно будет вознесено? Он ответил: «Поистине, уход знания — это уход его носителей», — трижды.
Ибн аль-Мунайир сказал: стирание знания из груди возможно с точки зрения могущества (Аллаха), однако этот хадис указывает на то, что это не произойдёт. Конец цитаты.
(«Но») — частица противопоставления (истидрак), («забирает знание») — с кясрой на «б» (по образцу «дараба»), глагол построен в действительном залоге, а действующее лицо — местоимение, относящееся к Аллаху Всевышнему; это относится к случаю выражения явным (существительным) вместо скрытого (местоимения) с целью придать больший почёт скрытому, поскольку по внешней логике следовало бы сказать: «но забирает его», подобно тому как в словах Всевышнего: «Аллах Един» [аль-Ихляс: 2] после слов: «Скажи: Он — Аллах, Единственный» [аль-Ихляс: 1]. Так сказал аль-Айни (1). («Забиранием учёных») — то есть по причине их упокоения.
(«Так что когда не останется учёного») — а в риваяте аль-Бухари: «так что когда не оставит учёного» — с даммой на первой букве и кясрой на «каф», от «ибка» (оставление), а действующее лицо — местоимение «Аллах Всевышний», а «учёного» стоит в винительном падеже как дополнение; то есть Аллах не оставит учёного.
А в другой формулировке у аль-Бухари: «так что когда не останется учёный» — с фатхой на первой букве и сукуном на второй, от «бака» (оставаться), а «учёный» стоит в именительном падеже как подлежащее.
[Если скажешь]: «иза» указывает на будущее, а «лям» превращает настояще-будущее время в прошедшее — как же они могут сочетаться?
[Отвечается]: когда они противоречат друг другу, они взаимно нейтрализуются, и остаётся исходное значение — настояще-будущее время, либо они уравновешивают друг друга, что придаёт значение продолжительности.
[Если скажешь]: если «иза» является условной, то из отсутствия условия следует отсутствие обусловленного, а из наличия обусловленного следует наличие условия, но здесь это не так, поскольку возможно возникновение «взятия (предводителей)» и при наличии учёного.
[Ответ]: это правило верно в отношении рационально обусловленных положений («шурут акъли»), а в отношении иных мы не признаём распространённость этого правила всегда. Далее, обязательность одного при отсутствии другого имеет место лишь там, где для обусловленного действия нет замены обусловливающему; между тем для одного обусловленного действия могут быть последовательные условия, как, например, действительность молитвы без омовения при совершении тайаммума. Либо же под «людьми» подразумеваются все они [в совокупности], и потому неверно [понимать], что все они избрали себе невежественных глав иначе как при полном отсутствии учёного вообще, а это очевидно. Так сказано в «Умда» (2/89).
(«Взяли себе люди главами») ан-Навави (да помилует его Аллах) сказал: мы огласовали слово «руусан» (رؤوسًا) с дамой на «хамзе» и танвином — это форма множественного числа от «раъс» (голова). В «Фатх» сказано: в риваяте Абу Зарра также встречается «руъаса» (رؤساء) с фатхой на «хамзе», а в конце ещё одна «хамза» с фатхой — форма множественного числа от «раис» (глава, руководитель); оба варианта верны, но первый более известен.
(«Невежественных») — с дамой на «джим» и удвоенной «ха» — форма множественного числа от «джахиль» (невежда), определение к слову «руусан» (главы).
[Если скажешь]: под невежеством здесь подразумевается простое невежество, то есть отсутствие знания о чём-либо без убеждённости в обладании этим знанием, или же сложное невежество, то есть отсутствие знания о чём-либо при убеждённости в обладании этим знанием?
[Ответ]: имеется в виду общее для обоих понятие, охватывающее их оба.
[Если скажешь]: относится ли это исключительно к муфтиям, или это общее положение, касающееся и невежественных судей?
[Ответ]: это общее положение, поскольку вынесение решения по какому-либо вопросу непременно предполагает и фетву по нему. Так сказано в «Умда» (2/90).
В этом [хадисе] содержится предостережение от того, чтобы делать невежд главами.
(«И их спрашивали») — с дамой на «син» без точки, то есть спрашивающие обращались к ним с вопросами, («и они выносили фетвы») — с фатхой на «хамзе» и «та», то есть разъясняли решение спрашивающим («без знания»). В риваяте Абу аль-Асвада у аль-Бухари в «Аль-и‘тисам»: «и они выносят фетвы по своему мнению».
В этом хадисе содержится побуждение к сохранению знания и предостережение от возведения невежд в положение глав. В нём же указание на то, что вынесение фетв есть подлинное руководство, и осуждение того, кто берётся за это без знания. Большинство учёных опираются на этот хадис в подтверждение того, что время может остаться без муджтахида, — и власть принадлежит Аллаху, Он творит то, что желает.
(«И заблудились») — то есть сами по себе, от «заблуждения» (ад-далял), («и вводили в заблуждение») — то есть других, тех, кто перенимал их порочное мнение, — это от «вбивания в заблуждение» (аль-идляль).
[Если скажешь]: заблуждение предшествует вынесению фетвы, так в чём же смысл союза «фа» (указывающего на следствие)?
[Ответ]: совокупность заблуждения и введения в заблуждение следует за вынесением фетвы, хотя первая часть [заблуждение самого муфтия] предшествует ей; ведь введение в заблуждение, случившееся после фетвы, отличается от заблуждения, бывшего до неё.
[Если скажешь]: введение в заблуждение очевидно, что же касается заблуждения [самого муфтия], то оно наступает лишь в том случае, если он действует согласно тому, что сам разъяснил в фетве, а он может и не поступать так.
[Ответ]: введение других в заблуждение само по себе является заблуждением для него, независимо от того, действовал ли он согласно своей фетве или нет. Так сказано в «Умда» (2/90). И Аллах Всевышний знает лучше.
Вопросы, связанные с этим хадисом:
(Первый вопрос): этот хадис Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса (да будет доволен им Аллах) приводится согласно единогласному мнению [аль-Бухари и Муслима].
[Замечание]: в «Фатх» сказано, суть чего такова: ад-Даракутни сказал, что этот хадис от Малика в «Муватта» передал только Ма‘н ибн Иса, а сподвижники Малика, такие как Ибн Вахб и другие, передавали его от Малика вне «Муватта». Ибн Абд аль-Барр сообщил, что Сулейман ибн Язид также передал его в «Муватта». И Аллах знает лучше.
Аль-Хафиз сказал: этот хадис получил широкую известность через риваят Хишама ибн Урвы, так что до нас дошли передачи от более чем семидесяти человек, [передававших] от него, из числа жителей двух святынь, обоих Ираков, Шама, Хорасана, Египта и прочих [земель]. Согласно с ним в передаче от его отца Урвы был Абу аль-Асвад аль-Мадани, и его хадис приведён в обоих «Сахихах»; аз-Зухри, чей хадис приведён у ан-Насаи; Яхья ибн Абу Касир, чей хадис приведён в «Сахихе» Абу Аваны. Согласился с его отцом в передаче от Абдуллаха ибн Амра также Умар ибн аль-Хакам ибн Саубан, чей хадис приведён у Муслима. Конец цитаты (Фатх, 1/257, «Книга знания»).
(Второй вопрос): в его выведении [из иснадов]:
Его вывел (составитель) здесь [5/6772, 6773, 6774, 6775] (2673), (аль-Бухари) в «Книге знания» (100) и «Аль-и‘тисам» (7307), а также в «Хальк аф‘аль аль-ибад» (47), (ат-Тирмизи) в «Книге знания» (2652), (ан-Насаи) в «Аль-Кубра» (5907), (Ибн Маджа) во «Введении» (52), (Ибн аль-Мубарак) в своём «Мусанаде» (1/15), (Ма‘мар) в своём «Джами‘» (11/256), (Абд ар-Раззак) в своём «Мусаннафе» (11/256), (ат-Таялиси) в своём «Мусанаде» (2292), (аль-Хумайди) в своём «Мусанаде» (581), (Ибн Абу Шейба) в своём «Мусаннафе» (7/505), (Ахмад) в своём «Мусанаде» (2/162, 190, 203), (ад-Дарими) в своих «Сунан» (245), (Ибн Хиббан) в своём «Сахихе» (4571, 6719, 6723), (ат-Табарани) в «Аль-Аусат» (1/21) и «Ас-Сагир» (1/279), (Ибн аль-Джа‘д) в своём «Мусанаде» (1/392), (аль-Баззар) в своём «Мусанаде» (6/400, 402), (аль-Куда‘и) в «Мусанад аш-Шихаб» (2/162), (Ибн Абд аль-Барр) в «Джами‘ баян аль-‘ильм ва фадлих» (1/148—149), (аль-Багави) в «Шарх ас-сунна» (147). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Третий вопрос): о его пользах:
1 — из них: в нём содержится побуждение к сохранению знания и занятию им.
2 — из них: вынесение фетв есть подлинное руководство, и осуждается тот, кто берётся за это без знания.
3 — из них: предостережение от того, чтобы делать невежд главами.
4 — из них: обязательность избегания [порочного] мнения и умозаключения по аналогии, что относится к порицаемому виду мнения, как это будет разъяснено в следующем вопросе, если пожелает Аллах Всевышний.
5 — из них: в нём довод для тех, кто утверждает допустимость отсутствия муджтахида в какое-либо время, согласно мнению большинства учёных, в противоречие ханбалитам.
Вопрос об отсутствии муджтахида в какое-либо время известен в книгах основ [фикха], и его суть в том, что большинство считают это допустимым, а ханбалиты в этом разошлись с ними; учёный Ибн Дакык аль-Ид склонился к тому, что это недопустимо, пока не наступят великие признаки Часа, такие как восход солнца с запада, а когда они наступят, отсутствие муджтахида станет допустимым.
Составитель [книги], да простит его Аллах Всевышний, говорит: по-моему, то, что сказал Ибн Дакык аль-Ид, — наиболее верное мнение, ввиду грядущего хадиса.
Далее, согласно мнению о допустимости [отсутствия муджтахида], не установлено, что это действительно произошло; и было сказано, что это произойдёт, согласно хадису обоих «Сахихов»: «Не перестанет группа из моей общины оставаться явной приверженцами истины, пока не придёт повеление Аллаха», то есть Час, а под этим подразумевается наступление упомянутых признаков.
Довод же в пользу того, что это произойдёт: хадис главы [книги], приведённый согласно единогласному мнению [аль-Бухари и Муслима], и хадис аль-Бухари: «Поистине, из признаков Часа то, что знание будет поднято, и утвердится невежество», причём под поднятием знания подразумевается упокоение его обладателей.
Составитель говорит: между этими хадисами нет противоречия, ибо они имеют один и тот же смысл, а именно: под двумя последними хадисами подразумевается время близости Часа, так что они совпадают по смыслу с первым хадисом, то есть упокоение [обладателей] знания и его поднятие происходит при близости Часа, с появлением упомянутых его признаков. И Аллах Всевышний знает лучше.
На то, что было упомянуто, указал ас-Суюти (да помилует его Аллах Всевышний) [в стихах]:
Допустимо отсутствие муджтахида в эпоху, — а безусловно [во всякое время] запрещают люди Ахмада [ханбалиты].
А Ибн Дакык аль-Ид [говорит]: нет, если не наступят её признаки, — и наиболее верное мнение — что это не установлено [как факт].
В «Фатх» сказано: этим хадисом обосновывают допустимость отсутствия муджтахида в какое-либо время, и это мнение большинства учёных, в противоречие большинству ханбалитов и некоторым другим; ибо он прямо указывает на поднятие знания через упокоение учёных и на возведение невежд в главы, а из этого неизбежно следует вынесение решений на основе невежества; а когда исчезает знание и тот, кто выносит решения на его основе, это неизбежно влечёт исчезновение иджтихада и муджтахида.
Этому возразили хадисом: «Не перестанет группа из моей общины оставаться явными [приверженцами истины], пока не придёт к ним повеление Аллаха», в другой версии: «пока не наступит Час, или пока не придёт повеление Аллаха», а в риваяте Муслима: «явными приверженцами истины, пока не придёт повеление Аллаха» — без сомнения [в формулировке], и это опорный вариант.
На это ответили, во-первых, что этот хадис указывает на то, что отсутствие [муджтахида] не произойдёт [фактически], но не на отрицание самой допустимости этого; во-вторых, что довод в пользу первого [мнения] более явен, поскольку прямо говорится об упокоении знания в одном месте и о его поднятии в другом, в отличие от второго [хадиса]; а при предположении противоречия остаётся исходное положение об отсутствии препятствия.
Они сказали: иджтихад — это обязанность, возлагаемая на общину в целом (фард кифая), поэтому его отсутствие неизбежно влечёт согласие [всей общины] на ложное.
И на это отвечают, что сохранение фарда-кифайя обусловлено сохранением учёных: если же имеется доказательство исчезновения учёных, то это правило уже не действует, ибо с их исчезновением исчезает и возможность, способность совершать иджтихад, а если что-то невозможно исполнить, обязанность за это не возлагается. Так ограничилась группа учёных.
Он сказал — то есть аль-Бухари — в «главе об изменении времени, так что стали поклоняться идолам», в конце «книги о смутах», привёл то, что указывает на то, что это исчезновение произойдёт тогда, когда мусульмане будут унесены ветром, который подует после снисхождения Иисуса, мир ему: не останется никого, в чьём сердце есть хотя бы крупица веры, — его унесёт этот ветер, — а останутся худшие из людей, над которыми и наступит Час. Это же по смыслу приводится у Муслима, как я разъяснил там. Поэтому не противоречит этому единодушие мусульман в оставлении фарда-кифайя и действие по невежеству — из-за отсутствия самих учёных, и это выражено его словом: «пока не придёт повеление Аллаха». А что касается риваята со словами: «пока не наступит Час», то он понимается как указание на приближение Часа с появлением последнего из его признаков. Это подтверждается тем, что передал Ахмад и признал достоверным аль-Хаким от Хузайфы в форме возведённого хадиса: «Ислам изотрётся, как изотрётся узор ткани», — и другими подобными хадисами.
Ат-Табари допустил, что в каждом из двух хадисов подразумевается определённое место, где находится та группа: те, кто описаны как худшие из людей и остаются после того, как ветер унесёт тех, кого унесёт, находятся, например, в некоторых странах, таких как восток, который является источником смут, а те, кто описаны как находящиеся на истине, находятся, например, в некоторых странах, таких как Иерусалим — на основании его слов в хадисе Муаза: «Они в Шаме», а в другой версии: «в Иерусалиме».
Хафиз сказал: то, что он сказал, хотя и возможно, но опровергается его словами в хадисе Анаса в «Сахихе» Муслима: «Час не наступит, пока на земле не перестанут говорить: Аллах, Аллах», и другими подобными хадисами. И Аллах знает лучше.
Возможно расположить эти хадисы по порядку в реальности: сначала происходит устранение знания через смерть учёных, совершающих абсолютный иджтихад, затем — совершающих ограниченный иджтихад; когда не останется ни одного муджтахида, все окажутся равны в следовании (таклиде), но возможно, что некоторые из следующих будут ближе к достижению степени ограниченного иджтихада, чем другие, особенно если мы примем допустимость дробления иджтихада (таджзиа). Однако из-за преобладания невежества невежественные люди ставят во главе себе подобных, и на это указывают его слова: «люди взяли себе невежественных предводителей». Это не отрицает того, что во главе могут быть поставлены и некоторые люди, не отличающиеся полным невежеством, как не исключается и то, что во главе может быть поставлен тот, кого можно назвать невежественным в общем смысле — во времена, когда ещё есть люди иджтихада.
Ибн Абд аль-Барр привёл в «Книге знания» через Абдуллу ибн Ваххаба, что он сказал: я слышал, как Халляд ибн Сальман аль-Хадрами говорил: рассказал нам Дарраж Абу-с-Самх, говоря: наступит на людей время, когда человек будет откармливать свою верблюдицу, чтобы отправиться на ней по городам, ища того, кто дал бы ему фетву на основе сунны, по которой действовали, но не найдёт никого, кроме того, кто даст фетву по предположению. Это понимается в том смысле, что подразумевается преобладающее большинство в обоих случаях, и это уже наблюдалось на практике. Затем возможно, что и обладатели этого качества будут унесены смертью, и не останется никого, кроме чистого следователя (мукаллида), и тогда становится возможным представить время, лишённое муджтахида — даже в некоторых главах, даже в некоторых вопросах, но остаётся тот, кто имеет некоторую причастность к знанию в целом. Затем усиливается преобладание невежества и возвышение невежд к руководству. Затем возможно, что и эти будут унесены смертью, так что не останется из них никого, и это вполне вероятно произойдёт при появлении Даджаля или после смерти Иисуса, мир ему, и тогда становится возможным представить время, лишённое кого-либо, кто был бы причастен к знанию вообще. Затем подует ветер и унесёт каждого верующего, и тогда действительно осуществится опустошение земли от мусульман, не говоря уже об учёных, не говоря уже о муджтахидах, и останутся худшие из людей, над которыми наступит Час. А знание — у Аллаха Всевышнего. Конец того, что в «Фатхе» (сноска), и это полезное исследование. И Аллах Всевышний знает лучше.
6 — (Из этого также): ад-Давуди сказал: этот хадис изложен в форме общего утверждения, а подразумевается частное, на основании слов Пророка ﷺ: «Не перестанет группа из моей общины оставаться явной на истине, пока не придёт повеление Аллаха». Говорится: это происходит после прихода повеления Аллаха Всевышнего, если не толковать приход повеления как приход конца света, либо отсутствие сохранения учёных относится лишь к некоторым местам, как, например, в Иерусалиме, если мы так толкуем, и тогда это понимается как частное указание, для примирения между доводами.
7 — (Из этого также): то, что сказал аль-Куртуби, да помилует его Аллах Всевышний: этот хадис разъясняет способ устранения знания и проявления невежества, и это ясное указание на то, что устранение знания не происходит через его стирание из сердец, а через смерть учёных и остающихся невежд, которые занимают должности учёных в вынесении фетв и обучении, дают фетвы по невежеству и обучают ему, так что невежество распространяется и проявляется. И это уже проявилось и было обнаружено согласно тому, что сообщил Пророк ﷺ, и это было одним из доказательств его пророчества, особенно в эти времена, когда медресе и должности муфтиев заняли многие невежды и юнцы, а лишены их были достойные этого дела. Конец (сноска). И Аллах Всевышний знает лучше.
(Четвёртый вопрос): о разделении мнения (рай) на три вида.
Имам Ибн аль-Каййим, да помилует его Аллах, сказал в своей полезной книге «И‘лям аль-мувакки‘ин ‘ан рабб аль-‘алямин»:
Мнение (рай) бывает трёх видов: мнение, безусловно ложное; мнение верное; и мнение, представляющее собой предмет сомнения. На эти три вида указывали предшественники: они использовали верное мнение, действовали согласно ему, давали по нему фетвы и допускали его высказывание; порицали ложное, запрещали действовать по нему, давать по нему фетвы и судить, и без стеснения порицали его и его приверженцев.
А третий вид они допускали для действия, фетв и суда лишь при крайней необходимости, там, где без него нельзя обойтись, но никого не обязывали действовать по нему, не объявляли запретным несогласие с ним и не считали противоречащего ему противоречащим религии. Предел того, что они делали — это предоставление выбора между принятием его и отвержением. Он подобен тому, что разрешено вынужденному из еды и питья, которые запрещены при отсутствии необходимости в них, как сказал имам Ахмад: я спросил аш-Шафи‘и о кыясе (умозаключении по аналогии), и он ответил мне: «При необходимости». И применение этого вида было у них по мере необходимости — они не преувеличивали в этом, не разветвляли его, не порождали из него новое и не расширяли его, как это сделали позднейшие учёные, которые заменили им тексты и переданные сообщения, и это было для них легче, чем их запоминание — так же как многие люди сегодня заучивают правила выдачи фетв, потому что передача текстов трудна для них, а запоминание их затруднительно. Они не переходили в применении его за пределы необходимости и не стремились обращаться к нему, имея возможность обратиться к текстам и переданным сообщениям, как сказал Всевышний о вынужденном есть запретную пищу: «А кто вынужден будет, не проявляя неповиновения и не преступая пределы необходимого, то нет на нём греха. Поистине, Аллах — Прощающий, Милосердный» [аль-Бакара: 173]. Проявляющий неповиновение (баги) — это тот, кто ищет мёртвечину, имея возможность добраться до дозволенного мяса заколотого животного, а преступающий (‘ади) — тот, кто выходит за пределы меры необходимости целиком.
Ложное мнение бывает нескольких видов:
Первый: мнение, противоречащее тексту, и это то, ложность и недействительность чего познаётся из религии Ислама непосредственно, без нужды в доказательстве, и не допускается давать по нему фетву или судить, даже если в него впал кто-то по некоему толкованию или следованию.
Второй вид: разговор о религии на основе догадки и предположения, с пренебрежением и недостаточностью в познании текстов, их понимании и извлечении из них решений. Ибо тот, кто не знает их и проводит аналогию своим мнением в том, о чём его спросили, без знания, — либо на основании простого общего признака между двумя вещами присоединяет одно к другому, либо на основании простого различающего признака, который он видит между ними, разделяет их в решении, без обращения к текстам и переданным сообщениям, — тот впал в порицаемое ложное мнение, и сам заблудился, и ввёл в заблуждение других.
Третий вид: мнение, содержащее упразднение имён Господа, Его атрибутов и деяний посредством ложных умозаключений, которые установили приверженцы новшеств и заблуждения — джахмиты, мутазилиты, кадариты и подобные им, — когда его приверженцы использовали свои порочные умозаключения, ложные мнения и несостоятельные сомнения для отвержения ясных, достоверных текстов, отвергая из-за этого выражения текстов, к отвержению передатчиков которых и обвинению их в ошибке они находили путь, и значения......текстов, которым не нашли способа отвергнуть их формулировки, — и потому первую категорию встречали объявлением лжи, а вторую — искажением и произвольным толкованием. Из-за этого они отвергли видение верующими своего Господа в жизни будущей, отвергли Его речь и Его обращение к рабам Своим, отвергли Его отделённость от мира, вознесение Его на трон и превознесённость над творениями, а также всеобщность Его могущества над всякой вещью. Более того, они вывели действия Его рабов — из ангелов, пророков, джиннов и людей — из-под связи Его могущества, Его воли и Его сотворения этих действий, и ради этого отвергли истинность того, что Он, Преславный и Возвышенный, сообщил о Себе, и того, что сообщил Его посланник ﷺ о атрибутах Его совершенства и качествах Его величия. Ради этого они искажали тексты, сдвигая их с их мест, и выводили их из их значений и истинного смысла посредством голого мнения, суть которого — это лишь чадящий фитиль умов, отсев мыслей, накипь суждений и наущения груди. Этим они наполнили листы чернотой, сердца — сомнениями, а мир — порчей.
И всякий, у кого есть хоть капля разума, знает, что порча и разрушение мира произошли именно от предпочтения мнения над откровением и страсти над разумом. И в каком бы сердце эти два порочных начала ни утвердились прочно, в нём непременно утвердилась и его погибель, и не было общины, дело которой не испортилось бы самым полным образом из-за этого. Нет божества, кроме Аллаха! Сколько истины было отвергнуто этими мнениями, сколько лжи было утверждено ими, сколько прямого пути было умерщвлено ими, и сколько заблуждения было оживлено ими! Сколько крепостей веры было разрушено ими, и сколько от религии шайтана было отстроено ими! И большинство обитателей ада — это приверженцы этих мнений, у которых нет ни слуха, ни разума, — они хуже ослов, и это они те, кто скажет в День воскресения: «Если бы мы слышали или разумели, то не оказались бы среди обитателей Огня» (сура «Власть», аят 10).
[Четвёртый вид]: мнение, посредством которого были введены новшества, изменены сунны, распространилось испытание, на котором воспитывался малый и в котором старел старый.
Таковы четыре вида мнения, относительно осуждения которых и изъятия их из религии сошлись предшественники общины и её имамы.
[Пятый вид]: то, что упомянул Абу Умар ибн Абд аль-Барр от большинства учёных, а именно, что осуждаемое мнение в этих преданиях от Пророка ﷺ, от его сподвижников и от последователей (да будет доволен ими Аллах) — это высказывание о постановлениях религиозных установлений на основе предпочтения по вкусу и предположений, а также занятие сохранением сложных вопросов и головоломок, сведение частных случаев и новых обстоятельств друг к другу путём аналогии без возведения их к их основам, без рассмотрения их причин и без учёта их особенностей. Так мнение применялось к ним ещё до того, как они произошли, разветвлялось и дробилось до того, как они случились, и о них говорили прежде, чем они возникли, — мнением, подобным предположению. Они сказали: занятие этим и погружение в это ведёт к упразднению сунн, побуждает к их незнанию и оставлению того, что необходимо усвоить из них и из Книги Аллаха, Преславного и Возвышенного, и её смыслов. И они привели в доказательство своей позиции несколько вещей.
Затем он привёл через путь Асада ибн Мусы, от Шарика, от Лейса, от Тавуса, от Ибн Умара, который сказал: «Не спрашивайте о том, чего не было, ибо я слышал, как Умар проклинал того, кто спрашивает о том, чего не было».
Затем он привёл через путь Абу Дауда, от Ибрахима ибн Мусы ар-Рази, от Исы ибн Юнуса, от аль-Аузаи, от Абдуллаха ибн Саада, от ас-Сунабихи, от Муавии, что Пророк ﷺ «запретил головоломные вопросы».
И сказал Абу Бакр ибн Абу Шейба: передал нам Иса ибн Юнус от аль-Аузаи с его иснадом подобное этому, и сказал: он разъяснил это — то есть трудные вопросы. И сказал аль-Валид ибн Муслим от аль-Аузаи, от Абдуллаха ибн Саада, от Убады ибн Нусайй, от ас-Сунабихи, от Муавии ибн Абу Суфьяна, что при нём упомянули вопросы, и он сказал: разве вы не знаете, что посланник Аллаха ﷺ запретил трудные вопросы?
Они также привели в доказательство хадис Сахля ибн Саада (да будет доволен им Аллах) и других о том, что посланник Аллаха ﷺ не любил вопросов и осуждал их.
И то, что он ﷺ сказал: «Поистине, Аллах, Преславный и Возвышенный, не любит для вас пересказов и множества вопросов».
И он привёл через свой иснад от Абд ар-Рахмана ибн Махди, от Малика, от аз-Зухри, от Сахля ибн Саада, который сказал: «Посланник Аллаха ﷺ проклинал вопросы и осуждал их».
Он также привёл от аль-Аузаи, от Абды ибн Абу Лубабы, который сказал: «Я хотел бы, чтобы моей удачей среди людей этого времени было то, что я не буду спрашивать их ни о чём, и они не будут спрашивать меня ни о чём, — они соревнуются друг с другом вопросами, как обладатели дирхемов соревнуются дирхемами».
Он также привёл от Исмаила ибн Аййаша, от Шурахбиля ибн Муслима, который слышал от аль-Хаджжаджа ибн Амира ас-Сумали — а он был из сподвижников посланника Аллаха ﷺ, — что посланник Аллаха ﷺ сказал: «Остерегайтесь множества вопросов».
Он сказал: а в передаче Ашхаба спросили Малика о словах посланника Аллаха ﷺ: «Я запрещаю вам пересказы и множество вопросов», и он сказал: что касается множества вопросов, то я не знаю, идёт ли речь о том, чем вы занимаетесь, — о множестве вопросов, которые он вам запретил, ибо посланник Аллаха ﷺ не любил вопросов и осуждал их, и сказал Аллах, Преславный и Возвышенный: «Не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, огорчат вас» (сура «Трапеза», аят 101). Не знаю, идёт ли речь об этом, или о вопрошении людей друг друга с просьбой о снисхождении.
Они также привели в доказательство то, что передал Ибн Шихаб от Амира ибн Саада ибн Абу Ваккаса, который слышал, как его отец говорил: сказал посланник Аллаха ﷺ: «Наибольший грех среди мусульман совершает тот, кто спросил о том, что не было запрещено мусульманам, и это было запрещено им из-за его вопроса».
И осуждение мнения встречается в словах предшественников (да будет доволен ими Аллах). Аш-Шааби — а он один из крупнейших последователей, застал сто двадцать сподвижников и перенимал знания от большинства из них — был спрошен о вопросе, касающемся брака, и сказал спросившему: если я сообщу тебе мнение, то помочись на него. От него передаётся: то, что принесли вам эти сподвижники посланника Аллаха ﷺ, — берите это, а то, что было из их собственного мнения, — бросайте это в отхожее место. От Амра ибн Динара передаётся, что Джабиру ибн Зейду сказали: они...
«Они записывают то, что слышат от тебя», — сказал он, — «поистине, мы принадлежим Аллаху, и к Нему возвращаемся, они записывают это, а я завтра могу отступить от этого». От Ибн Уяйны передаётся, что он сказал: «Иджтихад мнения — это совет с людьми знания, а не то, чтобы человек говорил его от собственного разумения». Умар ибн Абд аль-Азиз написал людям: «Ни у кого нет своего мнения перед сунной, которую установил Посланник Аллаха ﷺ». От Абу Надры передаётся, что он сказал: «Я слышал, как Абу Салама ибн Абд ар-Рахман говорил аль-Хасану аль-Басри: «Дошло до меня, что ты выносишь фетвы по своему мнению, так не выноси фетву по своему мнению, кроме как если это сунна от Посланника Аллаха ﷺ»». От Абу Ваиля передаётся, что он сказал: «Остерегайся сидеть с тем, кто говорит: «а что ты думаешь, а что ты думаешь»». От Ибн Шихаба передаётся, что он сказал: «Оставьте сунну идти своим путём, не противопоставляйте ей мнение». От него же передаётся — когда он упоминал то, во что впали люди из этого мнения, и их оставление сунн, — что он сказал: «Иудеи и христиане отделились от того знания, что было у них в руках, именно тогда, когда последовали за мнением и погрузились в него». Один человек спросил Салима ибн Абдуллаха ибн Умара о чём-то, и тот сказал: «Я не слышал об этом ничего». Человек сказал ему: «Сообщи мне, да исправит тебя Аллах, своё мнение». Тот сказал: «Нет». Человек повторил свою просьбу, сказав: «Я удовлетворюсь твоим мнением». Салим сказал: «Ведь может быть так, что если я сообщу тебе своё мнение, а потом ты уйдёшь, а я после этого увижу иное мнение, то не найду тебя [чтобы поправить]».
Аль-Бухари сказал: «Рассказал нам Абд аль-Азиз ибн Абдуллах аль-Увайси, рассказал нам Малик ибн Анас, что Рабиа говорил Ибн Шихабу: «Моё положение не похоже на твоё положение — я говорю своё мнение, кто хочет — берёт его и поступает по нему, а кто хочет — оставляет его»».
Аль-Фирьяби сказал: «Рассказал нам Ахмад ибн Ибрахим ад-Даураки, сказал: «Я слышал, как Абд ар-Рахман ибн Махди говорил: «Я слышал, как Хаммад ибн Зайд говорил: «Айюбу ас-Сахтияни было сказано: «Что с тобой, что ты не занимаешься умозрительным мнением?» Айюб ответил: «Осла спросили: «Что с тобой, что ты не жуёшь жвачку?» Он ответил: «Я не люблю пережёвывать ложь»»»»».
Аль-Фирьяби сказал: «Рассказал нам аль-Аббас ибн аль-Валид ибн Мазйад, сообщил мне мой отец, сказал: «Я слышал, как аль-Авзаи говорил: «Держись преданий предшественников, даже если люди тебя отвергнут, и остерегайся мнений людей, даже если они украсят для тебя свою речь»»».
Абу Зур'а сказал: «Рассказал нам Абу Мусхир, сказал: «Саид ибн Абд аль-Азиз, когда его спрашивали, не отвечал, пока не скажет: «Нет силы и могущества, кроме как от Аллаха, это [лишь] мнение, а мнение может ошибаться и может быть верным»»».
Передаётся от Абу Юсуфа и аль-Хасана ибн Зияда от Абу Ханифы, что он сказал: «Это наше знание — [лишь] мнение, и это наилучшее, на что мы способны, а кто придёт к нам с лучшим, чем это, мы примем это от него».
Ат-Тахави сказал: «Рассказал нам Мухаммад ибн Абдуллах ибн Абд аль-Хакам, рассказал нам Ашхаб ибн Абд аль-Азиз, сказал: «Я был у Малика, когда его спросили о [разводе] «аль-баттата», и я взял свои доски, чтобы записать то, что он скажет, и Малик сказал мне: «Не делай этого, ведь возможно, что вечером я скажу, что это [считается] одним [разводом]»»».
Ма'н ибн Иса аль-Каззаз сказал: «Я слышал, как Малик говорил: «Я лишь человек, я ошибаюсь и бываю прав, так рассматривайте моё слово: всё, что соответствует Книге и сунне, берите, а что не соответствует Книге и сунне, оставляйте»».
Ибн аль-Каййим сказал, да будет милостив к нему Аллах: «Да будет доволен Аллах имамами ислама и да вознаградит их наилучшим образом за их наставления, и поистине последовали их заветам и пошли их путём люди знания и религии из числа их последователей.
А что до фанатичных приверженцев, то они перевернули дело: они рассматривали сунну, и то, что соответствовало их словам из неё, они принимали, а то, что противоречило ей, они изощрялись, чтобы отвергнуть это или отвергнуть указание на это. А когда приходило нечто подобное этому, или более слабое по иснаду и указанию, но соответствующее их словам, они принимали это и не считали недопустимым отвергнуть [противное этому], и приводили это в качестве возражения своим противникам, отворачиваясь [от противоречий], и утверждали доказательность этого иснада и его указания. А когда приходил тот же самый иснад, или даже более сильный, чем он, а его указание было подобно тому указанию или даже сильнее его, но против их слов, они отталкивали это и не принимали».
Бакы ибн Махлад сказал: «Рассказал нам Сахнун и аль-Харис ибн Мискин от Ибн аль-Касима от Малика, что он часто говорил: «Мы только предполагаем, и мы не убеждены» (сура аль-Джасия, 32)».
Аль-Ка'нби сказал: «Я вошёл к Малику ибн Анасу во время его болезни, от которой он умер, и поприветствовал его, затем сел, и увидел, что он плачет. Я сказал ему: «О Абу Абдуллах, что заставляет тебя плакать?» Он сказал мне: «О сын Ка'наба, а как мне не плакать? И кто более достоин плача, чем я? Клянусь Аллахом, я желал бы, чтобы за каждый вопрос, по которому я дал фетву на основе мнения, меня ударили плёткой, а у меня была возможность [следовать] тому, что уже было передано до меня, и лучше бы я не давал фетв по мнению»».
Ибн Абу Дауд сказал: «Рассказал нам Ахмад ибн Синан, сказал: «Я слышал, как аш-Шафии говорил: «Пример того, кто занимается умозрительным мнением, а потом раскаивается в этом, подобен примеру безумца, которого лечили, пока он не выздоровел, а потом ему напомнили, в каком состоянии он бывал, охваченный [этим безумием]»»».
Ибн Абу Дауд сказал: «Рассказал нам Абдуллах ибн Ахмад ибн Ханбаль, сказал: «Я слышал, как мой отец говорил: «Ты почти не увидишь никого, кто занимался умозрительным мнением, чтобы в его сердце не было порчи»»». Абдуллах ибн Ахмад также сказал: «Я слышал, как мой отец говорил: «Слабый хадис мне дороже, чем умозрительное мнение»». Абдуллах сказал: «Я спросил своего отца о человеке, который находится в местности, где он не находит никого, кроме приверженца хадиса, не различающего достоверное от недостоверного, и приверженцев умозрительного мнения, и с ним случается происшествие [требующее решения]. Мой отец сказал: «Пусть спрашивает приверженцев хадиса, и не спрашивает приверженцев мнения — слабый хадис сильнее умозрительного мнения»».
Ибн аль-Каййим сказал: «Приверженцы Абу Ханифы, да будет милостив к нему Аллах, единогласны в том, что в мазхабе Абу Ханифы слабый хадис у него предпочтительнее аналогии и умозрительного мнения, и на этом он построил свой мазхаб, как он предпочёл хадис о смехе [нарушающем омовение] аналогии и умозрительному мнению, несмотря на его слабость, и предпочёл хадис об омовении финиковым набизом в пути, несмотря на его слабость, мнению и аналогии, и запретил отсечение руки вору за кражу менее десяти дирхамов, а хадис об этом слабый, и установил максимальный срок менструации в десять дней, а хадис об этом слабый, и поставил условием проведения пятничной молитвы наличие города, а хадис об этом также [слабый], и оставил чистую аналогию в вопросах о колодцах ради преданий об этом, не восходящих к Пророку [напрямую]. Так предпочтение слабого хадиса и преданий сподвижников аналогии и умозрительному мнению — это его слово и слово имама Ахмада. И не подразумевается под слабым хадисом в терминологии предшественников то, что подразумевается под слабым в терминологии более поздних учёных, ведь то, что более поздние учёные называют хорошим (хасан), предшественники иногда называли слабым».
Составитель, да простит его Всевышний Аллах, говорит: слово Ибн аль-Каййима, да будет милостив к нему Аллах, о том, что мазхаб Абу Ханифы — предпочтение слабого хадиса аналогии, а затем он привёл примеры этого, требует рассмотрения. Ведь если они сделали это в упомянутых примерах, то как бы хотелось, чтобы они ограничились этим, но они отвергают достоверные хадисы посредством аналогии, как они сделали с хадисом о мусарра (обманно раздутом вымени), по которому [аль-Бухари и Муслим] согласны, и с хадисом, также согласованным [обоими], «нет молитвы без матери Корана», и с хадисом о продаже арайя, и с хадисом о запрете возврата дара, кроме как для отца, и с хадисом «нет закята с зерна и плодов, пока они не достигнут пяти васков», и с прочими достоверными хадисами, которые они отвергли на том основании, что они противоречат аналогии. Ибн аль-Каййим прекрасно сделал, приведя более пятидесяти примеров того, в чём ханафиты и другие противоречили достоверным хадисам, так обратись к этому и извлечёшь пользу, и от Аллаха Всевышнего помощь.
И также его слово: «И не подразумевается под слабым хадисом то, что слабое в терминологии более поздних учёных», требует рассмотрения, ведь это не соответствует мазхабу ханафитов, как об этом свидетельствуют хадисы, которые Ибн аль-Каййим привёл в качестве примеров этого, ведь они слабые по их собственной терминологии, так рассмотри это со справедливостью, и Аллах Всевышний ведёт к прямому пути.
Он сказал: «И цель в том, что все предшественники осуждали умозрительное мнение и аналогию, противоречащую Книге и сунне, и что не дозволено действовать по ней ни в фетве, ни в судебном решении, и что мнение, о котором неизвестно, противоречит оно Книге и сунне или соответствует им, — максимум, что допускается, это действовать по нему при необходимости в этом, без обязательности и без осуждения того, кто ему противоречит».
Хафиз Абу Умар ибн Абд аль-Барр приводит со своим иснадом от Абдуллаха ибн Ахмада ибн Ханбаля от его отца, что он сказал (размером «камиль»):
Религия Пророка Мухаммада — это преданья,
Прекрасное верховое животное для юноши — известия.
Не позволяй себя обмануть относительно хадиса и его приверженцев,
Ведь умозрительное мнение — это ночь, а хадис — день.
И как часто юноша не ведает путей верного руководства… а солнце восходит, и лучи его сияют.
И сказал один из учёных [размером «баситъ»]:
Знание — это то, что сказал Аллах, сказал Его Посланник, сказали сподвижники, — в этом нет разногласия.
Разве знание — это то, что ты по глупости устанавливаешь разногласие между текстами и мнением глупца?
Нет, и не установление разногласия по невежеству между Посланником и мнением знающего фикх.
Нет, и не намеренное отвержение текстов из страха уподобления и придания телесности.
Упаси Боже тексты от того, чем их обвиняет группа отвергающих (атрибуты Аллаха) и вводящих в заблуждение.
Сказал составитель, да простит его Аллах: я изложил в стихах виды ложного мнения (раъй), разбор которых был приведён ранее в «ат-Тухфа аль-марзыйя», и сказал:
Виды ложного мнения
Первый из них — мнение, противоречащее текстам, и мы не считаем его сторонников иначе как ворами.
Ложность его известна по необходимости из религии Ислама, так клейми его обвинением во лжи.
И второй его вид — речь о религии без знания, из вымысла и предположения, — она запрещена,
тому, кто небрежен в понимании текстов, использующему свои мнения в частности.
Третий его вид — мнение, содержащее отвержение имён Бога открыто,
следующего мнениям людей нововведений в их отвержении текстов шариата, — пойми же это.
Они противопоставили текстам искажение и изменили смысл в нечто нелепое.
Четвёртый его вид — мнение, из-за которого возникли нововведения, утвердившиеся через него,
через которое распространилась беда и изменились сунны, — да упасёт нас Бог наш от всех смут.
Так вот, все эти виды — предшественники общины единодушны в их осуждении, и как это заслуженно.
А Аллах Всевышний лучше знает истину.
(Вопрос пятый): о разъяснении одобряемого мнения (раъй):
(Знай), что одобряемое мнение бывает нескольких видов:
(Первый): мнение самых сведущих в фикхе людей общины, самых чистых сердцем, самых глубоких в знании, наименее склонных к натянутости, самых верных в намерениях, самых совершенных по природе, самых полных в понимании, самых чистых умом, — тех, кто был свидетелем ниспослания (Откровения), познал толкование, понял цели Посланника ﷺ. Отношение их мнений и намерений к тому, с чем пришёл Посланник ﷺ, подобно их отношению к его обществу (сподвижничеству), и разница между ними и теми, кто пришёл после них, в этом подобна разнице между ними в достоинстве. Так что отношение мнения тех, кто после них, к их мнению подобно отношению их положения к положению сподвижников.
Сказал аш-Шафии, да будет милостив к нему Аллах, в своём «Багдадском послании», которое передал от него аль-Хасан ибн Мухаммад аз-За‘фарани, и вот его слова:
Аллах ﷻ восхвалил сподвижников Посланника Аллаха ﷺ в Коране, Торе и Евангелии, и предшествовало им на языке Посланника Аллаха ﷺ такое достоинство, какого нет ни у кого после них. Да помилует их Аллах и да поздравит их с тем, чего Он им дал из достижения высших степеней правдивых, шахидов и праведников. Они передали нам сунны Посланника Аллаха ﷺ, были свидетелями его, когда на него ниспосылалось откровение, и знали, что имел в виду Посланник Аллаха ﷺ — общее и частное, обязательное и рекомендательное, — и знали из его сунны то, что мы знаем и то, чего мы не знаем. Они выше нас во всяком знании, усердии, благочестии, разуме и в том, чем достигается и извлекается знание. Их мнения нам милее и предпочтительнее для нас, чем наше собственное мнение о самих себе. И кого мы застали из тех, кем довольны, или о ком нам передали в нашем городе, — они в том, о чём они не знали от Посланника Аллаха ﷺ сунны, обращались к их мнению, если они были единодушны, или к мнению некоторых из них, если они разошлись. Так же говорим и мы, и мы не выходим за пределы их высказываний. И если сказал один из них что-то, и никто другой ему не противоречил, мы берём его слово.
И поскольку мнение сподвижников (да будет доволен ими Аллах) занимало у аш-Шафии такое положение, он сказал в новом мнении в «Книге о наследстве» о наследовании деда и братьев: «Это учение, которое мы восприняли от Зайда ибн Сабита, и от него мы взяли большую часть положений о наследстве».
И сказал: «Аналогия (кыяс) у меня требует убийства монаха, если бы не то, что передано от Абу Бакра (да будет доволен им Аллах)», — и оставил явную аналогию ради слова ас-Сиддика (да будет доволен им Аллах). И сказал в передаче ар-Раби‘ от него: «Нововведение — это то, что противоречит Книге, или сунне, или переданному от кого-либо из сподвижников Посланника Аллаха ﷺ». Так он сделал то, что противоречит слову сподвижника, — нововведением.
Смысл этого: никто из тех, кто пришёл после них, не равен им в их мнении. И как может он быть равен им, когда один из них выносил мнение, а Коран ниспосылался в соответствии с ним? Как усмотрел Умар (да будет доволен им Аллах) относительно пленных Бадра, что им следует отрубить головы, и Коран ниспослался в согласии с этим; и усмотрел он, что жёнам Пророка ﷺ следует быть закрытыми (хиджаб), и Коран ниспослался в согласии с этим; и усмотрел он, что место стояния Ибрахима следует сделать местом молитвы, и Коран ниспослался в согласии с этим, — и другие подобные совпадения.
И сказал Са‘д ибн Му‘аз (да будет доволен им Аллах), когда Пророк ﷺ сделал его судьёй относительно бану Курайза: «Я считаю, что следует убить их воинов, взять в плен их потомство и захватить их имущество в качестве трофеев». И сказал Пророк ﷺ: «Ты вынес решение согласно решению Аллаха, что над семью небесами». Согласились на этом (аль-Бухари и Муслим).
И когда обращались к Ибн Мас‘уду (да будет доволен им Аллах) месяц о разведённой (муфаввада), он сказал: «Я скажу об этом своё мнение; если это верно — то от Аллаха, а если ошибка — то от меня и от шайтана, а Аллах и Его Посланник неповинны в этом. Я считаю, что ей полагается брачный дар, подобный дару её женщин, — без убытка и без излишества, и ей полагается наследство, и на ней лежит обязанность выждать срок (идда)». И встали люди из племени Ашджа‘ и сказали: «Мы свидетельствуем, что Посланник Аллаха ﷺ вынес решение о женщине из нас, называемой Барва бинт Вашик, подобное тому, что ты решил». И не радовался Ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах) ничему после Ислама так, как радовался этому. Хадис достоверный, привели его Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи, Ибн Маджа и другие.
И вправе те, чьи мнения были на таком уровне, что их мнение лучше для нас, чем наше мнение о самих себе. И как может быть иначе? Ведь это мнение, исходящее из сердец, наполненных светом, верой, мудростью, знанием, познанием и пониманием от Аллаха Всевышнего и Его Посланника ﷺ, и наставлением для общины, и сердца их были подобны сердцу их Пророка, и не было посредника между ними и им, и они принимали знание и веру из светильника пророчества свежим, только что явленным, не омрачённым сомнением, не омрачённым разногласием, не осквернённым противоречием. Так что сравнивать мнение других с их мнениями — из числа самых порочных сравнений (кыясов).
(Второй вид одобряемого мнения): мнение, которое разъясняет тексты, показывает способ извлечения из них указания, утверждает их, разъясняет их достоинства и облегчает путь извлечения (истинбат) из них. Как сказал Абдан: «Слышал я, как Абдуллах ибн аль-Мубарак говорил: пусть то, на что ты опираешься, будет предание (асар), а из мнения (раъй) бери то, что разъясняет тебе хадис». И это понимание, которым Аллах ﷾ выделяет, кого пожелает, из Своих рабов.
Пример этого: мнение сподвижников (да будет доволен ими Аллах) о «увеличении» (аль-‘авль) в вопросах наследства при столкновении обязательных долей; их мнение в вопросе о муже и родителях, и о жене и родителях, что матери полагается треть от того, что осталось после доли супругов; их мнение о наследовании разведённой безвозвратно (мабтуна) в болезни, ведущей к смерти; их мнение в вопросе о «притяжении покровительства» (джарр аль-валя); их мнение о том, что паломнику, вступившему в половую связь с женой, портится хадж, но обязательно продолжить его, а затем совершить возмещение (када) и жертвоприношение в следующем году; их мнение о беременной и кормящей, что если они боятся за своих детей, то прерывают пост, возмещают его и кормят за каждый день одного бедняка; их мнение о менструирующей женщине, которая очищается до наступления зари, — что она молится закатную и ночную молитвы, а если очистилась до захода солнца — молится полуденную и послеполуденную; их мнение о «каляля» (наследовании без прямых наследников) и прочее.
Сказал имам Ахмад: рассказал нам Язид ибн Харун, рассказал нам Асим аль-Ахваль, от аш-Ша‘би, сказал: спросили Абу Бакра о «каляля», и он сказал: «Я скажу об этом своё мнение; если оно верно — то от Аллаха, а если ошибка — то от меня и от шайтана. Я считаю, что это то, что помимо родителя и ребёнка».
(Третий вид одобряемого мнения): это мнение, на котором сошлась община, и которое переняли их потомки от их предшественников. Ведь то, на чём они единодушно сошлись во мнении, не может быть иначе как верным, подобно тому, как они единодушно сходятся в передаче (риваят) и в сновидении. Ведь Пророк ﷺ сказал своим сподвижникам, когда у них множились сновидения о Ночи предопределения в последней десятидневке рамадана: «Вижу я, что ваши сновидения сошлись…»
(1) Привёл ад-Дарими в «Мусанаде» (2976), Абд ар-Раззак в «Мусаннафе» (19191) и аль-Байхаки в «Сунане» (6/224). В нём есть разрыв, так как аш-Шаʻби не слышал от Абу Бакра (да будет доволен им Аллах).
«…совпали в последних десяти [ночах]». Согласились в передаче [аль-Бухари и Муслим]. Так Пророк ﷺ придал значение совпадению сновидений верующих, а община защищена от ошибки в том, в чём сходятся её риваяты и сновидения. Поэтому правильность и точность мнения достигаются тогда, когда оно становится предметом совета среди его обладателей, а не единоличным решением одного человека. Аллах ﷻ похвалил верующих за то, что их дело — совет между ними. И когда перед повелителем верующих Умаром ибн аль-Хаттабом (да будет доволен им Аллах) возникал случай, по которому у него не было прямого текста от Аллаха ﷻ или от Его Посланника ﷺ, он собирал для этого соратников Посланника ﷺ и делал решение вопроса предметом совета между ними.
Аль-Бухари сказал: рассказал нам Суней, рассказал нам Язид, от аль-Аввама ибн Хавшаба, от аль-Мусаййаба ибн Рафиʻа, который сказал: когда возникало дело из числа судебных, которого не было ни в Писании, ни в сунне, оно называлось «сафи амиров» (1), и передавалось им [для решения]; для него собирали людей знания, и на чём сходилось их мнение, то и было истиной (2).
(Четвёртый вид одобряемого мнения): иджтихад, основанный на свете Писания, сунны и мнения сподвижников. Это происходит после поиска знания о случившемся деле в Коране; если не находят его там, то в сунне; если не находят в сунне, то в том, что решили праведные халифы, или двое из них, или один; если не находят и этого, то в том, что сказал один из сподвижников (да будет доволен ими Аллах); если и этого не находят, тогда прилагают собственное усилие мнения, рассматривая, что ближе всего к Писанию Аллаха, сунне Его Посланника ﷺ и решениям его сподвижников (да будет доволен ими Аллах). Это и есть тот вид мнения, который допустили сподвижники, применяли его, и один одобрял другого в этом.
Али ибн аль-Джаʻд сказал: сообщил нам Шуʻба от Сайяра, который сказал: Умар (да будет доволен им Аллах) взял у одного человека коня по договору о [пробной] покупке, испытал его верхом, и конь погиб. Человек стал с ним спорить, и Умар сказал: «Поставь между нами и собой человека [судьёй]». Тот человек сказал: «Я согласен на Шурайха аль-Ираки». Шурайх сказал: «Ты взял его здоровым и целым, и ты в ответе за него, пока не вернёшь его здоровым и целым». [Сайяр] сказал: и, кажется, это понравилось [Умару], и он направил его судьёй, сказав: «То, что стало тебе ясным из Писания Аллаха, о том не спрашивай никого; если же тебе не стало ясным из Писания Аллаха, то [обратись] к сунне; если не найдёшь этого в сунне, то приложи усилие своего мнения».
Абу Убайд сказал: рассказал нам Касир ибн Хишам, от Джаʻфара ибн Буркана. А Абу Нуайм сказал:
(2) Слабый [хадис]; так как Суней слаб, несмотря на его руководящее положение и знание. Смотри: «ат-Такриб», с. 138.
от Джаʻфара ибн Буркана, от Маʻмара аль-Басри, от Абу аль-Аввама. А Суфьян ибн Уяйна сказал: рассказал нам Идрис Абу Абдаллах ибн Идрис, который сказал: я пришёл к Саʻиду ибн Абу Бурде и спросил его о посланиях Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах), которые он писал Абу Мусе аль-Ашʻари (да будет доволен им Аллах). А Абу Муса завещал [хранить эти письма] Абу Бурде, и тот вынес ему письма, и я увидел в одном из этих писем…
Возвращаемся к хадису Абу аль-Аввама, который сказал: Умар написал Абу Мусе:
«Далее. Судейство — это твёрдо установленная обязанность и соблюдаемая сунна. Понимай же [дело], когда его к тебе представляют, ибо не приносит пользы речь об истине, если ей не дать исполнения. Будь равным к людям в своём собрании, в своём облике и в своём судействе, чтобы не надеялся знатный на твою несправедливость и не отчаивался слабый в твоей справедливости. Доказательство — на истце, а клятва — на отрицающем. Примирение допустимо между мусульманами, кроме такого примирения, которое разрешает запретное или запрещает дозволенное. А кто заявляет претензию на отсутствующего [ответчика] или на доказательство, назначь ему срок, до которого он должен [представить доказательство]; если он его представит, дай ему то, что ему полагается по праву; если же он окажется не способен на это, то вынеси решение против него, ибо это наиболее убедительно для оправдания и наиболее ясно для рассеивания слепоты. И пусть не удерживает тебя решение, которое ты вынес сегодня, а затем пересмотрел своё мнение, и был направлен к правильному, от того, чтобы вернуться к истине, ибо истина древня, и ничто её не отменяет, а возврат к истине лучше, чем упорство в лжи. Мусульмане справедливы друг к другу [в свидетельстве], кроме того, кто был испытан свидетельством лжи, или подвергнутого наказанию по установленной мере, или подозреваемого в связи с покровительством или родством, ибо Аллах Всевышний взял на Себя [ведение] тайных дел рабов и покрыл их наказания, кроме как через доказательства и клятвы. Затем — понимание, понимание того, что представляется тебе из того, чего нет ни в Коране, ни в сунне; затем сопоставляй дела в таком случае и познавай подобия; затем стремись в том, что видишь, к тому, что наиболее любимо Аллахом и наиболее сходно с истиной. Берегись гнева, тревоги, раздражения, причинения неприятностей людям и неприязни при разбирательстве тяжбы или тяжущихся — сомнение Абу Убайда — ибо судейство на стороне истины — из того, за что Аллах воздаёт наградой и делает добрым упоминание. Кто очистил своё намерение в истине, даже против самого себя, тому Аллах достаточен во [всём], что между ним и людьми; а кто украшается тем, чего нет в его душе, того Аллах обнажит, ибо Аллах Всевышний не принимает от рабов ничего, кроме того, что было искренним. Так что подумай о награде у Аллаха в скором Его пропитании и сокровищницах Его милости. И мир тебе и милость Аллаха».
Абу Убайд сказал: я спросил Касира: «Возвёл ли это Джаʻфар к иснаду?» Он ответил: «Нет» (1).
Ибн аль-Каййим (да помилует его Аллах) сказал: «Это славное послание, которое учёные приняли и на котором построили основы судейства и свидетельства. Судья и муфтий больше всего нуждаются в нём и в его осмыслении и постижении его смысла». Конец цитаты (2). Это ценное исследование и приятное разъяснение.
Собиратель [этой книги], да простит его Аллах, сказал: я уже изложил в стихах виды одобряемого мнения, о которых говорилось выше, также в «ат-Тухфа аль-Марзыйя», и сказал:
Виды одобряемого мнения
Первый — мнение благородных сподвижников,
наиболее сведущих в общине и примера для людей.
Наиболее чистых сердцем, наименее обременённых,
они видели ниспослание [Откровения], обладая познанием.
Они знали его толкование и понимали
цели шариата — и что за прекрасное приобретение!
Их мнение лучше для нас, чем наше собственное мнение,
и как может быть иначе, когда оно дошло до нас явно,
то есть из сердец, наполненных верой,
мудростью, и расширившихся уверенностью.
Их сердца были подобны сердцу Пророка,
и посредники знания были для них устранены.
Они передали свежим и незапятнанным то, что не смешалось
с тем, что оскверняет его чистоту сомнениями.
Второй — мнение, которым разъясняются
тексты, чья глубина исследуется.
Третий — мнение, о котором они сошлись во мнении,
и оно обрело неоспоримую правильность.
Четвёртый — мнение, которое приходит к тебе
после твоего тщательного и уверенного исследования,
из Писания, затем сунны, затем того,
чем возвышалось решение халифов;
затем тем, что сказали благочестивые сподвижники —
а после этого ты сам увидишь, что предпочтительнее.
И по цепи передачи, восходящей к автору (да помилует его Аллах), в начале книги сказано:
[6773] (…) — (Рассказал нам Абу ар-Рабиʻ аль-Атаки, рассказал нам Хаммад — то есть ибн Зейд — (х) и рассказал нам Яхья ибн Яхья, сообщил нам Аббад ибн Аббад и Абу Муавия (х)
(2) Смотри: «Иʻлям аль-Мувакиʻин» (1/69-87).
И передали нам Абу Бакр ибн Абу Шейба и Зухайр ибн Харб — оба сказали: рассказал нам Вакиʻ (х); и передал нам Абу Курайб: рассказали нам Ибн Идрис, Абу Усама, Ибн Нумайр и ʻАбда (х); и передал нам Ибн Абу ʻУмар: рассказал нам Суфьян (х); и передал мне Мухаммад ибн Хатим: рассказал нам Яхья ибн Саʻид (х); и передал мне Абу Бакр ибн Нафиʻ, сказал: рассказал нам ʻУмар ибн ʻАли (х); и передал нам ʻАбд ибн Хумайд: рассказал нам Язид ибн Харун: сообщил нам Шуʻба ибн аль-Хаджжадж — все они передают от Хишама ибн ʻУрвы, от своего отца, от ʻАбдуллаха ибн ʻАмра, от Пророка ﷺ, подобно риваяту Джарира, и добавил в риваяте ʻУмара ибн ʻАли: «Затем я встретил ʻАбдуллаха ибн ʻАмра по прошествии года и спросил его, и он повторил нам этот хадис так же, как рассказывал: он сказал: слышал я Посланника Аллаха ﷺ говорящим...».
Передатчики этого иснада: двадцать пять:
1 — (Абу ар-Рабиʻ аль-ʻАтакий) — Сулейман ибн Дауд аз-Зухраний, был упомянут недавно.
2 — (Хаммад ибн Зейд) — Абу Исмаиль аль-Басри, был упомянут три главы назад.
3 — (Яхья ибн Яхья) — ат-Тамими ан-Найсабури, также был упомянут три главы назад.
4 — (ʻАббад ибн ʻАббад) — ибн Хабиб ибн аль-Мухаллаб ибн Абу Суфра аль-Азди аль-Мухаллаби, Абу Муʻавия аль-Басри, надёжный (сика), но иногда ошибался [7-й слой] (умер в 179 г.) или годом позже (ع) — был упомянут в «Книге веры» 6/124.
5 — (Зухайр ибн Харб) — Абу Хайсама ан-Насаи, затем аль-Багдади, был упомянут недавно.
6 — (Ибн Идрис) — это ʻАбдуллах ибн Идрис аль-Авди аль-Куфи, был упомянут четыре главы назад.
7 — (Ибн Абу ʻУмар) — это Мухаммад ибн Яхья ибн Абу ʻУмар аль-ʻАдани, затем аль-Макки, был упомянут недавно.
8 — (Суфьян) — ибн ʻУяйна аль-Куфи, затем аль-Макки, также был упомянут недавно.
9 — (Мухаммад ибн Хатим) — ибн Маймун аль-Багдади ас-Самин, также был упомянут недавно.
10 — (Абу Бакр ибн Нафиʻ) — это Мухаммад ибн Ахмад ибн Нафиʻ аль-ʻАбди аль-Басри, также был упомянут недавно.
11 — (ʻУмар ибн ʻАли) — ибн ʻАтаа ибн Мукаддам — с «каф», по форме слова «Мухаммад» — аль-Басри, васитского происхождения, надёжный (сика), но сильно практиковал тадлис [8-й слой] (умер в 190 г.), а по другим данным — позже (ع) — был упомянут во «Введении» 3/13.
12 — (ʻАбд ибн Хумайд) — аль-Каси, был упомянут недавно.
13 — (Язид ибн Харун) — ас-Сулями, их вольноотпущенник, Абу Халид аль-Васити, надёжный (сика), точный (мутакин), благочестивый (абид) [9-й слой] (умер в 206 г., приблизившись к девяноста годам) (ع) — был упомянут во «Введении» 6/45.
Остальные упомянуты в трёх предшествующих главах.
Его слово («все они — от Хишама ибн ʻУрвы») означает, что все эти двенадцать человек — а именно: Хаммад ибн Зейд, ʻАббад ибн ʻАббад, Абу Муʻавия, Вакиʻ, ʻАбдуллах ибн Идрис, Абу Усама, ʻАбдуллах ибн Нумайр, ʻАбда ибн Сулейман, Суфьян ибн ʻУяйна, Яхья аль-Каттан, ʻУмар ибн ʻАли аль-Мукаддами и Шуʻба — передали этот хадис от Хишама ибн ʻУрвы, от его отца, от ʻАбдуллаха ибн ʻАмра ибн аль-ʻАса (да будет доволен им Аллах).
[Примечание]: что касается риваята Хаммада ибн Зейда от Хишама ибн ʻУрвы, то его привёл Ибн Хиббан (да помилует его Аллах) в своём «Сахихе», сказав:
(6719) — сообщил нам Абу Яʻля из своей книги, сказал: рассказал нам Абу ар-Рабиʻ аз-Зухрани, сказал: рассказал нам Хаммад ибн Зейд, сказал: рассказал нам Хишам ибн ʻУрва, от своего отца, от ʻАбдуллаха ибн ʻАмра, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Поистине, Аллах не забирает знание, вырывая его у людей, но забирает учёных вместе с их знанием, так что, когда не останется ни одного учёного, люди станут брать в качестве глав невежд, и их будут спрашивать, и они будут выносить решения без знания, и сами заблудятся, и введут в заблуждение других». Конец.
Что касается риваята Суфьяна ибн ʻУяйны от Хишама, то его привёл аль-Хумайди (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(581) — рассказал нам Суфьян, сказал: рассказал нам Хишам ибн ʻУрва, сказал: сообщил мне мой отец, сказал: слышал я ʻАбдуллаха ибн ʻАмра ибн аль-ʻАса говорящим: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Поистине, Аллах, велик Он и славен, не забирает знание, вырывая его из сердец людей, но забирает его, забирая учёных, и когда не оставит ни одного учёного, люди возьмут в качестве глав невежд, и будут спрашивать их, и они будут выносить фетвы без знания, и сами заблудятся, и введут в заблуждение других». ʻУрва сказал: затем я прождал год, потом встретил ʻАбдуллаха ибн ʻАмра ибн аль-ʻАса во время обхода (тавафа), спросил его об этом, и он сообщил мне это от него же. Конец.
Что касается риваята Вакиʻа от Хишама, то его привёл Ибн Абу Шейба (да помилует его Аллах) в своём «Мусаннафе», сказав:
(37590) — рассказал нам Вакиʻ, от Хишама, от его отца, от ʻАбдуллаха ибн ʻАмра, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Поистине, Аллах не забирает знание, вырывая его у людей, но забирает знание, забирая учёных, так что, когда не останется ни одного учёного, люди возьмут в качестве глав невежд, и их будут спрашивать, и они будут выносить фетвы без знания, и сами заблудятся, и введут в заблуждение других». Конец.
Что касается риваята Абу Усамы от Хишама, то его привёл аль-Байхаки (да помилует его Аллах) в «аль-Кубра», сказав:
(20139) — рассказал нам Абу Мухаммад ʻАбдуллах ибн Юсуф аль-Асбахани, диктуя, сообщил нам Абу Саʻид Ахмад ибн Мухаммад ибн Зияд аль-Басри в Мекке (х); и сообщил нам Абу ʻАбдуллах Мухаммад ибн ʻАбдуллах аль-Хафиз, рассказал нам Абу аль-ʻАббас Мухаммад ибн Яʻкуб — оба сказали: рассказал нам аль-Хасан ибн ʻАли ибн ʻАффан аль-ʻАмири, рассказал нам Абу Усама, от Хишама ибн ʻУрвы, от его отца, сказал: слышал я ʻАбдуллаха ибн ʻАмра (да будет доволен им Аллах) говорящим: слышал я Посланника Аллаха ﷺ говорящим: «Поистине, Аллах не вырывает знание, вырывая его у людей, но забирает учёных, так что, когда не оставит ни одного учёного, люди возьмут в качестве глав невежд, и они будут выносить фетвы без знания, и сами заблудятся, и введут в заблуждение других» — это формулировка риваята Абу аль-ʻАббаса. Конец.
Что касается риваята Яхьи аль-Каттана от Хишама, то его привёл Ахмад (да помилует его Аллах) в своём «Мусанаде», сказав:
(6511) — рассказал нам Яхья, от Хишама, — он продиктовал нам, — рассказал мне мой отец: слышал я ʻАбдуллаха ибн ʻАмра из его уст в мои уши, говорящим: слышал я Посланника Аллаха ﷺ говорящим: «Поистине, Аллах не забирает знание, вырывая его у людей, но забирает знание, забирая учёных, так что, когда не оставит ни одного учёного, люди возьмут в качестве глав невежд, и их будут спрашивать, и они будут выносить фетвы без знания, и сами заблудятся, и введут в заблуждение других». Конец.
Что касается риваята ʻАбды ибн Сулеймана от Хишама, то его привёл ат-Тирмизи (да помилует его Аллах) в своём «Джамиʻе», сказав:
(2652) — рассказал нам Харун ибн Исхак аль-Хамдани, рассказал нам ʻАбда ибн Сулейман, от Хишама ибн ʻУрвы, от его отца, от ʻАбдуллаха ибн ʻАмра ибн аль-ʻАса, который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Поистине, Аллах не забирает знание, вырывая его у людей, но забирает знание, забирая учёных, так что, когда не оставит ни одного учёного, люди возьмут в качестве глав невежд, и их будут спрашивать, и они будут выносить фетвы без знания, и сами заблудятся, и введут в заблуждение других». Абу ʻИса сказал: этот хадис хороший, достоверный (хасан сахих). Конец.
Что касается риваятов остальных передатчиков, то я не нашёл того, кто привёл бы их полностью, — пусть это будет исследовано, а Аллах Всевышний знает лучше.
И по непрерывному иснаду, восходящему к автору (да помилует его Аллах), в начале книги он сказал:
[6774] (...) — (передали нам Мухаммад ибн аль-Мусанна: рассказал нам ʻАбдуллах ибн Хумран, от ʻАбд аль-Хамида ибн Джаʻфара: сообщил мне мой отец Джаʻфар, от ʻУмара ибн аль-Хакама, от ʻАбдуллаха ибн ʻАмра ибн аль-ʻАса, от Пророка ﷺ, подобно риваяту Хишама ибн ʻУрвы).
Передатчики этого иснада: шесть:
1 — (ʻАбдуллах ибн Хумран) — с даммой на «х» (хамза) — ибн ʻАбдуллах ибн Хумран ибн Абан, Абу ʻАбд ар-Рахман аль-Басри, правдивый (садук), допускающий немного ошибок [9-й слой].
Передавал от Ибн Авна, Шубы, Саида ибн Абу Аруба, Аш'аса ибн Абд аль-Малика,Ауфа аль-Арабий, Абд аль-Хамида ибн Джа'фара и других.
От него передавали Ахмад, Исхак, Бундар, Абу Муса, Мухаммад ибн Язид ибн Ибрахим, Абда ибн Абдуллах ас-Саффар и другие.
Ибн Ма'ин сказал: «Правдив, благочестив». Абу Хатим сказал: «Хадисы его правильные, правдив». Ибн Хиббан упомянул его в «Достоверных» и сказал: «Ошибается». Ад-Даракутни сказал: «Надёжен». Ибн Шахин сказал: «Шейх надёжный, выдающийся».
Ибн Абу Асим сказал: умер в двести шестом году. Другие сказали: в двести пятом.
Аль-Бухари приводил от него в примечаниях, автор [Муслим] — в основном тексте, а также Абу Дауд и ан-Насаи. В этой книге у него только этот хадис.
2 — (Абд аль-Хамид ибн Джа'фар) ибн Абдуллах ибн аль-Хакам ибн Рафи‘ аль-Ансари аль-Мадани, правдив, был обвинён в приверженности къадру, иногда ошибался [6] (153) (хт, м, 4). Упоминался ранее в «Мечетях и местах молитвы» 4/1195.
3 — (Его отец Джа'фар) ибн Абдуллах ибн аль-Хакам аль-Ансари, Абу Абд аль-Хамид аль-Мадани, надёжен [3] (бх, м, 4). Упоминался ранее в «Вере» 187/22.
4 — (Умар ибн аль-Хакам) ибн Рафи‘ ибн Синан аль-Мадани аль-Ансари, союзник Аус, надёжен [3] (хт, м, дт, с). Упоминался ранее в «Кормлении грудью» 17/3648.
[Замечание]: правильно то, что этот Умар ибн аль-Хакам — сын Рафи‘, как об этом ясно указал хафиз аль-Мизи в «Тухфат аль-ашраф» (1). А то, что встречается у некоторых толкователей (2), будто он — сын Саубана, неверно, ибо от Умара ибн аль-Хакама ибн Саубана Муслим приводил только в одном месте, в «Посте» [2733] (1159), тогда как от этого приводил в трёх местах под номерами (3) (1469, 2673 и 2911). Пусть это будет учтено.
Остальные упомянуты в главе.
[Замечание]: риваят Умара ибн аль-Хакама от Абдуллаха ибн Амра (да будет доволен ими обоими Аллах) я не нашёл полностью изложенным ни у кого; пусть это исследуется, а Аллах Всевышний знает лучше.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), в начале книги сказано:
[6775] (…) — (Рассказал нам Харамала ибн Яхья ат-Туджиби, сообщил нам Абдуллах ибн Вахб, рассказал мне Абу Шурайх, что Абу аль-Асвад рассказал ему от Урвы ибн аз-Зубайра, который сказал: сказала мне Аиша: «О сын моей сестры, дошло до меня, что Абдуллах ибн Амр проезжает мимо нас в хадж, встреться с ним и расспроси его, ведь он унёс от Пророка ﷺ много знания». Он сказал: «Я встретился с ним и расспросил его о вещах, которые он приводил от Посланника Аллаха ﷺ». Урва сказал: «И было среди того, что он упомянул, что Пророк ﷺ сказал: «Поистине, Аллах не отбирает знание у людей вырыванием, но забирает учёных, и вместе с ними уносится знание, а среди людей остаются главы невежественные, которые выносят фетвы без знания, и сами впадают в заблуждение, и вводят в заблуждение других»». Урва сказал: «Когда я рассказал об этом Аише, она сочла это чрезвычайным и отвергла это, сказав: «Он рассказал тебе, что слышал, как Пророк ﷺ говорит это?»». Урва сказал: «Когда наступил следующий год, она сказала ему: «Ибн Амр прибыл, встреться с ним, затем заговори с ним, пока не спросишь его о хадисе, который он упомянул тебе о знании»». Он сказал: «Я встретился с ним и расспросил его, и он упомянул мне это подобно тому, что рассказал мне в первый раз». Урва сказал: «Когда я сообщил ей об этом, она сказала: «Не думаю, кроме как что он сказал правду; я вижу, что он ничего не прибавил в этом и не убавил»»).
Участники этого иснада — шестеро:
1 — (Абу Шурайх) Абд ар-Рахман ибн Шурайх ибн Убайдуллах аль-Ма'афири — с фатхой над «мим» и «айном» без точки — аль-Искандарани, надёжен, достойный; Ибн Са'д не был прав, ослабляя его [7] (т 167) (‘). Упоминался ранее в «Введении» 4/16.
2 — (Абу аль-Асвад) Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн Науфаль ибн Хувайлид ибн Асад ибн Абд аль-Узза аль-Асади аль-Мадани, воспитанник Урвы (после того как остался сиротой), надёжен [6], умер в году, начинавшемся на «тридцать с чем-то и сто» (‘). Упоминался ранее в «Очищении» 9/573.
[Замечание]: то, что Абу аль-Асвад здесь — это Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн Науфаль, воспитанник Урвы, — верно, как это ясно указал хафиз Абу аль-Хаджжадж аль-Мизи (да помилует его Аллах) в своей «Тухфе» (1), и таков же текст в «аль-Фатх» (2). А то, что встречается у некоторых толкователей (3), будто это Абу аль-Асвад ад-Дийли, — ошибка, пусть это будет учтено, и у Аллаха Всевышнего просим содействия.
Остальные упомянуты в главе.
[Замечание]: из тонкостей этого иснада:
то, что он относится к шестизвенным иснадам автора (да помилует его Аллах); что он сплошь состоит из египтян, кроме Урвы, который мадани; что в нём есть те, кто прославился своей куньей больше, чем именем, — это Абу Шурайх и Абу аль-Асвад; что кунья Абу Шурайха совпадает с именем его отца; и что он сплошь передан формулами «рассказал мне» и «сообщил мне».
(2) См.: «аль-Фатх» 17/184, книга «Приверженность [сунне]», номер (7307).
(3) См.: «Шарх шейха аль-Харари» 24/605.
Разбор хадиса:
(«От Урвы ибн аз-Зубайра»), что он (сказал: «сказала мне Аиша») — мать верующих (да будет она удовлетворена): («О сын моей сестры») — то есть потому что он был сыном Асмы бинт Абу Бакр ас-Сиддик (да будет доволен им Аллах), («дошло до меня, что Абдуллах ибн Амр») ибн аль-Ас (да будет доволен ими обоими Аллах) («проезжает мимо нас») — то есть через Медину пророка, — прибывая из Египта («в хадж, встреться с ним») — с соединённой хамзой и открытой «каф» — повелительная форма от «лакийа — йалка», подобно «разийа — йарда», («и расспроси его») — повелительная форма от «мусаала», то есть когда один спрашивает другого, а тот отвечает ему, и наоборот; но здесь подразумевается, что вопрос задаёт Урва, а отвечает Абдуллах (да будет доволен им Аллах), так что вопрос — с одной стороны, а ответ — с другой, и Аллах Всевышний знает лучше.
(«Ведь он») — «фа» здесь причинная, то есть: потому что («унёс от Пророка ﷺ много знания») — так что тебе следует извлечь пользу из его знания через вопрос. («Он сказал») — Урва: («и я встретился с ним») — с «кясрой» над «каф», как я указал ранее. («И я расспросил его о вещах») — из того, в чём нуждаются в делах религии, которые Абдуллах перенял от Пророка ﷺ, как он пояснил своим словом: («которые он приводил от Посланника Аллаха ﷺ») — фраза «которые он приводил» является определением к слову «вещи». («Урва сказал: и было среди того, что он упомянул») — Абдуллах: («что Пророк ﷺ сказал: «Поистине, Аллах не отбирает знание у людей вырыванием»») — а в риваяте аль-Бухари: «поистине, Аллах не отбирает знание после того, как дал его вам», а в одном варианте: «дал его им» — с местоимением третьего лица вместо второго. А в его же риваяте в «Книге знания» через путь Малика от него: «поистине, Аллах не отбирает знание вырыванием, вырывая его у рабов», а в другом варианте: «из сердец рабов». Это привёл аль-Хумайди в своём «Мусанаде» от него, и большинство риваятов содержат выражение «у людей», а в риваяте ат-Табарани: «поистине, Аллах не отбирает знание вырыванием, вырывая его у них после того, как дал им», не указав, к кому относится местоимение. А в другом риваяте ат-Табарани также: «поистине, Аллах не отбирает знание из груди людей после того, как дал им его».
Сказал аль-Хафиз: я полагаю, что Абдуллах ибн Амр рассказал этот хадис в ответ на вопрос того, кто спросил его о хадисе, переданном Абу Умамой, который сказал: когда наступил Прощальный хадж, Посланник Аллаха ﷺ встал на верблюдице бурого цвета и сказал: «О люди, берите знание, прежде чем оно будет забрано и поднято с земли...» — и далее в конце: «Уход знания — это уход тех, кто его несёт», — трижды. Этот хадис привели Ахмад, ат-Табарани и ад-Дарими. Так Абдуллах ибн Амр разъяснил, что упомянутое о забирании знания и его поднятии происходит именно тем образом, который он описал.
Также Касим ибн Асбаг, а через него Ибн Абд аль-Барр, передал, что Умар услышал, как Абу Хурайра рассказывает хадис: «Будет забрано знание», — и сказал: забирание знания — это не то, что вынимается из груди людей, а это уход учёных из жизни. Этот хадис есть у Ахмада и аль-Баззара через тот же путь передачи. Конец цитаты.
Сказал собиратель (да простит его Аллах): его слово («и я полагаю, что Абдуллах ибн Амр...» и далее) — в этом предположении есть неувязка, вдумайся в это внимательно, а Аллах Всевышний знает лучше.
(«Но забирает учёных, и вместе с ними поднимается знание») — глагол построен в форме действительного залога, и слово «знание» стоит в винительном падеже как дополнение; возможно также, что глагол построен в форме страдательного залога, и тогда «знание» является подлежащим при страдательном обороте. В одном из риваятов аль-Бухари сказано: «Но Он вырывает его у них вместе с забиранием учёных вместе с их знанием». В «Фатхе» сказано: так это передано, а подразумевается: вырывает его через забирание учёных вместе с их знанием, — то есть здесь имеется некоторая перестановка. В риваяте Хишама: «Но знание забирается через забирание учёных». В риваяте Ма'мара: «Но их уход — это забирание знания». Смыслы их близки друг другу.
(«И оставляет») — с даммой в начале, от четырёхбуквенного глагола «ибка» — то есть: оставляет Аллах, Свят Он и Велик, («среди людей главы») — сказал ан-Навави, да помилует его Аллах: его слово («главы») мы зафиксировали в тексте аль-Бухари как «руусан» — с даммой на хамзе и с танвином, множественное число от «раас» (голова); а у Муслима здесь зафиксировано двумя способами: первый — так же, второй — «руаса'» с долгим «а», множественное число от «раис» (глава, предводитель), и оба варианта верны, но первый более известен. Конец цитаты.
В одном из риваятов аль-Бухари: «И останутся люди невежественные». Сказано в «Фатхе»: это с фатхой в начале слова «йабка», а в риваяте Харрамалы: «И оставляет среди людей глав невежественных», с даммой в начале слова «йубки». Сказано: слово «руаса'» (главы) передано большинством, а в риваяте Хишама: «Пока не останется ни одного учёного», а в другом варианте: «Не оставит учёного, и люди возьмут себе главами невежественных», а в другом варианте: «Пока не останется ни одного [учёного]», а у ат-Табарани: «И станут у людей главами невежественные», а в другом его риваяте: «После того как Он даст им его, но уходят учёные, и каждый раз, когда уходит учёный, уходит с ним то знание, что при нём было, пока не останется тот, кто не знает».
(«Невежественных») — с даммой на джиме, множественное число от «джахиль» (невежда), как сказано в «Хуласе»:
«И [форма] «фуаль» для действительного причастия мужского и женского рода, как «азиль» и «азиля»,
И подобна ей форма «фуаль» в том, что мужского рода, и эти две формы редко встречаются с ослабленной последней буквой корня».
(«Дают им фетвы без знания») — с даммой на первой букве настояще-будущего времени, от «ифта'» — разъяснения решения; говорят: «афта аль-алим» — когда учёный разъяснил решение. («И впадают в заблуждение сами») — с фатхой на «я», трёхбуквенный глагол от «заблуждение», то есть: заблуждаются сами по себе, («и вводят в заблуждение других») — с даммой на «я», от «ид ляль» — введение в заблуждение, то есть: вводят в заблуждение других. В одном из риваятов аль-Бухари: «У них спрашивают фетвы, и они дают фетвы по своему мнению, и заблуждаются, и вводят в заблуждение». В риваяте Мухаммада ибн Аджлана: «У них просят фетвы, и они дают им фетвы». В риваяте Хишама ибн Урвы: «И их спросили, и они дали фетву без знания, и заблудились, и ввели в заблуждение». Сказано в «Фатхе»: это риваят большинства. Отличился от всех Кайс ибн ар-Раби', который правдив, но был признан слабым по причине [ненадёжности] его памяти; он передал от Хишама со словами: «Дело сынов Исраила оставалось умеренным, пока среди них не выросли сыновья пленниц из [других] народов, и они стали давать фетвы по [собственному] мнению, и заблудились, и ввели в заблуждение», — это привёл аль-Баззар, и сказал, что это передал только Кайс в одиночку, а сказал: сохранённым с этой формулировкой является то, что передал от Хишама кто-то иной, передав его как мурсаль (с обрывом иснада).
Сказал аль-Хафиз: упомянутый мурсаль привёл аль-Хумайди в «ан-Навадир», и аль-Байхаки в «аль-Мадхаль» тем же путём, от Ибн Уяйны, который сказал: рассказал нам Хишам ибн Урва от своего отца, и он привёл это точно так же, как риваят Кайса. Конец цитаты.
(Сказал Урва: когда я рассказал Аише) (да будет доволен ею Аллах) (об этом), то есть о вышеупомянутом хадисе Абдуллаха ибн Амра (да будет доволен ими обоими Аллах), (она восприняла это как нечто значительное) то есть посчитала это серьёзным (и отвергла это). Очевидно, что её отвержение не было обвинением во лжи ни Абдуллаха, ни Урвы, а лишь её предположением о возможности ошибки — в виде добавления, или упущения, или чего-то подобного, ведь человек подвержен забвению, а Аллах Всевышний знает лучше. (Она сказала: разве он рассказал тебе), то есть Абдуллах, (что он слышал Пророка ﷺ, говорящего это?), то есть упомянутый текст, (Сказал Урва: и вот когда наступил следующий год) — «кяна» здесь полноценный глагол, то есть: когда пришёл следующий год, (она сказала) Аиша (ему), то есть Урве: (поистине Ибн Амр) (да будет доволен ими обоими Аллах) (прибыл) — с касрой на «даль», то есть: приехал из Египта для совершения хаджа, (так встреть же его) — разъяснение этого слова приводилось ранее. (Затем заведи с ним разговор), то есть начни с ним беседу, (чтобы спросить его о хадисе, который он упомянул тебе о знании), то есть чтобы убедиться в его точности. (Сказал) Урва: (и я встретил его, и спросил его) — а в риваяте аль-Бухари: «Затем Абдуллах ибн Амр совершил хадж снова, и она сказала: о сын моей сестры, отправляйся к Абдуллаху и уточни для меня то, что ты мне о нём рассказывал, я спросил его, и он рассказал мне это подобно тому, как рассказал мне [в первый раз]». (И он изложил мне это подобно тому, как рассказал мне в первый раз), то есть в прошлом году. А в риваяте Суфьяна ибн Уяйны сказано: «Сказал Урва: затем я пробыл год, потом встретил Абдуллаха ибн Амра во время обхода [Каабы], и спросил его, и он сообщил мне это». Из этого следует, что его встреча с ним во второй раз была в Мекке, и, видимо, Урва совершал хадж в тот год из Медины, а Абдуллах совершал хадж из Египта, и об этом стало известно Аише, и её слова «он прибыл» означают: из Египта, направляясь в Мекку, а не то, что он прибыл в Медину — ведь если бы он вошёл в неё, то Урва встретился бы с ним там. Возможно также, что Аиша совершала хадж в том году, и Урва совершал хадж вместе с ней, а затем Абдуллах прибыл позже, и Урва встретился с ним по указанию Аиши (да будет доволен ею Аллах). Так сказано в «Фатхе».
(Сказал Урва: и когда я сообщил ей) то есть Аише (да будет доволен ею Аллах) (об этом, она сказала: не) — отрицательная частица, (полагаю я его) — с касрой на «син» или с фатхой; говорят: «хасибту Зайдан каиман, ахсабуху» — по образцу [глагола] «та’иба» на языке всех арабов, кроме бану Кинана, которые ставят касру и в настояще-будущем времени вместе с касрой в прошедшем времени, вопреки правилу, — «хисбан» с касрой означает «я предположил», сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах). (Иначе как правдивым, я думаю) — с даммой на хамзе или с фатхой, то есть: полагаю я, (что он не добавил в этом), то есть в хадисе, (ничего) то есть ошибки, (и не убавил) из него ничего. А в риваяте аль-Бухари: «И я пришёл к Аише, и сообщил ей, и она удивилась, и сказала: клянусь Аллахом, поистине Абдуллах ибн Амр запомнил [это точно]».
Сказал аль-Хафиз: этот риваят допускает [толкование], что у Аиши было некое знание об этом хадисе, и она подумала, что он добавил в нём что-то или убавил, а когда он рассказал его во второй раз так же, как рассказал в первый раз, она вспомнила, что это соответствует тому, что она слышала прежде. Но риваят Харрамалы — то есть этот риваят Муслима, — в котором упомянуто, что она отвергла это и восприняла как нечто значительное, ясно указывает на то, что у неё не было знания об этом хадисе; и это подтверждается тем, что она не сделала вывод о том, что он запомнил [хадис], иначе как из-за того, что он рассказал его через год так же, как рассказал в первый раз, не добавив и не убавив.
Сказал Ийад: Аиша не обвинила Абдуллаха (да будет доволен ими обоими Аллах) [во лжи], но, возможно, она предположила, что это из того, что он читал в древних книгах, ведь он много изучал их, — и поэтому она сказала: «разве он рассказал тебе, что он слышал Пророка ﷺ, говорящего это?» Конец цитаты.
Согласно этому, риваят Ма‘мара от аз-Зухри, от Урвы, от Абдуллаха ибн Амра является опорным, и он приводится в «Мусаннафе» Абд ар-Раззака, а также у Ахмада, ан-Насаи и ат-Табарани через тот же путь передачи. Однако когда ат-Тирмизи привёл этот хадис через риваят Абды ибн Сулеймана, от Хишама ибн Урвы, он сказал: «Аз-Зухри передал этот хадис от Урвы, от Абдуллаха ибн Амра, а также от Урвы, от Аиши». Этот риваят, на который он указал, — это риваят Юнуса ибн Язида, от аз-Зухри, от Урвы, от Аиши; его привёл Абу Аваана в своём «Сахихе», а также аль-Баззар через Шубайба ибн Саида, от Юнуса. Однако у Шубайба есть некоторая слабость в памяти, и в этом он допустил отклонение.
Когда Абд ар-Раззак привёл этот хадис через риваят аз-Зухри, он присоединил к нему риваят Ма‘мара, от Йахьи ибн Абу Касира, от Урвы, от Абдуллаха ибн Амра, который сказал: «Я свидетельствую, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Аллах не забирает знание, отнимая его, но забирает учёных...»» — и далее по тексту хадиса.
Ибн Абд аль-Барр сказал в книге «Байан аль-‘ильм»: «Этот хадис также передал Абд ар-Раззак от Ма‘мара, от Хишама ибн Урвы, со смыслом хадиса Малика». Хафиз сказал: риваят Йахьи привёл ат-Тайалиси от Хишама ад-Даставаи, от него.
Я нашёл у аз-Зухри в этом хадисе другой иснад: его привёл ат-Табарани в «аль-Аусате» через путь передачи аль-Аля ибн Сулеймана ар-Раккы, от аз-Зухри, от Абу Салямы, от Абу Хурайры, который передал подобно риваяту Хишама в точности, но добавил после слов «и они сбились с прямого пути» ещё нечто. Аль-Аля ибн Сулеймана Ибн Абди объявил слабым. Он привёл этот хадис другим путём от Абу Хурайры с текстом риваята Харамалы, приведённого ранее, и его иснад слабый. Также есть хадис от Абу Саида аль-Худри с текстом: «Аллах забирает учёных, и знание забирается вместе с ними, и появляются новые люди, которые набрасываются друг на друга подобно тому, как дикий осёл наскакивает на дикого осла, и старец среди них будет считаться слабым» — иснад его слабый.
Ад-Дарими привёл от Абу ад-Дарды его слово: «Поднятие знания — это уход учёных», а от Хузайфы: «Забирание знания — это забирание учёных». У Ахмада передано от Ибн Мас‘уда, который сказал: «Знаете ли вы, что такое уход знания? Это уход учёных». Хадис Абу Умамы, на который я указал вначале, сообщает о времени, когда Пророк ﷺ рассказал этот хадис. Аллах Всевышний знает лучше.
Составитель сборника (да простит его Аллах) сказал: этот хадис передан согласно и аль-Бухари, и Муслимом (муттафак алейх), и его источники уже были приведены, а остальные вопросы, связанные с ним, были рассмотрены два хадиса назад. Поэтому здесь я упомяну два вопроса, которые там не были упомянуты, и скажу:
(Первый вопрос): аль-Бухари (да помилует его Аллах) привёл этот хадис в своём «Сахихе», сказав: (6877) — рассказал нам Саид ибн Талид, рассказал мне Ибн Вахб, рассказал мне Абд ар-Рахман ибн Шурайх и другой, от Абу аль-Асвада, от Урвы, который сказал: «Абдуллах ибн Амр совершил у нас хадж, и я слышал, как он говорил: я слышал, как Пророк ﷺ говорил: «Поистине, Аллах не отнимает знание после того, как дал его, отнятием, но отнимает его у них вместе с забиранием учёных с их знанием, и остаются люди невежественные, у которых просят фетвы, и они выносят фетвы по своему мнению, и сбивают других, и сами сбиваются»». Я рассказал об этом Аише, жене Пророка ﷺ. Затем Абдуллах ибн Амр совершил хадж после этого, и она сказала: «О сын моей сестры, отправляйся к Абдуллаху и подтверди у него то, что ты рассказал мне от него». Я пошёл к нему, спросил его, и он рассказал мне это подобно тому, что рассказал мне раньше. Я пришёл к Аише и сообщил ей, и она удивилась и сказала: «Клянусь Аллахом, Абдуллах ибн Амр действительно запомнил»». Конец (1).
Он сказал в «Фатхе»: его слово («и другой») — это Ибн Лахи‘а, которого аль-Бухари скрыл из-за его слабости, и сделал опору на риваят Абд ар-Рахмана. Однако хафиз Абу аль-Фадль Мухаммад ибн Тахир упомянул в разделе, который он собрал о хадисе Му‘аза ибн Джабаля о кыясе, что Абдуллах ибн Вахб передал этот хадис от Абу Шурайха и Ибн Лахи‘и вместе, но он поставил вперёд текст Ибн Лахи‘и, который подобен тексту, приведённому здесь, а затем присоединил к нему риваят Абу Шурайха, сказав об этом так.
Я говорю (2): подобным образом привёл его Ибн Абд аль-Барр в главе о знании через риваят Сахнуна, от Ибн Вахба, от Ибн Лахи‘и, — он изложил его, затем Ибн Вахб сказал: «И сообщил мне Абд ар-Рахман ибн Шурайх, от Абу аль-Асвада, от Урвы, от Абдуллаха ибн Амра, это же». Ибн Тахир сказал: «Мы не знали, имел ли он в виду этими словами тот же текст и смысл, или же
только смысл, до тех пор пока не обнаружили, что Муслим привёл его от Харамалы ибн Йахьи, от Ибн Вахба, от Абд ар-Рахмана ибн Шурайха отдельно, и изложил его текстом, отличающимся от текста, который привёл аль-Бухари». Он сказал: «Стало известно, что текст, который аль-Бухари опустил, — это текст Абд ар-Рахмана ибн Шурайха, который он здесь выявил, а то, что он привёл, — это текст того другого, которого он скрыл». Конец.
Он сказал: «Я полагал, что Муслим намеренно опустил упоминание Ибн Лахи‘и из-за его слабости и ограничился Абд ар-Рахманом ибн Шурайхом, до тех пор пока не обнаружил, что аль-Исмаили привёл этот хадис через путь передачи Харамалы без упоминания Ибн Лахи‘и, и тогда я узнал, что именно Ибн Вахб иногда объединял их обоих, а иногда упоминал только Ибн Шурайха отдельно». У Ибн Вахба этот хадис имеется также с двумя другими шейхами по другому иснаду; его привёл Ибн Абд аль-Барр в «Байан аль-‘ильм» через путь передачи Сахнуна: «рассказал нам Ибн Вахб, рассказал нам Малик и Саид ибн Абд ар-Рахман, оба от Хишама ибн Урвы» — известным текстом.
Он сказал: «Этот хадис известен от Хишама ибн Урвы, от его отца. Абу аль-Касим Абд ар-Рахман, сын хафиза Абу Абдуллаха ибн Манды, перечислил в книге «ат-Тазкира» имена тех, кто передавал этот хадис от Хишама, и их число превысило четыреста семьдесят человек. Среди них из крупных — Шуба, Малик, Суфьян ас-Саури, аль-Авзаи, Ибн Джурайдж, Мис‘ар, Абу Ханифа, Саид ибн Абу Аруба, оба Хаммада, Ма‘мар, а также ещё более крупные, такие как Йахья ибн Саид аль-Ансари, Муса ибн Укба, аль-А‘маш, Мухаммад ибн Аджлан, Айюб, Букайр ибн Абдуллах аль-Ашадж, Сафван ибн Сулейм, Абу Ма‘шар, Йахья ибн Абу Касир, Умара ибн Гузаия — эти десять все относятся к младшим табиинам и являются его сверстниками. Согласился с Хишамом в его риваяте от Урвы Абу аль-Асвад Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ан-Науфали, известный как «сирота Урвы», и это тот, от кого его передавали Ибн Лахи‘а и Абу Шурайх. Также от Урвы передавали двое его сыновей: Йахья и Усман, а также Абу Салама ибн Абд ар-Рахман, который является его сверстником, и аз-Зухри. Согласился с Урвой в его риваяте от Абдуллаха ибн Амра ибн аль-Аса Умар ибн аль-Хакам ибн Саубан; этот путь передачи привёл Муслим, но не изложил его текст, лишь сказав: «подобно хадису Хишама ибн Урвы», — и, кажется, он изложил его через риваят Джарира ибн Абд аль-Хамида, от Хишама». Конец (1).
(Второй вопрос): об упоминании дополнительных польз в этом риваяте (1):
1 — Среди них: в хадисе Абу Умамы (да будет доволен им Аллах) есть дополнительная польза о том, что сохранение книг после поднятия знания через смерть учёных не приносит никакой пользы тому, кто сам не является учёным. В его продолжении говорится: «Его спросил бедуин, сказав: «О Пророк Аллаха, как может быть поднято знание среди нас, когда среди нас имеются свитки Корана, и мы уже изучили то, что в них, и обучили этому наших сыновей, наших женщин и наших слуг?» Он поднял к нему голову, будучи разгневанным, и сказал: «А вот иудеи и христиане — среди них есть свитки, но они не удержали из них ни одной буквы из того, что принесли им их пророки»». Хафиз сказал: «У этого дополнения есть свидетельства из хадисов Ауфа ибн Малика, Ибн Амра, Сафвана ибн Ассаля и других, и они приводятся у ат-Тирмизи, ат-Табарани, ад-Дарими и аль-Баззара с различными текстами, но во всех них присутствует этот же смысл».
Умар разъяснил забирание знания так же, как это было разъяснено в хадисе Абдуллаха ибн Амра, и это содержится в том, что привёл Ахмад через путь передачи Язида ибн аль-Асамма, от Абу Хурайры, — он изложил хадис, и в нём: «И поднимается знание». Умар услышал это и сказал: «Однако оно не отнимается из груди учёных, но через уход учёных». Это допускает, что у Умара оно было в возведённом (марфу‘) виде, и тогда это было бы сильным свидетельством для хадиса Абдуллаха ибн Амра.
2 - Из этого также: содержащееся в хадисе предостережение от поставления невежды во главе; из-за той порчи, что влечёт это за собой. За это может держаться тот, кто не допускает назначения невежды на должность судьи, даже если он разумен и благочестив. Однако если приходится выбирать между учёным нечестивцем и невеждой благочестивым, то невежда благочестивый предпочтительнее, ибо его благочестие удерживает его от выносения решения без знания, и побуждает его к исследованию и вопрошанию.
3 - Из этого также: содержащийся в хадисе призыв к людям знания и его искателям — брать знание друг у друга и свидетельствовать друг о друге о хранении (знания) и достоинстве.
4 - Из этого также: содержащийся в хадисе призыв учёного к своему ученику — брать знание у других, чтобы извлечь пользу из того, чего у него самого нет.
5 - Из этого также: удостоверение в том, что передаёт передатчик, если появляется признак забвения, и соблюдение (уважения) к более достойному — как видно из слов Аиши (да будет доволен ею Аллах): «Ступай к нему, заведи с ним разговор, чтобы (затем) спросить его о хадисе», — а не сказала она ему прямо: «спроси его об этом» с самого начала, — из опасения, что это вызовет у него неприязнь.
(Примечание: имеется в виду риваят, который привёл Муслим здесь, а также риваяты, упомянутые в шархе.)
6 - Из этого также: то, что сказал Ибн Батталь (да помилует его Аллах): согласование между аятом и хадисом, порочащими действие по (личному) мнению, и тем, что делали предшественники, извлекая решения (на основе иджтихада), состоит в том, что текст аята порочит высказывание без знания, и это относится к тому, кто говорит чисто по (личному) мнению, не опираясь ни на какую основу. А смысл хадиса — порицание того, кто выносит фетву при невежестве, поэтому (Пророк ﷺ) охарактеризовал их заблуждением и введением в заблуждение. Иначе ведь Он похвалил того, кто извлекает решение из основы, в Своих словах: «то узнали бы его те из них, которые способны исследовать это [извлекать из него суждения]» (сура «Женщины», 83). Итак, если мнение опирается на основу из Книги, или сунны, или единогласного мнения (иджма), то оно похвально; а если оно не опирается ни на что из этого, то оно порицаемо.
Он сказал: и хадис Сахля ибн Хунайфа, и Умара ибн аль-Хаттаба, хотя и указывают на порицание (личного) мнения, но это относится частно к случаю, когда оно противоречит тексту. Как если бы он сказал: остерегайтесь (личного) мнения, если оно противоречит сунне — как случилось с нами, когда Посланник Аллаха ﷺ повелел нам выйти из ихрама, а мы возлюбили продолжение пребывания в ихраме и желали сражаться, чтобы завершить наш обряд и одолеть нашего врага, и было скрыто от нас тогда то, что было явлено Пророку ﷺ, что имело благие последствия.
А Умар — это тот, кто написал Шурайху: «Смотри, что для тебя прояснится из Книги Аллаха, и не спрашивай о нём никого; а если не прояснится тебе из Книги Аллаха, то следуй в этом сунне Посланника Аллаха ﷺ; а что не прояснится тебе из сунны, в том проявляй иджтихад своим мнением». Это риваят Сайяра от аш-Шаʻби. А в риваяте аш-Шайбани от аш-Шаʻби, от Шурайха: что Умар написал ему подобное, и сказал в конце: «Выноси решение по тому, что в Книге Аллаха; если этого не найдётся, то по тому, что в сунне Посланника Аллаха ﷺ; если этого не найдётся, то по тому, что решили праведные; если этого не найдётся, то если хочешь — выступай сам (с решением), а если хочешь — отступи; и я считаю, что отступить для тебя лучше».
Это (свидетельствует), что Умар повелел (использовать) иджтихад, а значит, то мнение, которое он порочил — это то, что противоречит Книге или сунне.
Ибн Абу Шейба привёл с достоверным иснадом от Ибн Масʻуда нечто подобное хадису Умара, из риваята аш-Шайбани, и сказал в конце: «А если придёт к нему то, чего нет в этом, пусть проявит иджтихад своим мнением, ибо дозволенное ясно, и запрещённое ясно; так оставь то, что вызывает у тебя сомнение, ради того, что не вызывает у тебя сомнения». Конец (цитаты). А Аллах Всевышний знает лучше.
«Я хочу лишь исправления, насколько это в моих силах. И нет у меня успеха, кроме как от Аллаха; на Него я уповаю, и к Нему обращаюсь».
(6) Глава о том, кто установил хороший или дурной обычай, и о том, кто призвал к правильному пути или к заблуждению
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах), (приведённым) в начале книги, он сказал:
[6776] (1017) — Рассказал мне Зухайр ибн Харб, (сказав): рассказал нам Джарир ибн Абд аль-Хамид, от аль-Аʻмаша, от Мусы ибн Абдуллаха ибн Язида и Абу ад-Духа, от Абд ар-Рахмана ибн Хиляля аль-Абси, от Джарира ибн Абдуллаха, который сказал: «Пришли к Посланнику Аллаха ﷺ люди из бедуинов, одетые в шерсть, и он увидел их плохое положение — их постигла нужда, и он побудил людей к милостыне, но они замедлили с этим, так что это стало видно на его лице. Затем один человек из ансаров принёс узелок серебра, затем пришёл другой, затем (люди) стали приходить один за другим, так что на его лице стала заметна радость. И сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Кто установил в исламе хороший обычай, и по нему стали поступать после него, тому записывается подобная награда тому, кто поступал по нему, и не убавляется из их наград ничего. А кто установил в исламе дурной обычай, и по нему стали поступать после него, тому записывается подобный грех тому, кто поступал по нему, и не убавляется из их грехов ничего»».
Передатчики этого иснада: семь человек:
1 - (Муса ибн Абдуллах ибн Язид) аль-Хатми — с фатхой над хой, с сукуном над та (мухмаля) — куфиец, надёжный (сика) [4] (М, Д, Т, К). Упомянут ранее в «Закяте» 21/2354.
2 - (Абу ад-Духа) Муслим ибн Субайх — уменьшительная форма — аль-Хамдани аль-Куфи, торговец благовониями, известен своей куньей, надёжный (сика), достойный (фадиль) [4] (умер 100 г.) (все шесть сборников). Упомянут ранее в «Очищении» 22/635.
3 - (Абд ар-Рахман ибн Хиляль аль-Абси) — с буквой «ба» — куфиец, надёжный (сика) [3] (БХ, М, Д, С, К). Упомянут ранее в «Закяте» 8/2298.
[Примечание]: его слово («аль-Абси») — с фатхой над айном (мухмаля), с сукуном над «ба» (мувахада), после которой «син» (мухмаля): относится к (племени) Абс ибн Багид ибн Райс ибн Гатафан ибн Саʻд ибн Кайс Айлан ибн Мудар ибн Низар ибн Маʻадд ибн Аднан, как сказано в «аль-Лубаб».
4 - (Джарир ибн Абдуллах) ибн Джабир аль-Баджали, известный сподвижник, умер (да будет доволен им Аллах) в году пятьдесят первом, а по другой версии — после этого (все шесть сборников). Упомянут ранее в «Вере» 25/207.
Остальные (передатчики) были упомянуты в предыдущей главе.
[Примечание]: некоторые тонкости этого иснада:
Он относится к шестизвенным (иснадам) автора (да помилует его Аллах); он весь состоит из куфийцев, кроме его шейха Зухайра, который является насаʼитом, затем багдадцем; в нём есть трое из числа последователей (табиʻинов), передававших друг от друга: аль-Аʻмаш, Муса ибн Абдуллах и Абу ад-Духа — от Абд ар-Рахмана ибн Хиляля; а его сподвижник — из числа знаменитых сподвижников (да будут довольны ими Аллах). Он был красив и высок ростом. Джарир сказал: «Посланник Аллаха ﷺ не отдалялся от меня с тех пор, как я принял ислам, и не видел меня иначе, чем с улыбкой на лице». А Абд аль-Малик ибн Умайр сказал: «Я видел Джарира ибн Абдуллаха, и как будто лицо его было половиной луны». А Умар ибн аль-Хаттаб сказал ему: «Да помилует тебя Аллах, славным господином ты был в невежестве (джахилии), и славным господином ты есть в исламе».
Толкование хадиса:
(«От Джарира ибн Абдуллаха» аль-Баджали (да будет доволен им Аллах)); что он (сказал: «Пришли люди») — ранее было сказано, что это (слово) — имя, установленное для множества, подобно словам «каум» и «рахт», а единственное число от него — «инсан», от другого корня, произведено от «наса — янусу»: когда (что-то) свисает и двигается. Употребляется по отношению к джиннам и людям. Сказал Всевышний: «который наущает в грудях людей» (5), затем разъяснил (слово) «люди» джиннами и людьми, сказав: «из джиннов и людей» (6). И джинны названы «людьми» («нас»), как они также названы «мужчинами» («риджаль»); сказал Всевышний: «и что были мужи из людей, ищущие защиты у мужей из джиннов» (сура «Джинны», 6). И арабы говорили: «Я видел людей из джиннов», однако употребление этого слова преимущественно закрепилось за людьми (в узком смысле). А уменьшительная форма от «ан-нас» — «нувайс», как сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах).
«Из бедуинов» (مِنَ الأَعْرَابِ) — с фатхой над «алиф»: жители пустыни из числа арабов, единственное число — «а‘раби» (с фатхой также), это тот, кто занимается поиском пастбищ и передвигается в поисках корма для скота. Аль-Азхари добавил: неважно, был ли он из числа арабов или из их вольноотпущенников (мавали) — кто селится в пустыне, соседствует с кочевниками и переселяется вместе с ними, тот считается «а‘раби» (бедуином). А кто селится в культурных землях, обосновывается в городах и арабских селениях и других, из числа тех, кто относит себя к арабам, — тот «араб», даже если он не владеет чистым красноречивым языком. Говорят также, что их назвали «арабами», потому что земли, которые они населяли, назывались «аль-Арабат». Говорят также: «арабы чистокровные» (аль-‘араб аль-‘ариба) — это те, кто говорил на языке Я‘руба ибн Кахтана, это древний язык; а «арабы арабизированные» (аль-‘араб аль-муста‘риба) — это те, кто говорил на языке Исмаила ибн Ибрахима (мир им обоим), это языки Хиджаза и прилегающих областей. Слово «аль-‘урб» (по образцу «куфл») — это диалектный вариант слова «аль-‘араб». Множественное число от «аль-‘араб» — «а‘руб», подобно «заман» — «азмун», и «‘уруб» с двумя даммами, подобно «асад» — «усуд». Так сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах).
Этот хадис Джарира (да будет доволен им Аллах) уже приводился ранее в «Книге закята» в развёрнутом виде, и начало его: «Мы были в начале дня у Посланника Аллаха ﷺ, и пришли люди нагие, одетые в шкуры леопардов или плащи из грубой шерсти, с мечами на поясах, большинство их — из племени Мудар, более того, все они были из Мудар. Лицо Посланника Аллаха ﷺ изменилось (от печали)…» и далее хадис.
«К Посланнику Аллаха ﷺ, на них была шерсть» — это предложение стоит в винительном падеже как обстоятельство образа действия к слову «люди», либо как второе определение после первого. «Он увидел» (ﷺ) «плохое их положение, их постигла нужда», то есть потребность в помощи, «и он побудил» (то есть подтолкнул, поощрил ﷺ) «людей к подаянию», то есть к тому, чтобы они подали им милостыню, «но они замедлили» с этим, то есть люди задержались в исполнении того, что он им повелел, «пока это не стало видно» (в форме страдательного залога) — то есть неприятие этого промедления — «на его лице» ﷺ. Джарир (да будет доволен им Аллах) сказал: «Затем», после их промедления и того, что на лице Пророка ﷺ было замечено неудовольствие этим, «один человек» (со слова «инна» под кясрой, поскольку оно стоит в начале предложения; этот человек не назван по имени, как уже упоминалось ранее в «Закяте») «из числа ансаров пришёл с узелком» (с даммой над «сад» и удвоенной «ра») — это сосуд для дирхемов и динаров, множественное число «сурар», подобно «гурфа» — «гураф»; а слово «из серебра» (مِنْ وَرِقٍ) поясняет слово «узелок». «Аль-варик» (с фатхой над «вав» и кясрой над «ра», может смягчаться для облегчения произношения) — это отчеканенное серебро; некоторые говорят: серебро, отчеканенное или неотчеканенное. Аль-Фараби сказал: «аль-варик» — это имущество из дирхемов, множественное число — «авраак».
«Затем пришёл другой», неизвестный, «затем они стали приходить один за другим», то есть следовали друг за другом в принесении какого-то имущества, «пока не стала заметна» (в страдательном залоге) «радость на его лице» ﷺ. А в предыдущем риваяте: «пока я не увидел, как лицо Посланника Аллаха ﷺ засветилось, словно позолоченное». «Тогда Посланник Аллаха ﷺ сказал», увидев это: «Кто заложит в исламе хороший обычай» (то есть придёт с угодным путём, которому будут подражать), «и после него станут поступать по нему» (в страдательном залоге; то есть люди станут действовать согласно этому обычаю) «после него», то есть после того, как он его установил, будь то при его жизни или после его смерти, «тому запишется» (в страдательном залоге) «подобная награда того, кто поступает» (с фатхой, затем кясрой) «по нему», и слова его: «и не уменьшится из их наград ничего» — «ля» отрицательное, «янкусу» (с фатхой в начале и даммой в третьей букве, из разряда «насара»), а сочетание с предлогом связано с ним, а «шай'ун» стоит в именительном падеже как подлежащее, поскольку «янкусу» здесь непереходный глагол, а это слово употребляется как непереходным, так и переходным образом. Говорят: «накаса наксан» (из разряда «каталя») и «нуксанан», и «интакаса» — то есть у него что-то убыло после полноты; «накасту-ху» — переходный и непереходный, это чистый литературный вариант, и на нём построен Коран в словах Всевышнего: «Мы уменьшаем её с краёв» (Раад, 41), и «неуменьшённо» (Худ, 109). Есть слабый диалектный вариант, где переходность достигается через «хамза» и удвоение, но он не встречается в чистой литературной речи; также переходность достигается непосредственно к двум дополнениям, и говорят: «накасту Зайдан хаккаху» и «интакастуху» подобным образом. Так сказал аль-Файюми (да помилует его Аллах).
А в риваяте ан-Насаи: слово «шай'ан» стоит в винительном падеже, значит, глагол здесь переходный, и Аллах Всевышний знает лучше.
«А кто заложит в исламе дурной обычай» — то есть кто совершит дурное деяние, а дурной обычай — это порицаемый путь, который вводится как новшество после завершения религии, притом что представляется частью её; и это именно то, о чём говорится в его словах ﷺ: «Всякое новшество — заблуждение, а всякое заблуждение — в огне». «И после него станут поступать» (в страдательном залоге) «по нему после него», то есть люди станут подражать ему в этом дурном обычае, «тому запишется» (в страдательном залоге) «подобная тяжесть греха того, кто поступает» (с фатхой, затем кясрой) «по нему, и не уменьшится из их грехов ничего» (со словом «шай'ун» в именительном падеже как подлежащим) — смысл в том, что они несут тяжесть своего дурного деяния полностью, а он несёт тяжесть своей причастности к этому. И Аллах Всевышний знает лучше.
Сказал составитель, да простит его Аллах: этот хадис относится к тем, что передал автор (да помилует его Аллах) в единственном числе (не разделяя с другими), и он уже приводился ранее в «Книге закята» под номером [21/2351] (1017), и я уже подробно исследовал его там, обратись туда — извлечёшь пользу. И у Аллаха Всевышнего — помощь.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах) в начале книги, он сказал:
[6777] (…) — «Передал нам Яхья ибн Яхья, и Абу Бакр ибн Абу Шайба, и Абу Курайб, все вместе от Абу Му‘авии, от аль-А‘маша, от Муслима, от Абд ар-Рахмана ибн Хиляля, от Джарира, который сказал: обратился Посланник Аллаха ﷺ с проповедью и побудил к подаянию, — по смыслу подобно хадису Джарира».
Передатчики этого иснада: восемь.
Все они упоминались в этой главе и до неё. «Муслим» — это Ибн Субайх, Абу-д-Духа.
[Примечание]: этот риваят Абу Му‘авии от аль-А‘маша привёл Ибн Абу Шайба (да помилует его Аллах) в своём «Мусаннафе», сказав:
(9802) — «Передал нам Абу Бакр, сказал: передал нам Абу Му‘авия, от аль-А‘маша, от Муслима, от Абд ар-Рахмана ибн Хиляля аль-Абси, от Джарира, который сказал: обратился к нам Посланник Аллаха ﷺ с проповедью и побудил нас к подаянию, но они замедлили, пока на его лице не был замечен гнев, затем один человек из ансаров пришёл с узелком и отдал его, и люди последовали друг за другом, пока на его лице не была замечена радость, и Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Кто заложит хороший обычай, тому будет его награда и подобная награда того, кто поступает по нему, без всякого уменьшения их наград, а кто заложит дурной обычай, на том будет его тяжесть и тяжесть того, кто поступает по нему, без всякого уменьшения их грехов»». Конец цитаты.
С непрерывным иснадом, восходящим к автору (да помилует его Аллах) в начале книги, он сказал:
[6778] (…) — «Передал нам Мухаммад ибн Башшар, передал нам Яхья — то есть ибн Са‘ид — передал нам Мухаммад ибн Абу Исма‘ил, передал нам Абд ар-Рахман ибн Хиляль аль-Абси, сказал: сказал Джарир ибн Абдуллах: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Не заложит раб добрый обычай, по которому станут поступать после него...», затем упомянул хадис полностью».
Передатчики этого иснада: пятеро:
1 — (Мухаммад ибн Абу Исма‘ил) Рашид ас-Сулями аль-Куфи, надёжный (сика) [5] (умер 142 г.) (М, Д, С), упоминался ранее в «Закяте» 8/2298.
Остальные упоминались в этой главе и до неё.
[Примечание]: этот риваят Мухаммада ибн Абу Исма‘ил от Абд ар-Рахмана ибн Хиляля аль-Абси привёл ат-Табарани (да помилует его Аллах) в «аль-Му‘джам аль-кабир», сказав:
(2441) — Рассказал нам Муаз ибн аль-Мусанна: рассказал нам Мусаддад: рассказал нам Йахья ибн Саид (х); и рассказал нам Абу Хусайн аль-Кади: рассказал нам Йахья аль-Химмани: рассказал нам Али ибн Мусхир, — оба сказали: рассказал нам Мухаммад ибн Абу Исмаил: рассказал нам Абд ар-Рахман ибн Хиляль аль-Абси, он сказал: сказал Джарир ибн Абдуллах: сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Какой бы раб ни ввёл добрую сунну, по которой будут поступать после него, ему полагается такая же награда, как и тому, кто по ней поступает, причём из их наград ничего не убывает; и какой бы раб ни ввёл дурную сунну, по которой будут поступать после него, на него ложится такой же грех, как и на того, кто по ней поступает, причём из их грехов ничего не убывает». И пришли люди из бедуинов и сказали: «К нам приходят твои сборщики закята и притесняют нас». Он сказал: «Удовлетворяйте своих сборщиков закята». Конец (1).
И по непрерывному иснаду, восходящему к автору (да будет милостив к нему Аллах), в начале книги он сказал:
[6779] (…) — Рассказал мне Убайдуллах ибн Умар аль-Кавариири, и Абу Камиль, и Мухаммад ибн Абд аль-Малик аль-Умави, они сказали: рассказал нам Абу Аваана от Абд аль-Малика ибн Умайра от аль-Мунзира ибн Джарира от его отца от Пророка ﷺ (х); и рассказал нам Мухаммад ибн аль-Мусанна: рассказал нам Мухаммад ибн Джафар (х); и рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шайба: рассказал нам Абу Усама (х); и рассказал нам Убайдуллах ибн Муаз: рассказал нам мой отец, — они сказали: рассказал нам Шуба от Аун ибн Абу Джухайфы от аль-Мунзира ибн Джарира от его отца от Пророка ﷺ этот же хадис.
(1) «Аль-Муджам аль-кабир», 2/344.
Участники этого иснада: семнадцать человек:
1 — (Убайдуллах ибн Умар аль-Кавариири) — это: Убайдуллах ибн Умар ибн Майсара, Абу Саид аль-Басри, переселившийся в Багдад, надёжный, твёрдый передатчик [10] (умер в 235 г.) по наиболее достоверному мнению, и было ему восемьдесят пять лет (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи); упоминался ранее во введении, 6/75.
2 — (Абу Камиль) — Фудайль ибн Хусайн аль-Джахдари аль-Басри, упоминался недавно.
3 — (Мухаммад ибн Абд аль-Малик аль-Умави) — это: Мухаммад ибн Абд аль-Малик ибн Абу аш-Шавариб аль-Умави аль-Басри; имя Абу аш-Шавариба: Мухаммад ибн Абд ар-Рахман ибн Абу Усман, правдивый передатчик, из старших представителей [10] (умер в 244 г.) (Муслим, ат-Тирмизи, ан-Насаи, Ибн Маджа); упоминался в книге «Веры», 96/516.
4 — (Абу Аваана) — Ваддах ибн Абдуллах аль-Йашкури аль-Васити, упоминался недавно.
5 — (Абд аль-Малик ибн Умайр) ибн Суваид аль-Лахми, союзник рода Бану Ади, куфиец; его называли также аль-Фараси — с фатхой на «фа» и «ра», затем несмысленная «син» — по отношению к его скаковому коню; иногда его называли аль-Кибти — с кясрой на «каф» и сукуном на «ба», а иногда это же прозвище давали и Абд аль-Малику; надёжный, красноречивый, знаток фикха, память его с возрастом ослабла, и он иногда допускал тадлис [4] (умер в 136 г.), и было ему сто три года (все шесть авторов сборников); упоминался в книге «Веры», 46/296.
6 — (Убайдуллах ибн Муаз) ибн Муаз ибн Наср ибн Хассан аль-Анбари, Абу Амр аль-Басри, надёжный, хранящий (хафиз) передатчик [10] (умер в 237 г.) (аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи); упоминался во введении, 3/7.
7 — (Его отец) Муаз ибн Муаз ибн Наср ибн Хассан аль-Анбари, Абу аль-Мусанна аль-Басри, судья, надёжный, точный передатчик, из старших представителей [9] (умер в 196 г.) (все шесть авторов сборников); упоминался во введении, 3/7.
8 — (Аун ибн Абу Джухайфа) Вахб ибн Абдуллах ас-Суваи — с дамма на «син» — куфиец, надёжный передатчик [4] (116) (все шесть авторов сборников); упоминался в книге «Молитвы», 48/1124.
9 — (аль-Мунзир ибн Джарир) ибн Абдуллах аль-Баджали аль-Куфи, надёжный передатчик (1) [3] (Муслим, Абу Дауд, ан-Насаи, Ибн Маджа); упоминался в книге «Закята», 21/2351.
Остальные упомянуты в этой главе и перед ней.
(1) Это более верно, чем то, что сказано о нём в «ат-Такриб»: «приемлемый (макбуль)»; ведь передавала от него группа лиц, и приводил его хадисы Муслим, и признал его надёжным Ибн Хиббан, а также аз-Захаби в «аль-Кашиф», и не известно, чтобы кто-либо порицал его, так что обрати внимание.